Olga V. Veles – Город, которого нет на карте (страница 6)
Всегда держаться вместе.
...
Однажды, через несколько недель, Миша прибежал ко мне с горящими глазами:
— Лиз, я придумал игру! Будем строить форт из подушек и сражаться с монстрами!
Он смеялся, а в его глазах не было тени страха. И я поняла: мы действительно победили. По крайней мере, на этот раз.
Но где‑то глубоко внутри я знала: дом не забыл нас. Он просто ждал. Ждал, пока мы ослабим бдительность…
Глава 3: Продолжение следует.
Прошло полгода. Жизнь постепенно налаживалась: Миша реже просыпался по ночам, мать улыбалась всё чаще, а я наконец начала чувствовать себя в безопасности. Но где‑то глубоко внутри тлела тревога — будто я забыла что‑то важное, что могло нас погубить.
Однажды утром я обнаружила на подоконнике странный узор — капли воды сложились в символы, похожие на те, что были в дневнике. Они быстро высохли, оставив едва заметные следы. Я протёрла стекло, но ощущение, что за нами наблюдают, не проходило.
В школе на уроке истории я случайно наткнулась на старую карту региона. Среди современных улиц и дорог выделялся один участок — там, где стоял дом. На карте он был отмечен как «Капище древних», а рядом стояла пометка:
— Откуда это? — спросила я учителя.
— О, это копия старинной карты, — он улыбнулся. — Местные легенды, знаете ли. Говорят, там когда‑то приносили жертвы. Но это всё мифы.
Я кивнула, но внутри всё сжалось. Мифы не оставляют следов на стёклах.
Через несколько дней Миша пришёл из школы с рисунком. На нём был изображён дом — тот самый, с покосившейся крышей и табличкой
— Где ты это взял? — я взяла лист в руки.
— Мне показал дядя, — Миша говорил спокойно, будто о чём‑то обыденном. — Он сказал, что дом скучает по нам. И что мы должны вернуться, чтобы закончить игру.
— Какой дядя? — сердце ухнуло вниз.
— Тот, что живёт в зеркале. Он говорит со мной, когда ты спишь.
Я посмотрела на мать. Она побледнела.
— Мы должны поговорить с ним, — сказала она. — Прямо сейчас.
Мы усадили брата на диван. Он сидел, обхватив колени, и смотрел куда‑то сквозь нас.
— Миша, — мать взяла его за руку. — Тот дядя… он добрый?
— Он говорит, что любит нас, — Миша улыбнулся. — Он хочет, чтобы мы играли вместе. Всегда.
— Но ты же не хочешь возвращаться туда? — я присела рядом.
— Не хочу, — он шмыгнул носом. — Но он обещает, что если мы придём, папа вернётся. Настоящий папа.
Мы переглянулись. Значит, дом всё ещё держал отца. Или то, что от него осталось.
Вечером мы собрались на кухне. На столе лежали карта, рисунок Миши и обгоревший листок из дневника.
— Нам нужно узнать больше о капище, — сказала мать. — Если дом построен на его месте, значит, есть способ закрыть проход.
— Где искать? — я провела пальцем по символам на карте.
— В архивах городской библиотеки. И, возможно, у местных старожилов. Кто‑то должен помнить истории о том месте.
На следующий день я отправилась в библиотеку. Пожилая библиотекарь, выслушав мой запрос, нахмурилась.
— Капище? — она покачала головой. — О нём мало кто говорит. Но есть одна книга — «Легенды и поверья нашего края». Она в спецхране, но, думаю, для тебя сделаю исключение.
Она принесла потрёпанный том. На одной из страниц была гравюра: круг из камней, в центре — фигура с поднятыми руками. Подпись гласила:
Вернувшись домой, я показала книгу матери.
— Жертва, — прошептала она. — Дом питается страхом и болью. Каждый, кто в нём погибает или теряет часть себя, укрепляет его.
— Значит, чтобы закрыть проход, нужно…
— …вернуть то, что он забрал, — закончила мать. — Или дать ему то, чего он хочет, но на наших условиях.
Миша, слушавший наш разговор, вдруг сказал:
— Он хочет меня. Потому что я обещал играть.
Мы замолчали. Всё стало ясно: дом выбрал Мишу как новую жертву. И пока он не освободится от обещания, угроза будет висеть над нами.
Мы решили провести ритуал на месте капища — там, где когда‑то стоял дом. Для этого нужно было:
найти центральный камень капища (на карте он был обозначен); принести предмет, связанный с обещанием Миши (его плюшевый медведь, с которым он говорил с «дядей»); произнести формулу освобождения — слова, разрывающие связь.
— Это опасно, — предупредила мать. — Если мы ошибёмся, дом может поглотить нас окончательно.
— У нас нет выбора, — я сжала руку Миши. — Мы должны защитить его.
Брат кивнул, хотя было видно, что ему страшно.
— Я готов, — сказал он. — Только давайте сделаем это вместе.
Мы приехали на место ранним утром. Туман ещё лежал на земле, окутывая остатки фундамента. Миша держал медведя крепко, почти до побеления пальцев.
— Центральный камень должен быть где‑то здесь, — мать осматривалась. — Ищите что‑то, отличающееся от остальных.
Я заметила выступ в земле — серый, с выгравированными символами. Когда я коснулась его, воздух вокруг задрожал.
— Это он, — прошептала мать. — Миша, положи медведя на камень.
Брат нерешительно подошёл и опустил игрушку.
— Теперь повторяй за мной, — мать начала читать слова из книги:
Как только он произнёс последнее слово, медведь вспыхнул синим пламенем. Из тумана выступили тени — те самые, с длинными руками. Они протянули к нам пальцы, но не смогли приблизиться.
— Вы проиграли! — закричала мать. — Отпустите нас!
Одна из теней зашипела:
— Вы не понимаете… дом не отпускает никого. Он всегда найдёт дорогу к вам.
Но туман начал рассеиваться. Тени таяли, как дым на ветру. Медведь сгорел дотла, оставив лишь пепел с отпечатком лапы.
Мы ехали обратно в тишине. Миша спал на заднем сиденье, его лицо было спокойным. Мать смотрела в окно, а я сжимала в кармане пепел от медведя — доказательство, что ритуал сработал.