Ольга Тимофеева – Сделай мне ребенка (страница 42)
Раздеваю его и впиваюсь голодными губами в кожу. Чуть солоноватая от пота, но вот вообще сейчас это безразлично.
- Рано…
Чуть привстаю и трусь о член сквозь несколько слоев ткани.
- В десять, что ли? - прикусывает губу и втягивает ее.
Я только загадочно улыбаюсь в ответ.
Веду ноготками от пояса его брюк вверх к груди
- Софья!
Дышит глубже, пальцы сильнее сминают бедра.
Толкается мне навстречу, и я сама двигаюсь в такт, всё быстрее, пока ткань между нами уже не спасает.
- Рассказывай давай! Все!
Затыкаю сама ему рот поцелуем и тянусь к пуговице на джинсах.
Молния вниз.
Подождут рассказы….
Спускает джинсы и отодвигает край моих трусиков.
Все это без прелюдий, удобств и лепестков роз, но оказывается, возбуждает мужчина, который рядом, а не антураж.
- Восемнадцать мне было, - опускаюсь на член.
Медленно сажусь на него, глубоко, до конца.
Начинаю сама двигаться.
- Родители Роберта погибли. Его мама - моя двоюродная сестра.
Он замирает на мгновение, будто фиксируя важную точку в разговоре.
- Он мне как сын, - шепчу в губы. - Племянник по крови, но называет мамой. И я ему как мама.
Все с Титовым не как у всех. Даже секс.
Обсуждаем прошлое и работаем над улучшением демографии.
Я как в каком-то дзене с ним. На одной волне.
Двигаемся слаженно, будто давно знаем друг друга.
Будто не первый раз. Будто не просто сделка. А наоборот, замужем не один год.
Или кажется только…
Наоборот. Ничего близкого. Чистая физиология, процесс и цель - сделать ребенка.
- Понял, - рывком снимает меня с себя.
Заваливает на диван. Под живот мне подсовывает диванную подушку, тянет трусики вниз и наваливается сверху.
- Так бы сразу и сказала!
Хватаю ртом воздух, когда снова во мне и дарит ещё попытку стать мамой.
- Мне тяжело тебя держать, - бурчу, прижатая щекой к дивану.
Поднимается на руках и целует в спину.
- У тебя дверь входная плохо закрывается.
- Да знаю я!
Вот пристали.
- Вызову мастера завтра.
- Я посмотрю, - поднимается и отпускает меня.
- Не надо, Леш.
Оборачиваюсь.
Титов натягивает спущенные джинсы.
Я одергиваю задранное до талии платье.
Так пошло это все. Не как в красивой эротике, а как в порнушке.
Но когда такой режиссер и главный актер…
Натягивает свою футболку, а я провожаю взглядом, как идет в коридор.
Широкие плечи, накачанные руки, узкие бедра.
Попа наверное шикарно смотрелась бы, когда он сексом занимается. Я бы посмотрела за ним в зеркало.
- У тебя шуруповерт есть? Или отвертка хотя бы? - зовет из коридора.
Дёргаюсь.
О чем это я… быстро поднимаюсь.
- Отвертка должна быть.
Роюсь в ящике в шкафу, пока Алексей рассматривает петли на двери.
- Вот, все, что у меня есть, - отдаю ему короче весь ящик. Мало ли ещё что-то надо будет.
Отвертку берет и что-то откручивает.
- А что с ней?
- У тебя дверь просела, - хмурится. - Каталась что ли на ней, - усмехается.
- В смысле, каталась?
- А ты в детстве на дверях не каталась?
- Неа. Это как? Наверх туда залезть и кататься, - киваю под потолок.
- Как скучно ты жила, - закатывает глаза. - Вот, - становится напротив торца и присаживается, берясь за ручки с обеих сторон. - Я показывать не буду, а то вообще ее выломаю, а так ноги поднимаешь и катаешься туда-сюда на ней.
- Ахах. Нет, - улыбаюсь ему, - так я точно не делала.
- Ну, я понял. И порох не взрывала?
Машу головой.
- И по заброшкам в прятки не играла.