Ольга Тимофеева – Диагноз: В самое сердце (страница 38)
Снова предательски тарахтит и глохнет.
– Твою мать! – выругиваюсь и стучу по рулю.
Легкий стук в окно и оборачиваюсь. Артём с улицы кивает мне.
Я развожу руки в стороны.
– Что случилось?
Открывает дверь и заглядывает внутрь.
– Не заводится.
– Давай я попробую.
Уступаю ему место и выхожу на улицу. В его крупных, грубоватых пальцах моя девочка смотрится девственницей. Артём поворачивает ключ и несколько раз пытается завести машину.
Тоже безуспешно.
– Надо на СТО её загнать.
Это надо сначала найти это СТО, потом вызвать эвакуатор, потом ехать туда, что-то решать.
– А ты знаешь что-нибудь приличное?
– Конечно. Хочешь, оставляй свои ключи, я завтра договорюсь, чтобы посмотрели. – Артём выбирается из машины.
– Ты меня очень выручишь. Я отдам потом всё.
– А что, её тут оставить на ночь?
– Почему нет? Парковка тут под камерами, потом позвоню и предупрежу, что машину завтра заберем.
– Спасибо.
Я могла бы и Макса попросить, но чего его напрягать по пустякам.
– Забирай свои вещи, подвезу, - улыбается уголком губ.
Я поджимаю губы и улыбаюсь в ответ.
Артём сразу включает в салоне подогрев сидений и обдув, и я начинаю оттаивать. Тихо ведет машину, адрес уже выучил мой. В салоне ненавязчивая приятная музыка, воздух наполнен его феромонами. Только нервируют и активизируют воспоминания.
Всё-таки план Макса, может, и хорош, но я отхожу от его плана и первой выбрасываю белый флаг. Я это начала.
– Артём, – откашливаюсь. – Извини, что так сделала.
Он поворачивает ко мне голову на секунду и снова возвращается к управлению дорогой.
– Я не специально. Думала это на пару дней, мы потом с тобой больше не увидимся.
Молчит, слушает мою исповедь.
– Я хотела сама рассказать.
– Хотела бы, рассказала.
– Ну, просто ты.… я… Мы…
– Просто тебе интересно было делать из меня дурака.
– Нет, честно. Я не могла признаться. Ты бы меня уволил сразу.
– А так я тебя уволил позже, через неделю. Да не надо мне ничего объяснять.
– Надо! Я не хотела. – Он оставляет это без ответа. Он даже не обижается. Ему всё равно. Я его не волную.
– А как ты догадался?
Улыбается и усмехается.
– Не узнать девушку, с которой только пару раз общался по телефону, легко. Зато не узнать ту, с которой провел ночь, как бы.… никакой возможности. Хоть паранджу натяни.
В глаза мне смотрит двусмысленно.
Я уже запуталась. Что это значит? Что за намеки?
Инцидент исчерпан? А если исчерпан, тогда что?
– Артём.…
– Что?
– А можно мне вернуться в отделение?
– Зачем? – хмурится и снова ищет подвох.
– Мне хочется.
– Чего хочется?
– Ещё рядом с тобой поработать, на операции посмотреть. Расскажу потом брату, какой ты замечательный хирург и тебе обязательно нужно это новое оборудование.
Усмехается и прикусывает губу.
– Можно было бы подумать, но я тебе не доверяю.
– Я обещаю.
– Слишком пустые слова.
– А что мне сказать?
– Ну, убеди, – мы сворачиваем в мой двор.
– Может, кофе? – перевожу взгляд с Артёма на свои окна.
– Кофе по ночам пить вредно для сердца.
– А что не вредно? – тут же ему в ответ.
Он открывает губы, чтобы ответить, но усмехается сам себе и прикусывает нижнюю губу. А у меня бедра сводит от того, как он это делает. Как будто мне бы так прикусывал.
– Недавно ты меня чуть не кастрировала, когда я хотел выпить кофе.
Чёрт. Я опускаю глаза и зажмуриваюсь. И это вспомнил.
– Незнакомый левый мужик лезет ко мне целоваться. Это нормальная женская реакция. Так что можно пить перед сном?
Глава 27
– Пустырник, улучшает сон.
Я смотрю в полумраке на Амосова. Издеваешься, да?
Разворачиваюсь к нему.
– Я извинилась. И, если бы ты дал мне хоть минуту всё объяснить, то понял бы. Я не делаю таких странных поступков спонтанно и без смысла. Да, в отношении тебя вышло некрасиво, но мы не были знакомы. По большому счету тогда на тебя мне было всё равно, я помогала своей подруге. Но тебе, похоже, понятие дружбы не знакомо. Очень жаль тебя!