Ольга Тимофеева – Диагноз: В самое сердце (страница 1)
Диагноз: В самое сердце
Ольга Тимофеева
Пролог
Артём
– Коршунов! – киваю молодому ассистирующему хирургу. – Дефибриллятор готов?
– Да.
– Двести джоулей!
– От стола! Разряд! – Коршунов прижимает ложки дефибриллятора к груди молодой девушки.
Не помогает.
– Давай триста.
– Швы могут не выдержать, – умничает Коршунов.
– Триста я сказал! Выдержат.
- От стола! Разряд! – Выполняет укзаание.
Сердце замирает. Никакой электрической активности, обмякает как промокший бумажный пакет.
– Кровь приливает, – Коршунов тыкает пальцем в сердце и желудочки в ответ сокращаются.
– Слишком медленно. Шприц с адреналином!
Анестезиолог Горский делает инъекцию, и сердечная мышца тут же оживает. Сердечный ритм ускоряется, давление растет.
Сука с косой прямо дышит мне в затылок. Ничего, ещё поборемся….
– Сом, давление растет. Слишком быстро.
Твою мать.
Та область аорты, куда только что установили катетер, не выдерживает и срывается.
– Вот дерьмо, – не сдерживается Горский.
Кровь фонтаном, не рассмотреть ничего, поэтому пальцами нащупываю отверстие, чтобы заткнуть. Сердце на глазах сдувается, но работает на адреналине.
– Вливаем кровь, – командую Гору.
Понимает с полуслова и уже наготове. Один пакет заливаем.
Но жизнь утекает как песок в песочных часах.
– Второй лью, – проговаривает нам свои действия Гор.
Действие адреналина в какой-то момент прекращается и сердце останавливается.
Теперь уже навсегда.
– Время смерти, – смотрю на часы, – одиннадцать двадцать. Произношу и отступаю от стола.
На Горского. Тот пожимает плечами. Мы сделали, что смогли.
Коршунову киваю на выход.
На ходу стягиваю перчатки, грязную одежду в крови.
Выходим молча из операционной.
Выдыхаю и понимаю, что хочу пить и в туалет. Сначала в туалет.
– Говорят, у нее ребёнок остался. – Вздыхает Коршунов. Молодой ещё. – Куда его теперь?
– Родственники заберут или в детдом.
– Вы так спокойно говорите об этом, девушка молодая умерла.
– Запомни, Коршунов. Жалость и хирургия несовместимы. У нее была серьёзная патология и букет болезней. А теперь сделай выводы, чтобы завтра на их основе спасти другого. И протокол операции напиши, я проверю заодно твои выводы.
Справляю нужду и иду по коридору к своему кабинету. На ходу разминаю шею и плечи, что затекли после долгой операции.
– Артем Александрович, – меня перехватывает палатная медсестра Олеся. Хоть и молоденькая, но ответственная и внимательная. Была бы врачом, цены бы ей не было.
– Артем Александрович вас тут ждут.… – ускоряется, чтобы не отставать от меня.
– Хатико ждал, и они подождут, – подмигиваю ей и сворачиваю к своему кабинету. Передохнуть надо, хоть минут пятнадцать.
– Так там ординатор на работу.…
– Не сегодня.
Подхожу к своему кабинету, возле которого стоит девушка и рассматривает плакаты на стене.
– Вот она, к вам. Вы сами назначили на это время.
Девушка оборачивается. На лице маска. Над ней большие округлившиеся глаза. Знакомы что ли?
Овал лица обрамляет короткая стрижка и идеально уложенные волосы. Неестественные даже какие-то. Белый медицинский халат сшит в размер так, что выделяет выгодно все округлости фигуры.
Серьёзно? Блондинка в кардиохирургии? Олеся тоже блондинка, конечно, но медсестра. Тут требований поменьше.
И вообще….
– Игнатов где? – кидаю Олесе.
– Так он…. – отзывается шепотом ординатор, – в другую больницу перевелся. – Я вместо него.
Охуеть.
– Почему я узнаю об этом только сейчас?!
– Я вам бумаги клала на стол.
Перехвалил Олесю.…
– Шепотом почему? – зеркалю девушку.
– Голос потеряла.
– В маске почему? Больная, что ли, пришла в отделение, где делают операции?
– Нет, это аллергия. Чихаю иногда. Не хочу, чтобы подумали, что простыла.
– На что аллергия?
– Да… – мнется, – ещё проверяю. Недавно проявилась.
Смотрю на нее. Ну, какой там врач...
– Лечить кто будет? Ты ж на медсестру только и тянешь. А медсестры у меня и так есть, мне врач нужен.
Сжимаю кулаки. Хочется того, кто ее утвердил, отправить к нему самому на стажировку. У меня операции по десять часов, а я должен это.… ещё учить. Лучше жизнь чью-то спасти.