Ольга Тимофеева – Бывший: все сложно (страница 83)
– Мне нельзя.
– Можно.
– Я в поликлинике.
– Заболела?
Снова рыдает.
Поднимаюсь на кровати.
– Кира, да что случилось? Не молчи ты, а?
– Можно я к тебе приду?
– Я вообще удивлен, почему ты не тут рядом со мной?
– Я хотела прийти, Яну встретила… не хотела мешать.
– Кому мешать?
– Вам.
Я вообще уже ничего не понимаю.
– Так, адрес говори.
Когда диктует, сразу вызвал ей такси и сбрасываю номер машины.
– Через две минуты приедет машина, ты в нее сядь, пожалуйста и приезжай, куда привезут. Только без глупостей. А то придется нарушить местные правила и сбегать.
– Не надо сбегать. А то Боря там правила собирается нарушать. Ты еще!
– А что у него хоть?
– Ой, Никита, машина.
– Ладно, все, езжай сюда, жду.
Теперь тоже волнуйся, что там с ним, чего она ревет.
Глава 58. Никита
– Проще уже тоже попасть в больницу, чтобы не ездить туда-сюда.
– Что ты за глупости говоришь, а? – Никита встречает у входа в отделение и сразу обнимает.
Боря мог погибнуть, он мог погибнуть, меня уже потрясывает от эмоций.
– Не плачь, – вытирает мне большими пальцами лицо. – Я вон, видишь и то почти на том свете побывал и не плачу, – улыбается, пытаясь меня развеселить.
– Никит, спасибо.
– За что?
– Что спас его, – говорю и снова слезы.
– Тебе просто выплакаться надо, да? – снова притягивает к себе.
Пахнет лекарствами так, что меня мутить начинает от этого.
– Идем со мной, расскажешь все, – берет за руку и тянет за собой.
В шуршащих бахилах иду за ним.
– Самсонов, вы только с пришли в себя, вам надо отдыхать, – перехватывает его на коридоре медсестра.
– Я знаете, как раз лежал тут без сознания и отдыхал. Все. Жена пришла, конец отдыху.
– Вечером жена, утром жена, сейчас жена. Вы многоженец?
Чего?! Поворачиваю к нему голову.
– Пользуюсь спросом, – пожимает плечами, натягивает улыбку и уводит к себе в палату.
– Что за жены к тебе ходят?
– Я был без сознания, ничего не знаю, – откашливается и усаживает меня на стул.
Живой, вроде как и выдохнуть можно. Ставлю сумку на пол.
– Во-первых, как Боря? Как себя чувствует?
Меня снова накрывает, поджимаю губы, вспоминая весь этот ужас.
– Кир, ну завязывай. Живы же все… – берет бутылку воды, откручивает крышку и дает мне.
– Выпей воды. Кружки только нет, уж извини.
Я киваю и пью.
Смахиваю слезы и пересказываю про врача того непонятного.
– Мне воспитатель и сказала, что их врач забрал. Я когда кабинет нашел, дверь там была закрыта. Я выламывал. Борька там без сознания лежал. Его кто-то там специально закрыл.
– О боже… Зачем…?
Никита пожимает плечами.
Смотрим друг другу в глаза. Как будто думаем об одном и том же.
– Я не хочу никого обвинять, – начинаю первой, – но только один человек очень хотел его накачать какой-то гадостью, чтобы он стал спокойнее.
– Олег? Вот сука, – Никита поднимается и отходит к окну. – Найду…
– Никит, я могу ошибаться.
– У вас в саду камеры есть?
– Да.
– Проверим.
– Боря сказал, врач в маске был. Он не узнал в нем Олега.
– Надо проверить еще камеры соседних домов. Если это он… Мы на него и так нарыли там гору всего. А если еще это…
– Так это он из-за тебя, что ли?
– Нет, – машет головой и возвращается назад, – откашливается и присаживается на корточки. – Я к нему ходил. Вернее собирался, но не дошел. Нельзя было показывать ему, что копаем под него, чтобы не спугнуть. Тут он сам.
– А если бы не ты… Боря бы там и остался, в том кабинете? Спасибо, Никит…
– Ну все, хватит. Думаешь, если бы там был какой-то другой ребенок, то я бы не пошел.
– Пошел бы…