Ольга Тимофеева – Бывший. Неверный. Родной (страница 53)

— Надо ещё Амосовых позвать, у них тоже есть дети, — предупреждаю родителей, а мне наконец звонит дядя Юра.

— Юрка? — кивает папа.

— Да, — отвечаю и принимаю вызов.

— Кать, привет. Днем не получилось, надо было отъехать срочно.

— Юр, привет, — папа громко здоровается на всю кухню, что не услышать его нельзя.

— Здорово.

Разворачиваю экран, чтобы хоть посмотрели друг на друга.

— Сто лет не видел, что тебя, что Сашку, заезжайте как-нибудь.

— Лучше вы к нам. Нас слишком много.

— А что вы там решили, ещё на один круг?

— Нет, — дядь Юра смеётся и закатывает глаза. Вчера, представляешь, двоих перепутал, такой скандал был, — сам над собой смеётся. — Что одну люблю больше, чем другую.

До сих пор не представляю, как они тогда с тройней справились. Тут с одним бы все успеть...

— Ладно, давай мне Катю, а то у нас там вопросов много.

— Начнем с заявления на установление отцовства. Заполнила?

— Да, проверишь?

— Кидай.

Фотографию ему и отсылаю.

— Отлично. Что там с тестом?

— Влад сегодня сдал, — отвечаю дяде, но взглядом скольжу по отцу.

Тот недовольно опускает взгляд и прикусывает губу.

— Теперь нам нужно подготовить пакет документов для возможного лишения Алексея родительских прав. Собирай всё, что подтверждает его угрозы и неподобающее поведение. Переписки, записи разговоров — всё, что у тебя есть.

— А Коля?

— Сколько ему лет?

— Девять.

— В суде принимается желание ребёнка с десяти. Ладно, я это решу.

— Для него это будет стресс, а лишний стресс это вероятность приступа.

— Я подумаю, как это сделать безопасно для него.

— У меня есть одна запись его угроз. И сообщения, где он… ну, не сдерживается. Я сделала скриншоты.

— Хорошо. Суд обратит внимание на такие доказательства. Главное — показывать последовательность: его бездействие как отца, угрозы, давление. Всё должно складываться в единую картину.

— Поняла. Что ещё?

— Справки о состоянии здоровья Коли. Обязательно нужна медицинская выписка из больницы. Она подтвердит, что он действительно был в сложной ситуации, а ты заботилась о нём. Это важно.

— Хорошо, я запрошу.

— Сразу собираем документы на квартиру, машину. Кто что за какие деньги покупал.

— Ну, конечно, тут вопросов нет, — папа ест, но всё равно рядом.

— Хорошо бы — показания свидетелей. Есть кто-то, кто может подтвердить, как Алексей себя вёл? Может, соседи, друзья?

— Я могу попробовать поговорить с соседями, но не уверена, что они согласятся. И возможно, Алексей уже с кем-то успел поговорить.

— Попробуй. Даже если это будут письменные объяснения, они пригодятся. А ещё лучше — если кто-то сможет прийти в суд.

— А что, если Алексей начнёт выкручиваться? Он угрожает, что сделает так, будто это я виновата.

— Вот поэтому мы всё документируем. Помни: суду нужны факты. Не эмоции, а конкретные доказательства. И ещё, Катя, держись спокойно. Не поддавайся на его провокации. Если он будет звонить — записывай, но старайся не вступать в перепалки. Пусть его слова говорят за него.

— Это трудно, дядя Юра.

— Знаю. Но ты справишься. Ты сильнее, чем думаешь.

Вздыхаю, киваю, хотя он этого не видит. Чувствую, как его уверенность передается мне.

— Спасибо. Я сделаю всё, как ты сказал.

— Молодец. Если что-то понадобится, звони в любое время. Мы его дожмем.

Заканчиваю разговор и откладываю телефон. На мгновение позволяю себе расслабиться, а затем снова берусь за бумаги. Работа только начинается, но впервые за долгое время я чувствую, что всё идёт по плану.

— Что он, звонил сегодня? — спрашивает папа, глядя на меня поверх очков.

— Да, — признаюсь, стараясь говорить спокойно. — Угрожал. Снова.

Папа шумно выдыхает, а его лицо становится жёстче.

— Может, ещё раз к нему съездить? Он как будто не понял ничего.

— Егор... - одергивает его мама. — Ну, тебе уже не двадцать, чтоб ты кулаками все решал.

— Зато понятно и быстро, — улыбается, отшучиваясь.

— Это ничего не даст, пап. Наоборот, он разозлится ещё больше. Всё, что сейчас важно, — это документы.

Я чувствую на себе взгляды — папин строгий, мамин тёплый. Внутри, с одной стороны, становится легче, а с другой тяжелее. Легче, потому что я не одна. Тяжелее, потому что на кону слишком многое.

За столом уютно. Папа доедает ужин, мама укладывает чистую скатерть, а я перебираю документы, обложившись листами и записями. Мама печет пирог, ожидая в гости папину сестру с мужем.

Я тоже жду, потому что это точно даст отвлечься от всех этих накопившихся проблем.

— Привет, — Варин звонкий голос слышен из коридора и я скорее собираю бумаги, чтобы не мешали.

— Привет, Варь, Ромка, — папа их встречает. — Где орава?

— Остались одни, Машка за главную.

Я тоже выхожу её встретить. Так давно не виделись.

— Привет, тетя Варя.

— Привет, красотка, — обнимает, целуя в щеку, блондинка и улыбается.

— Привет, дядь Рома, — обнимаю и его.

— Привет, Катюш, ну, как твой мальчик? Все за него переживаем.

— В больнице пока. Боюсь домой забирать. Последнее время приступы такие сильные, что лекарства только больничные помогают.

— Не будем о грустном, он вылечится, — заявляет уверенно Варя.