Ольга Тимофеева – Бывший. Неверный. Родной (страница 24)

Я только пару кусочков рыбы в себя запихнула, а Влад все съел. Даже Коля почти доел, что удивительно.

— Я не хочу. Коль, будешь ещё? — сын отрицательно машет головой. — А ты? — киваю Владу.

— Позже сама съешь.

Не знаю, когда вообще в меня еда теперь полезет. А Владу с его комплекцией это как пару горошин.

— Нет, если хочешь, ешь, — подталкиваю к нему контейнер, — я лучше чая возьму себе.

— Играем? — Коля снова достает свои карточки и зевает.

— Коль, дай Владу поесть, — одергиваю его.

— Он обещал, если я все съем, то мы будем играть.

— Будем, — кивает Влад, — сейчас я доем, и поиграем ещё.

Коля откидывается на спинку и смотрит в окно. Я тоже расслабляюсь. Не помню уже, когда у меня был такой спокойный вечер. Когда можно расслабиться и не ждать очередной ссоры и споров. Когда не надо оправдываться и думать над тем, что говорить.

Пока Влад доедает ужин, Колю укачивает и он прикрывает глаза, засыпая.

— Можно свет приглушить, — Влад шепча кивает на потолочный светильник.

— Да, давай, пусть отдохнет.

Поднимается, чтобы отрегулировать свет, а я одновременно с ним, чтобы отнести поднос.

— Тут убирают.

— Мне не сложно, — складываю все на поднос, — заодно попрошу чай. Ты будешь что-нибудь?

— Кофе, — приглушает свет, создавая в купе полумрачную интимную обстановку.

А поезд, подъезжая к очередной станции, начинает тормозить.

Качнувшись, я пытаюсь удержаться на ногах, но сила инерции сильнее и я как будто специально влетаю прямо во Влада, толкая его.

Сильные руки тут же сжимаются на моей талии, подхватывают, чтобы я не упала дальше, а я инстинктивно обхватываю широкие плечи, как единственную опору, что сейчас есть рядом.

Втягиваю невольно его аромат и ощущаю, как кожа покрывается приятной знакомой дрожью.

Глава 23

Одним махом стирая мысленно все эти годы, я возвращаюсь в тот момент, когда мы ещё встречались, ходили на дискотёки. Я не видела его столько лет и зрительная память вполне может и подводить, но руки не обманешь точно.

Влад был гораздо тоньше. Как парень, который только сбросил с себя образ подростка.

Сейчас я касаюсь мужчины. Высокого, крепкого, сильного.

Как мой муж.

Воспоминание о нем как ядовитой иглой бьет по пальцам, и я тут же убираю руки от Влада.

— Извини, я… случайно.

Шаг в сторону и его руки, хоть и нехотя, но отпускают меня.

Забираю поднос и покидаю купе.

Муж мой тоже был высоким, крепким, сильным, а вон как получилось с ним… Теперь я таких опасаюсь.

Не спеша отношу поднос, жду, когда нам сделают чай и кофе. Проще бы было ехать одним. Гораздо проще.

Проводница же наоборот, расторопно всё делает. Не дает мне и лишней минутки, чтобы побыть в своих мыслях.

Когда возвращаюсь в купе, меня ждет ещё один сюрприз.

Влад уложил Колю на кресла, заняв мое место, а мне будто специально оставив место рядом с собой.

Конечно, я не бужу сына и, поставив поднос на столик, сажусь рядом с ним.

— Я взяла пару пакетиков сахара, если тебе надо, и сливки, — говорю о том, о чем можно было бы не говорить, но мне надо сменить ту тему, на которой мы остановились.

Влад сахар не берет, но сливки в кофе добавляет.

— Почему Коля? Такое вроде уже забытое имя, — Влад отпивает свой напиток и смотрит на меня поверх края стакана. — В честь кого-то.

Знал бы ты… догадался бы сразу обо всём.

— Нет, — пожимаю плечами и вздрагиваю, оборачиваясь на дверь, когда слышу резкий стук в коридоре.

— Кать, — Влад откашливается от полушепота, которым говорим. — У тебя всё нормально?

— В смысле?

— Ты дергаешься постоянно, смотришь на дверь?

Да?! Я и не замечаю уже за собой.

— Просто, громкие звуки… не хочу, чтобы Колю разбудили.

И прячу глаза в стакане с чаем. Пусть мы и сидим в полумраке, но его взгляд и мысли, я как будто чувствую.

— Ты как будто ждешь постоянно, что кто-то зайдет.

— Тебе кажется.

Жду. И трясусь вся. Хотя знаю, что Алексей остался там, но что у него на уме я уже сомневаюсь. Боюсь, чтобы он не оказался на вокзале, когда мы приедем. Чтобы не поехал к моим родителям. Не хочу, чтобы волновал их и нервировал.

— Кать, меня все это время мучал один вопрос. Можно задам?

И резко так перескакивает на другую тему, чем застает врасплох.

— Задавай…

— Ты, правда, не изменяла мне?

Усмехаюсь сама себе. Долго же он думал об этом…

— Нет, — и специально поворачиваюсь к нему, чтобы посмотреть в глаза. Я любила его. Любила эти голубые глаза, любила его улыбку, его брови, его губы. Я все это слишком любила, чтобы искать что-то лучшее.

И Влад, видя, что я не скрываю свой взгляд, открыто смотрю, вздыхает и опускает голову. Только спустя девять или десять лет, понимая, что он натворил.

— Да, я дружила с Вовкой, — отворачиваюсь и смотрю на сына. — И сейчас дружу. Он мне как брат. — Делаю глоток уже чуть остывшего крепкого чая с лимоном. — Мы с ним познакомились, когда я не разговаривала. Он смешно так всегда пытался меня разговорить. Я уже и не помню толком эти моменты, но… — слова так больно скапливаются комом в горле, — они всегда живут как бы со мной. Как напоминание о том, что со мной было в детстве.

Когда у меня не было папы, когда надо мной все смеялись. Когда у меня случился нервный срыв на этой почве. И я не хотела, чтобы это же повторилось с моим ребёнком.

Сейчас я уже понимаю, что ошибочно тогда согласилась на брак практически с первым же парнем после Влада, чтобы только у сына был отец.

И папе не хотела рассказывать обо всех своих переживаниях, чтобы не чувствовал себя виноватым. Он был не виноват. Просто так получилось.

Вытираю ладошками слёзы. Не хочу перед Владом плакать, не хочу, чтобы жалел.

— Кать, — ставит свой стакан на стол и тянет за плечо меня к себе, — Кать, прости.

Я касаюсь дрожащими пальцами его большой, крепкой ладони.

Даю себе пару секунд, чтобы окунуться в это, и убираю его руку с плеча.