Ольга Сушкова – Демоны пустыни (страница 30)

Солнце еще не поднялось из-за горизонта, но небо уже достаточно посерело, скоро оно станет голубым, а брезжущая розовым цветом полоска на востоке взорвется охряными оттенками. Закончится закат ночи, и в пустыне снова воцарится столь ненавистная всем путникам жара. Но пока этого не произошло, надо выдвигаться в дорогу.

Только я собрался скинуть с себя ночные покрывала, как с удивлением обнаружил, что моя спутница безмятежно спит на моем плече. Стараясь не разбудить Джоанну, я осторожно высвободил руку и аккуратно переложил голову девушки на мое скомканное одеяло.

– М-м-м, – знакомо промычала Джо, но теперь в этом стоне не ощущалась того страха, что был ночью. Девушка просто была недовольна ранним пробуждением. Признаться: я тоже. Что ни говори, а ночь для нас обоих выдалась весьма беспокойная. Кажется, я поспал всего ничего.

– Спи, я разбужу, – тихо прошептал я на ухо девушке, но услышала ли она меня, я так и не понял.

Ладно, пока соберу вещи, а она пусть поспит еще немного. Не знаю, что точно случилось между мной и Джоанной ночью, но почему-то мне кажется, что моя спутница сильно устала после всего произошедшего. И белые волосы… Я их правда видел? Или мне померещилось? Хотя раньше я на зрение вроде не жаловался. Сейчас девушка выглядела обычно. Немного загорелое лицо, черные пушистые ресницы, золотые волосы.

– О, так вот ты какой! – произнес я вслух, заметив, как сверкнул красным цветом выбившийся из-под одежды кулон Джоанны. Как я и думал, украшение на серебряной цепочке источало небольшое магическое свечение. Рубин? Нет, в нем как будто что-то переливается. Странно, если бы я не чувствовал, что это обычный твердый камень, то поклялся бы, что в нем заточена какая-то жидкость. Джоанна сказала, что, как только мы закончим наш путь, она отдаст мне все свои волшебные камни. А этот камушек тоже входит в их число? За него бы неплохо заплатили. Так, ладно, я не о том думаю.

Поднявшись на ноги, я потянулся, широко зевнул и вытянул руки, устремив их к небу. Все-таки спать на песке не так уж и приятно – лучше, конечно, чем на камнях, но спина и шея все равно затекают.

Оглянувшись на Джоанну и убедившись, что девушка и не собирается просыпаться, решил проверить лошадей.

– Фью-у-у! – свистнул я не очень громко, но достаточно для того, чтобы Мара услышала и подошла. – Доброе утро, девочка, – приветствовал я свою подругу, легонько хлопнув несколько раз по шее лошади и почесав ее за ухом. – Лата с тобой? Вы хорошо себя вели? Скоро снова отправимся в путь, а вечером нас всех ждет куда более приятный ночлег. Соскучилась по ребятам? Я тоже. Но пока нам всем предстоит пройти не меньше, чем вчера.

Лошадь утвердительно фыркнула, полностью мне доверяя. Я улыбнулся и отправился обратно к Джоанне и нашим вещам. Нам следовало перекусить перед долгой дорогой, поэтому я достал из сумок наши запасы фиников, кураги, вяленого мяса и двух бананов, которые надо было съесть как можно скорее – еще один день на жаре они точно не протянут.

– Нужно ополоснуть правую руку, – сказал я сам себе, доставая флягу с водой, а заодно и акш‘а-мал‘а[26].

Помыв руку, я погрузил ее в мешочек гом‘укха[27], в котором и были спрятаны мои четки из бусин, нанизанных на нить. Зажал первую из них большим и безымянным пальцами. Читать молитву можно с применением разных пальцев, но зажимая бусины именно между вторым и пятым пальцами, можно отогнать неприятности. Сосредоточившись и закрыв глаза, я постарался освободить свой разум и думать только о смысле мантры, которую стал произносить почти шепотом.

В четках, доставшихся мне от моего наставника, всегда было сто восемь сандаловых бусин. Бывают четки и из меньшего числа бусин, но такое число выбрано не случайно: оно означает многомерность мира, бесконечность. Есть, правда, и сто девятая бусина, бусина Гуру[28], но на ней не повторяют мантру. Мантру читают только на каждой из ста восьми бусин. Конечно, медитацию на четках надо проводить по несколько раз, но сейчас у нас на это просто не было времени.

– Не думала, что ты верующий.

– Я верю в то, во что верю, – спокойно ответил я Джоанне и открыл глаза. По всей видимости, девушка давно проснулась и терпеливо ждала, когда я закончу.

– Из какого материала твои четки?

– Вообще-то никто не должен этого знать, кроме их владельца. Четки для того и носят скрыто в мешочке, чтобы их никто не видел.

– И все же? – почему-то не отступала девушка.

– Белый сандал – он символизирует холодный разум.

– И ты правда веришь, что чтение мантр поможет избежать неприятностей?

– Перебирание четок также помогает избавиться от навязчивых мыслей, забот и погрузиться в нужное состояние. И да, я верю, что они помогают от темных сил и мыслей. Вера помогает мне оставаться светлым человеком. Ты ведь знаешь, что демоны способны подчинять себе чужой разум.

– Демоны… – усмехнулась блондинка. – Прежде чем одурманить, они могут просто убить тебя.

– Джоанна, чего ты от меня хочешь? Если ты во все это не веришь, то, пожалуйста, не меш…

– Извини, – перебила меня девушка. – Просто устала после ночи, голова до сих пор болит, да и слабость.

Убрав мешочек обратно в сумку, я более внимательно присмотрелся к своей спутнице. Кажется, она действительно выглядела неважно. Волосы ее спутались, лицо осунулось, появились мешки под глазами, и все же она выглядела лучше, чем ночью, – Джоанна будто оживала, пусть медленно, но на ее щеках уже стал появляться румянец.

– Ладно, давай завтракать. Тебе это сейчас совсем не помешает. А после отправимся дальше, – сказал я и протянул девушке кусочек вяленого мяса и флягу с водой.

Джоанна откусила кусочек, ничуть не поморщившись. Не многим нравится такая пища, но ничего другого я не мог предложить, особенно после того, как наш ужин был уничтожен самым глупым образом.

– Я так смешно ем? – вдруг спросила меня девушка, заметив, что я улыбаюсь.

– Нет, просто вспомнил вчерашний вечер.

– Между нами ничего не было.

– Конечно, не было. Я вообще не об этом! – резко возразил я.

– Послушай, мне просто было нехорошо, сейчас все в порядке. Давай просто забудем, что я вчера…

– Уснула в моих объятиях? – довольным голосом напомнил я. – Прижималась ко мне своими…

– Натан! – чуть не оглушила меня Джоанна.

– Молчу, молчу, – подняв руки в знак перемирия, ответил я. Но если все-таки вспомнить, то мне даже понравилось, что такая девушка разделила со мной спальное место.

– Ты о чем задумался?

– Да так, – отведя взгляд, ушел я от ответа и потянулся к своей сумке. – Я всегда добавляю за завтраком в еду немного трав, когда мне предстоит долгий путь. Давай и тебе немного отсыплю.

– Только попробуй мне это еще хоть раз предложить!

– Боюсь, боюсь! – снова миролюбиво сдался я. – Только, пожалуйста, больше не веди себя странно.

– Уж поверь, в ближайшее время такое больше не произойдет.

– В ближайшее? – переспросил я, но девушка не посчитала нужным ответить мне и полностью сосредоточилась на приеме пищи.

Спокойно позавтракав и покормив лошадей, я убедился, что у нас есть еще немного времени до рассвета. Солнце вот-вот должно было подняться над барханами – небо уже окрасилось в желто-розовые цвета. Я решил, что неплохо бы сменить одежду. Не хочу, чтобы мои старые друзья увидели, что вся рубашка забрызгана кровью, причем не моей.

Подойдя к Маре, я расстегнул одну из сумок – как раз ту, в которой была припасена сменная рубашка. Сняв платок, я бросил его на седло лошади и затем стянул с себя некогда белую просторную рубашку, оставшись в одних брюках.

– Так много… Значит, не только на руках, – от неожиданности я замер, а девушка легонько дотронулась до глубоких шрамов на моей спине.

– Я уже говорил, у меня было тяжелое детство, – не оборачиваясь, спокойно объяснил я, хотя был встревожен не на шутку. Как Джоанне удалось так неслышно подойти ко мне, что я этого даже не заметил?

– Но некоторые совсем свежие. А говорил, что ловок и быстр, – она сказала это совсем не обидно, скорее грустно.

– Я стараюсь не обращать внимания на такие мелочи.

– Натан, ты совершенно не умеешь пользоваться магией камней, если даже себя не можешь защитить. Тебе надо учиться.

– Джоанна, пойми меня правильно: может, я и не самый лучший воин, но, как видишь, до сих пор живой. Не надо меня учить ничему. Мне вполне хватает того, что я умею сейчас, – недовольно ответил я и повернулся к своей спутнице.

Показалось ли мне, но взгляд девушки сильно изменился. В нем не было той надменности и злости, что я видел до этого. Кажется, Джоанна говорила искренне, не желая меня задеть своими словами.

– Эта татуировка… Солнце, пронзенное стрелами, – девушка вновь дотронулась до меня, но теперь куда смелее – она провела не просто пальцами, а всей ладонью по моему правому плечу, будто изучая каждый мускул.

– Знак гильдии воров. Наносят каждому, кто доказал, что достоин быть вором. Тебя это удивляет? – спросил я и тут же наклонился поближе к ее лицу.

– Так, давай одевайся уже! Нам пора ехать! – вдруг ни с того ни с сего громко произнесла Джоанна, сделала шаг назад и махнула рукой куда-то вправо. – Рассвет! Видишь?

– Действительно, – вздохнул я, чувствуя себя так, будто меня только что обвели вокруг пальца. Нет, мне точно никогда не понять женщин! А может, я просто смутил Джоанну своими широкими плечами и накачанным торсом? Она точно обратила на это внимание. Или, может, я выдаю желаемое за действительное?