Ольга Сушкова – Аллегро любви (страница 3)

Святая Магдалина, что это вообще было? А моя сумка? Где она? Я оглянулся и нашёл её на той стороне улицы, где шёл изначально. Вроде как ничего и не изменилось, не считая, что я теперь был не только мокрый, но и грязный, и в то же время я почему-то был уверен, что с этой ненормальной мы обязательно ещё встретимся. Странная девушка, с характером, но...

- Ха! – произнёс я. – Впервые сам пал на колени, а не увидел девушку на четвереньках перед собой... Да уж, Алвес, что с тобой стало. По-хорошему, надо было этой кукле преподать урок за неумение благодарить.

Я тяжело вздохнул и задрал голову, дождь забарабанил по моему лицу, остужая и успокаивая. Что за день. Ладно, если судьба захочет, мы обязательно ещё встретимся. Вопрос только в том, что она делала одна ночью на улице в дождь. Стоило проследить за ней? Да нет, всё с ней будет хорошо.

4. Слова и действия

Месяц назад. Сентябрь.

На следующее утро я как обычно пришёл в клуб Faust, где мы репетировали, - не так далеко от Эйфелевой башни, на набережной Орсе. Вроде и самый центр, но плата за почасовую аренду была не такой уж большой – Фернанду по знакомству договорился. А вот зал был выше всяких похвал - прекрасная акустика, приглушённый свет и никаких посторонних. Мы работали здесь ровно с 12 до 16 часов – позже клуб открывал двери для посетителей. Иногда правда приходили и пораньше. Как например, сегодня это сделал я. Хотелось тут быть первым, чтобы встретить всех остальных уже на сцене. И по очереди поговорить с каждым из них – извиниться.

Однако какого же было моё удивление, когда я увидел на сцене помимо наших инструментов ещё и Люсьен. Она стояла за синтезатором одна в пустом зале и что-то играла. Не известное, а скорее всего, собственного сочинения. Я замер в дверях, боясь её потревожить. Музыка лилась из-под её пальцев так естественно, словно девушка и инструмент были единым целым. И всё было бы ничего, если бы мелодия не была такой грустной.

- Ты долго будешь там стоять? – вдруг произнесла она, стоило ей закончить.

- Давно заметила? – хмыкнув, спросил я и прошёл в зал.

- Достаточно, - без злобы ответила она.

- Что-то случилось? Ты редко играешь такое. Только когда...

- Если что-то и случилось, то это у тебя, Алан. Удивлена, что ты здесь.

- Пришёл сделать так, чтобы вы не заняли последнее место в Монако, - с самодовольной улыбкой ответил я.

- Ну конечно, - она вернула мне улыбку.

- Так, что случилось? Снова Лукас (в перев. с древнегреч. – «родившийся на рассвете»)?

Она не ответила, лишь отошла от синтезатора и села на край сцены, свесив ноги, я сел рядом. Всё было понятно и без слов. Опять её парень что-то ей сделал.

- По-моему, вам лучше расстаться. Вот честно, - начал я. – В конце концов, мир не заканчивается на нём. Вот сама посуди, он мог бы вчера прийти на наш концерт. Но что-то я его не заметил, зато парней, которые сохли по тебе, было хоть отбавляй. Видела, как тебя пожирали взглядом?

- Алан, я не просила совета, - она серьёзно посмотрела на меня, не желая продолжать разговор, однако продолжила его сама. – Просто... Он занят. Много работы. Он хочет сыграть большую свадьбу, чтобы я была счастлива. Для этого нужны деньги. Купить своё жильё, в конце концов. Впереди страну ждут только кризисы, так что, надо сейчас выжать всё, что можно. И это правильно. Это конечно же, правильно.

- Люс, - я откинулся назад, опёршись на руки, но взгляда с девушки не свёл и задал всего один простой вопрос, - когда у вас последний раз был секс?

Другая девушка давно ударила бы меня за такой вопрос, но только не эта. Мы с нашей клавишницей уже давно стали не просто партнёрами, а настоящими друзьями. Но честно – не более. Ни разу, никогда мы не переступали черту. Вот и сейчас я знал, что мы вполне можем поговорить откровенно как друзья.

- Полгода.

- Merda, - выругался я. – Он что, больной у тебя, идиот или просто слепой?

- Он старается для нас обоих.

- Эй, подруга, беги давай. Если у мужика не встаёт на такую красотку как ты, ему точно пора лечиться. А ты уверена, что он тебе не изменяет?

- У него просто нет на это времени.

- Ну конечно. Короче, брось его первой. Будь выше этого.

- Алан, ну любят же не через постель. Любят не за что-то, а вопреки.

- Это ты книжек что ли начиталась или мелодрам пересмотрела? Ты вроде не дура, Люс. А не видишь очевидного.

- Да иди ты, Алвес, - она не больно толкнула меня в плечо.

- Окей, когда он тебе в последний раз там цветы дарил? Или может, страстно прижимал к стенке, а затем вы мылись вместе в душе? Это хоть раз было?

- Было. А потом ему пришлось взять дополнительную работу. Ну и...

- М-да.

- Слушай, посмотри на себя. Когда я наконец увижу счастливым тебя?

- А я вполне счастлив. Вот выиграем конкурс и просто воссияю, - я рассмеялся.

- Ты неисправим. И ты ведь понимаешь, что я говорю о девушке? Вот когда ты в последний раз был с кем-то близок?

- Ну если точно, то 13 часов назад.

- Чего? – она уставилась на меня во все глаза. – У тебя появилась девушка? Когда успел? Кто она?

- 13 часов и 5 минут назад.

- В смысле?

- Ну познакомился 13 часов и 5 минут назад.

- Всё понятно, подцепил девку в баре и переспал с ней сразу же, - она закатила глаза.

- Даже не хочу тебя в этом разубеждать, - я одновременно с прищуром и улыбкой посмотрел на свою подругу. – Но на самом деле я...

- Гляньте-ка, великий Алвес собственной персоной, - вдруг услышал я знакомый мужской голос из темноты зала. – Не уж-то снизошёл до нас?

К нам приближался Дуглас, а за ним следом и Фернанду. И если португалец ещё выглядел спокойным – похоже, он даже не удивился мне, - то вот француз всем своим видом показывал, что хочет продолжения того, на чём мы вчера остановились.

- Снизошёл, - ответил я, глядя на него сверху вниз.

- Хочешь получить в зубы? Ты не переживай, по рукам бить не буду, - с издёвкой процедил он. – Мы же играем честно. Не так ли?

- Ну мои зубы вам всем очень ещё пригодятся. Где вы видели беззубого ударника? – продолжил я.

Фернанду и Люсьен тактично молчали, глядя на нашу перепалку. Оба уже давно привыкли к моим выкрутасам, но вот этот медведь нет... Он был готов взорваться вновь. Поэтому я не придумал ничего лучше, чем спрыгнуть со сцены и просто подойти к нему.

- Хочешь – ударь, хочешь – в зубы, обороняться на сей раз не буду. Но прежде скажу – был не прав. В конце концов, только командой мы создадим идеальное звучание.

- Фиу, - присвистнул Дуглас. – Поумнел всего за ночь? Или кто-то уже вправил тебе мозги? – он искоса взглянул на Фернанду, но тот лишь поднял руки вверх, показывая, что тут не причём.

- Будем считать, что поумнел, - я протянул ему руку. – Покажи мне сегодня, что по-настоящему можешь. Чтобы это я пытался тебя догнать, а не ты меня. И не переживай – догоню.

- Самовлюблённый и наглый.

- Какой есть.

- Начинаем через пять минут, - Дуглас схватил мою руку и чересчур крепко сжал.

Я стерпел его хватку, ну точно медвежья, и ответил:

- Все слышали? Через пять минут порвём этот пустой зал.

И Люсьен, и Фернанду улыбнулись, и кажется, с облегчением выдохнули. В который раз так происходит, в который раз...

Мы репетировали около пяти часов, практически без остановок. Лишь прерывались на обсуждения, как сделать нашу игру ещё лучше. На этот раз я вёл себя как прилежный мальчик – не убегал вперёд, слушал остальных, следовал их желаниям и наставлениям. В общем, больше ссориться я не собирался. По крайней мере, не в ближайшие дни. Дуглас может вспылить в любой момент, а мне это не нужно. Ради победы в Монако. И только ради неё. Я знал, что мы можем победить. И мы сделаем это. Но только если будем идеальной командой. Так что, приходится заткнуть свою гордость и просто плыть по течению.

- Юху! – воскликнула Люс, как только мы завершили очередную композицию. – Отличная работа мальчики! Просто ах, как это было круто!

- Да, реально очень хорошо! – воодушевился Фернанду и смахнул с лица пот. – Но над движениями ещё предстоит поработать. Особенно тебе Дуглас. Без обид.

- Знаю, - проворчал наш медведеподобный басист. – Дома ещё поработаю над собой. Не переживай.

- Алан? – обратился ко мне португалец.

- И что ты имеешь в виду? Предлагаешь мне вскочить из-за барабанов и сплясать? – с издёвкой спросил я.

- Нет, amiga (в перев. с португал. – «друг».). Но в те моменты, когда Люсьен играет, а ты ждёшь своей очереди, чтобы вступить, не сиди как сыч, двигайся, поднимай руки, заводи зал. Нужно, чтобы тебя заметили, а не думали, что ты манекен.

- Ладно, - согласился я, приняв его объяснения. – Подумаю, что можно сделать.