Ольга Сурмина – Семь звёзд (страница 41)

Люди гедонисты. Что бедные, что богатые, что невменяемо богатые. Они все любят удовольствие от еды, напитков, секса. Все любят… когда на них смотрят снизу вверх. Когда признаются в любви, дарят подарки, пусть даже бесполезные. В периоды слабости, усталости, боли этот гедонизм лез из них сильнее всего. Был возможностью быстро и легко отвлечься от проблем и получить наслаждение.

Она его обнимала. Не спрашивала, где он был, чем занимался, какого черта может внезапно пропасть. У нее не было вечно недовольного, нервозного лица, как у абсолютного большинства девушек, с которыми Макс вступал в короткие бесцельные отношения. Иногда он спрашивал себя, почему так. В чем причина такого… комфортного, возбуждающего, приятного поведения.

И не находил ответа. Хотя иногда даже, мельком, думал, что нечто настолько приятное стоило той нервотрепки, которая была с Дэлл ранее. Она легко и непринужденно поддерживала любой разговор. Легко и непринужденно смеялась, радовалась новым десертам, затаскивала в свою эмоциональную воронку. Черную дыру веселья и непосредственности.

Кончала. Позволяла. Краснела. Иногда ему было даже жаль, что это не настоящий отпуск. Что нельзя просто забить и наслаждаться, нужен конфликт. И он даст этот конфликт. Как хороший управленец.

Грегораст действительно упер с собой этого кита. Аронст даже проследила за этим, с тупой улыбкой маша ему вслед, пока он не скрылся за дверью своего номера. Теперь ей было все равно на чувства Ивы. Все равно, ведь певица лезла из кожи вон, чтобы выставить Миннесотку на публике жадной идиоткой, опозорить как можно больше. Дэлл спит с бывшим первого айдола страны? Или какого там… второго? Третьего? Прекрасно. Прекрасно, и… наплевать.

Как и на всех них. Здесь для неё нет друзей, и никогда не могло быть. Остатки совести относительно молодых мажоров сгорели в тот день, когда девушка собрала волю в кулак, чтобы глянуть еще пару серий. Лучше бы не смотрела.

Она сцепила зубы и пошла в уборную. Плевать, что подумают те, кто сидят сейчас за камерами. Что у нее периодический запор, или ОКР с постоянной тягой принимать душ, это все не важно. Важно понять, какого черта Макс сейчас решил так внезапно уйти, сославшись на дела. Ничем хорошим лично для нее это точно кончится не могло.

Аронст уже привычно достала из сливного бачка телефон, сняла пакеты, протерла его и села на закрытый унитаз. Подруга не подвела. Она купила то, о чем её просили. Правда, за посылкой пришлось еще раз сплавать в город, но это того стоило. Стоило, ведь сейчас Дэлл с жуткой улыбкой надела наушники и вставила в разъем телефона приемник сигнала.

Простые прослушки на небольшое расстояние продавались практически везде едва не на правах игрушек. А собственно… зачем ей большое расстояние? Номера на одном этаже. Главное чтобы пресловутый кит, которому засунули в хвост этот жучок, всегда находился, хотя бы, в комнате Грегораста. И он будет находиться. Потому что Макс строит из себя послушного благодарного парня.

«Какая попытка унизить меня будет на этот раз?» — прорычала она себе под нос. Ресницы вздрагивали от боли и обиды.

Потому что сложно обнимать того, кто воткнет тебе в спину нож при первой возможности. Сложно ему улыбаться, целовать его. Целовать и, при этом, понимать, что сердце бьется быстрее. Что хочется, чтобы это не кончалось. Было стыдно за себя, стыдно и больно, но что уж теперь.

Ведь еще было злостно. Воевать можно… с любыми чувствами. Главное делать то, что нужно.

— Думаю, нам не хватает… конфликта. Конфликта, люди ждут зрелищ. Стэн? — Макс ехидно прищурился, глядя на множество экранов камер наблюдения.

— А? — Парень поднял от телефона глаза.

— Посмотри, она сейчас в душе. Можешь ворваться к ней туда? Да, ворваться, почему нет? — Губы исказила жуткая улыбка.

— И? — Тот прищурился.

— И трахнуть её. — Спокойно продолжил Грегораст. — Что ты так на меня уставился? Проблемы с потенцией?

— Но Макс. — Парень вскинул брови. — Она не повелась на меня, вот вообще. Как ты себе это представляешь? Если я буду кого-то насиловать на камеру, у меня будут проблемы. — Он заметно напрягся, но не решался вступить в открытую конфронтацию. Все равно понимал, что был одним из самых слабых звеньев шоу, и, если что, избавляться будут в первую очередь от него.

— Ты не понял. — Макс прищурился. — Просто выключи свет, прежде чем входить, и разденься.

— А что потом? — Стэн скрестил руки на груди. — Что потом?

— Потом ворвусь я, и устрою сцену ревности, конечно. — Грегораст с ухмылкой закатил глаза. — Потом эпически уйду, хлопнув дверью. Пятнадцать минут. Справишься?

Парень неуверенно кивнул.

«Ах ты ублюдок» — прошептала Дэлл, вслушиваясь в этот разговор. Губы дрожали. «Лицемерный кусок дерьма. Сцену ревности хочешь, да? Что ж. Будет тебе сцена ревности, тварь» — она сорвала с себя наушники и принялась быстро заворачивать телефон назад в пакеты. Время ограничено. Время строго ограничено, если Макс послал сюда Стэна прямо сейчас. Девушка вновь бросила смартфон в бачок, затем ринулась к ванне и душевой кабине. Она осторожно встала на бортик ванны, после чего принялась слегка выкручивать лампочки, чтоб те перестали гореть. Вскоре вокруг повисла удушающая темнота.

«Идеально» — прорычала Аронст себе под нос. «Тьма тут будет и без ваших усилий» — она взяла шампунь, сняла с него дозатор, и принялась поливать им кафельную плитку в душевой кабине и рядом с ней, после чего включила душ на самый слабый поток воды. Горячей, как кипяток. Чтобы струи были недостаточно сильными для смывания мыла с пола, но все равно издавали шум.

Скрипнула дверь номера. Кто-то крался. Явно старался не делать лишнего шума. В темноте Дэлл попятилась. Осторожно встала меж душевой кабиной и стеной в туалет, затем присела. Реально ли разглядеть её тут без освещения, когда запотели стеклянные стенки? Ей казалось, что нет.

Щелкнул выключатель, сейчас наивный Стэн решил, что выключил свет.

Скрипнула дверь, и в проеме появился мужской силуэт. Судя по всему, силуэт в одних трусах, или даже… даже без них. Аронст сжала кулаки. Шаг, еще шаг… парень взялся за створку и попытался заглянуть внутрь душевой кабины.

Тут же раздался импульсивный крик. Молодой человек наступил на шампунь, стал скользить и рухнул под слабый душ. Вновь крик. Кто-то сейчас познал самую высокую температуру воды, что была в кранах одного из самых дорогих отелей страны. Он рефлекторно отстранился от потока, попытался вскочить, но тут же рухнул снова, опять под поток. Боль не давала ему собраться, чтобы встать со скользкой поверхности, а скользкая поверхность не позволяла уйти от боли. Стэн выл.

Дэлл мрачно усмехнулась.

Сейчас придет еще один.

Грегораст нервно стучал пальцами по столу. Из всех звезд Аронст сильнее всего не нравился Стэн. Она сходу начнет его отпихивать, закричит. По идее.

Но что если в темноте девушка не поймет, кто к ней вошел? Не поймет, решит, что это он, Макс. Позволит себя лапать. Позволит обнимать, наглаживать, целовать… прямо под струями теплой воды. Почему-то от этих мыслей сводило зубы.

Парень ядовитым взглядом смотрел, как его друг неловко раздевался на подходе к её ванной. Как крался, бросал все вещи на пол. Затем вошел внутрь.

Внутри все напряглось, руки сжались в кулаки. Примерно через минуту раздался глухой крик, правда… мужской. Не женский. Хотя должен был быть женский. «И что это такое?» — стучало в голове. Грегораст нервно уставился на часы. Пять минут прошло, вместо пятнадцати. Может, в лучшем случае, шесть. «Плевать, так пойдет» — прорычал он себе под нос, встал, и пошел прочь из номера. Если будет нужно, монтажеры просто растянут хронометраж и сделают иллюзию большего времени.

Сердце глухо колотилось в груди. Было жарко даже без футболки. Сейчас Макс войдет, включит свет, эпически рявкнет, мол, что тут происходит. Сосало под ложечкой. От необъяснимой нервозности сжимались зубы.

Молодой человек быстро заскочил в знакомый номер, тут же подошел к ванной, включил свет и заглянул внутрь.

Темнота. Грегораст вновь нервно пощелкал выключатель, но ситуация не менялась. Затем прищурился, видя, как… что-то происходило возле душевой кабины. Тьму резали то вопли, то болезненные стоны, а на полу мелькали силуэты тела.

— Стэн, ты что, охерел? — Прорычал парень. — Я тебе сейчас твой хер в глотку затолкаю. Я сказал просто войти. Войти, сука!! — В глазах посинело от ярости. Не помня себя, Макс бросился на лежащего в темноте друга. — Я не имел ввиду в прямом смысле, я имел ввиду создать видимость, утырок блять!! — Он размахнулся ногой в попытке ударить, но тут же начал падать.

На полу поблескивал размазанный чужими ногами шампунь. Раздался звук падения высокого тяжелого тела о мокрый кафель.

От удара головой звенело в ушах. Картинка вокруг двоилась. На секунду Максу показалось, что по стенке из ванной быстро скользнул темный силуэт, который бесшумно исчез в комнате. Парень с рыком схватился о раковину и медленно поднялся, Стэн осторожно, со стонами, задом выползал из душевой. Он тяжело дышал, руки вздрагивали. С каждой секундой зрачки все сильнее привыкали к темноте, и теперь Грегораст видел, что друг сидел там один.

— Какого хера происходит⁈ — Пискло спросил тот осторожно притрагиваясь с обожженному водой лицу. — Какого хера⁈ Я думал я тут сварюсь заживо блять!!