Ольга Сурмина – Секретарь чудовища (страница 11)
Отчего-то сегодня они ехали молча. Ротман не задавал никаких вопросов, не отпускал никаких комментариев. Он просто вел машину, иногда поглядывая на своего пассажира. Она смотрела в окно, тоже не решаясь задать тему для диалога. Раз не говорит сам, значит, не хочет. Возможно, тоже устал, а, возможно, у него какие-то проблемы, о которых не хочет распространяться.
Дома сменяли друг друга на широкой улице. Вскоре Элс поняла, что шеф вез её вовсе не к ней домой.
А к себе.
По спине пополз холодный озноб.
— Мы… едем к тебе? — В горле встал ком. Дыхание учащалось. Одри не понимала, рада она такому раскладу, или нет.
— Ну да. Ты не хочешь? — На недвижимом лице мелькнуло легкое напряжение. Нэд медленно перевел внимательный взгляд с дороги на собеседницу. — В таком случае можем заехать в бар, или ресторан.
— Не знаю. — Выражение становилось потерянным. — Просто я… ну… мы…
— Ты передумала? — Мужчина чуть прикрыл глаза. — Я тебе не нравлюсь?
— Нет, нравишься. — Пальцы влажнели и вздрагивали сами собой. — Просто я, ну, не хочу форсировать. Было бы хорошо провести вместе время, узнать друг друга поближе. Не хотелось бы, чтобы все скатывалось в… ну…
— Хорошо, я тебя понял, конечно. — Лицо растянулось в правильной фальшивой улыбке. — Никаких проблем, я тоже не против сблизиться, узнать друг друга. Просто это комфортнее будет сделать там, где на нас никто не смотрит… где мы не начальник и секретарша, а два молодых человека, которые решили попробовать построить отношения. Понимаешь к чему я клоню? — Взгляд становился каким-то странным. Вроде бы он не менялся, а, вроде бы, в нем мелькнуло что-то жуткое. — Дома будет намного комфортнее. Можно будет что-нибудь посмотреть, поговорить о чем-нибудь. Выпить чаю…
— Ну если так, то ладно. — Элс облегченно выдохнула. — А какой ты чай любишь?
— Черный. — Улыбка становилась все шире. — Крепкий.
Перед глазами мелькали многоэтажки, солнце близилось к горизонту. Сердце до боли колотилось в груди, словно было готово вот-вот проломить ребра и вырваться наружу. Иногда накатывал беспричинный страх.
Длинными бледными пальцами мужчина держал руль, скользил по нему сухими ладонями. Едва заметно на напряженных руках просвечивались голубые вены. Вроде бы, ничего особенного, но Одри не могла оторвать взгляда от этих рук. Аккуратные квадратные ногти, выглаженные манжеты, что прикрывали запястья. Ей хоть когда-нибудь попадались такие мужчины? Галантные, опрятные, вежливые, рациональные абсолютно во всем. Вроде бы… вроде бы нет. Она даже не знала, что такие существуют. А даже если существуют, то способны обратить на неё внимание.
На неё. Просто посредственность, которых сотни. Тысячи. Чем Элс отличается от остальных женщин, чем лучше других? Вроде бы… совершенно ничем. Она не была моделью, не имела завидную родословную или какое-то невероятное образование.
Впереди показалась пробка, отчего Ротман тихо ругнулся себе под нос.
— Авария? — Элс удивленно подняла брови.
— Скорее всего. — Мужчина раздраженно кивнул. — Придется постоять какое-то время.
— Ничего. — Девушка странно улыбнулась, словно была рада этой пробке, облегченно выдохнула, затем прикрыла глаза. — Можем… можем начать разговаривать с вами… с тобой тут, раз уж мы встали. Столько времени уже работаем вместе, а я ничего о тебе не знаю. Расскажи о себе. Почему именно финансы? В смысле… почему ты выбрал эту работу? К чему стремишься в жизни, какие у тебя цели? — Она вновь проглотила ком. Обычные, наверное, вопросы, но Одри все равно чувствовала себя как-то странно, задавая их.
— Ах, ну. — Нэд нейтрально усмехнулся себе под нос. — Изначально я пытался основать свою IT-компанию, но с инвесторами возникли сложности, и этот проект захлебнулся. В итоге, чтобы набраться… опыта? Я пришел работать сюда, это было шесть лет назад. В отдел программирования, затем через какое-то время я представил генеральному схему по оптимизации бюджета, экономии на закупках, и попал в финансовый. Еще через год я его возглавил.
— Быстро. — Одними губами прошептала Элс. — Очень быстро… ты прямо взлетел по карьерной лестнице.
— Отнюдь. Я застрял в этой должности, и сейчас работаю над тем, чтобы стать вице-президентом компании, правда с этим есть некоторые сложности. — Ротман крепче сжал руль. — Нынешний президент, или, как его называют, генеральный директор мнит впихнуть на эту должность своего сына. Пристрастить его к семейному делу, так сказать, только он не очень-то горит желанием продолжать отцовский бизнес.
— У него есть сын⁈ — Одри раскрыла глаза.
— Да. — Нэд раздраженно пожал плечами. — Ветер в поле. Сегодня он есть, а завтра нет… Генеральный пылинки сдувает с кресла, чтобы усадить туда сынка. И несколько лет ничто не сдвигается с мертвой точки.
— Вот это новость. — Элс сдвинула брови. — И что ты намерен со всем этим делать?
— А ничего, на данный момент. — Мужчина раздражался все сильнее. — Все что мог, я уже сделал.
— Ты. — Девушка запнулась. — Я где-то слышала, что ты сам акционер… что ты выкупал все акции, которые появлялись на торгах. Считаешь, что таким образом усилишь свой вес в глазах генерального? Или это для пассивного дохода?
— Долго объяснять. — Ротман едва сдержал высокомерный оскал. Ему явно не нравились эти вопросы, не нравилась тема, словно секретарша лезла не в свое дело. — Я выкупил, в общей сложности, двадцать три процента.
— Бог мой, это почти что четверть! — Брови удивленно поднялись вверх. — И генеральный игнорирует это⁈ Ты… выходит, член совета директоров?
— Да. — Он вновь кинул заносчивый взгляд на секретаршу, но тут же взял себя в руки. — Президент компании не в восторге от этого. Хотел понабрать небольших инвесторов, а тут я. Аттракцион невиданной щедрости быстро схлопнулся, больше акций на торгах нет. Даже если мне откажут в прямой продаже, я все равно найду способ их перекупить, так что старик страхуется. Видно, думает, что я подвину его деток, если получу хоть немного больше власти. От своего пакета акций он не продаст больше ни процента.
— А это так? — Элс вновь неловко подняла брови. — Ты хотел подвинуть его сына?
— Дело не в том, кто кому сын. Человек либо хороший управленец, либо плохой. Так вот он — дерьмовый управленец, и компания с ним сгниет за несколько лет. Волка из кролика не сделать, хотя наивный дед пытается. Думаю, он скорее сдохнет, чем отдаст мне руль.
— Получается, генеральный видит в тебе конкурента для своих детей. — Одри пожала плечами. — И вовсе не так рад знакомству с тобой, как это было вначале. В среде бизнеса есть пословица: «держи друзей близко, а врагов еще ближе».
— Хах, дело не в этом. — Ротман тихо, иронично рассмеялся. — Он ни за что не лишит себя плюсов работы со мной. Никто не будет так вести дело, как я, и этот даун это понимает. Хотя бы это… он понимает. Уволить меня, значит, понести убытки, к которым старик явно не готов.
— Нэд… ты, получается, хочешь занять место генерального? — Тихо спросила Элс. — Хочешь контрольный пакет акций?
— Очевидно, да. — Мужчина оскалился.
— Сейчас остаток делят меж собой отец и сын? Или есть еще акционеры? — Девушка в очередной раз проглотила ком. Этот разговор скатился куда-то не туда, ощущался странный озноб. Вроде бы, шеф ничего такого не говорил, просто озвучивал планы, но от этих планов сосало под ложечкой. Он… мечтает отобрать бизнес у генерального, при чем мечтает об этом с таким остервенением, словно может, и даже хочет пройтись по костям ради этого. Возможно, у него уже есть какой-то план, о котором Нэд вряд ли будет распространяться. С одной стороны, Элс должна была за него болеть. Это же, считай, её мужчина. Они хоть и случайно, но переспали, теперь пробуют строить отношения, узнавать друг друга. Должна за него болеть, но как-то не болелось. Пренебрежительные фразы о руководстве хлопьями оседали внутри. Ротман просто хотел спихнуть их всех с кресла, как угодно, сделать для этого что угодно. Возможно, у него получится, ведь в руках у финансового директора итак слишком много власти. Возможно, он даже устроит саботаж. Рано или поздно.
От нервов намокала спина. Одри думала, что просто будет работать секретарем, а не наблюдать за междоусобными войнами за «крепость» корпорации.
— Еще раз, что ты спрашивала? — Нэд вскинул брови, глядя на дорогу. Прослушал последний вопрос.
— Кто сейчас акционеры? Ты, генеральный, и его сын? Или есть еще кто-то?
— Его дочь. — По лицу пробежала блуждающая ухмылка. Мужчина пристально смотрел на дорогу, и в ухмылке едва показались белые ровные зубы. — Тридцать процентов у старика. Двадцать у дочери, и двадцать семь у сына. Она сейчас… учится в закрытом пансионе для девушек. Ей скоро будет восемнадцать, и когда вернется в город, мы с ней… познакомимся.
— Считаешь, что она может продать тебе часть акций? — Элс сдвинула брови, и меж ними пролегла заметная морщинка.
— Да-да, типа того. — Ухмылка вновь стала шире. —
Совсем немного больно