Ольга Сурмина – Пасынок (страница 40)

— Мой сладкий подарок, я хочу тебя. — Рычал Кайзер. — Будь послушной девочкой, расставь передо мной ноги и принимай. Будет приятно. Так приятно, что ты никогда этого не забудешь.

Она не двигалась, уставившь на пол. Дрожь не получалось унять, все внутри горело и выворачивалось. Её пасынок больше не был похож на человека. Только едва… отдаленно его напоминал. Правда его руки ощущались такими же горячими, крупными и сильными. Хотелось вжаться в стену, хотелось куда-нибудь деться, отойти, но он был слишко близко. Нависал, так низко, что пряди его волос щекотали её голые плечи.

— Что, не хочешь, да? — Иронично спросил Нил, и прикрыл глаза. — Ты хочешь, потому что я стал тем человеком, от которого ты была бы без ума. Я стал мужчиной, о котором ты не могла и мечтать. Ну так что, любимая, можешь просто показать мне себя? Расставить пошире ноги, чтобы мне было удобно?

— Не хочу. — Тихо сказала Криста, стеклянными глазами глядя на пол.

— Тогда время пить допинг. — Он порывистым движением вновь полез во внутренний карман пиджака. Судя по всему, небольших склянок там было еще достаточно. Через пару секунд в сторону полетела резиновая крышка, мужчина схватил вампиршу за голову, вливая той в рот безымянное содержимое. — Раз не хочешь, то все будет так, пока не привыкнешь. Не смиришься, и не скажешь, что любишь меня так, как мне это нужно. Что ж, теперь иди ко мне, милая.

Она раскрыла глаза. Вновь это ощущение жара, словно вены во всем теле горели, пошевелиться становилось все сложнее. Все вокруг заволакивало туманом, спивался и без того быстрый сердечный ритм. Криста чувствовала, как нависающий над ней монстр зарывался носом в её волосах, как этот нос скользнул ниже, а следом острые зубы коснулись шеи. Не причиняли боли, а лишь немного покусывали, это покусывание быстро сменялось тяжелым горячим поцелуем. Горячее дыхание щекотало кожу.

Через пару секунд послышался щелчок пряжки ремня, и его тут же сменил звук расстегивающийся ширинки. Ллейст проглотила тяжелый ком, когда почувствовала, как в её живот уперся чуть влажный член, с поблескивающей в тусклом свете головкой.

— Смотри на меня. — Хрипло цедил мужчина. — Смотри, тебе нравится? Разве ты не хочешь снова ощутить это? Попробовать, как оно внутри.

Она со стыдом и шоком отвела лицо в сторону, но Нил тут же схватил её за подбородок и повернул назад, чуть нагнув вниз.

— Нет, смотри. — Продолжал он. — Видишь, как я хочу тебя? Чувствуешь? Потрогай меня. — Молодой человек взял её ладонь, и обхватил ею ствол члена. — Сделай пасынку приятно. Он много для тебя сделал, теперь твоя очередь.

Руку девушки не получалось обхватить достаточно сильно, сама она пыталась её стыдливо одернуть. В конце концов, Кайзер зарычал от гнева, и схватил Кристу под колени, приподнимая над полом.

— Так ты со мной, значит, да? Все приходится делать самому. — Мужчина, буквально, выплевывал каждое слово.

Ллейст раскрыла глаза и схватилась за его пиджак, ощущая спиной холодную стену. Ноги подгибались сами собой, когда влажные половые губы стала медленно раздвигать горячая головка. Тело словно парализовало, дыхания не хватало, темнело в глазах. Слегка немели руки.

Глубокие, осторожные толчки не причиняли боли, иногда раздавались тихие хлюпающие звуки. На пол упало несколько прозрачных капель. В какой-то момент они стали ощущаться сладкими, тянущими, унизительно-приятными. Пошлые дыхания резали уши, заставляли багроветь от чудовищного стыда. Он делает это. Снова. И снова ей хочется, чтобы это не кончалось. В конце концов, Криста со стеклянными глазами упала на чуть влажную от пота и возбуждения рубашку мужчины, чувствовала, как под ней напрягались мышцы, как колотилось крупное объемное сердце.

Иногда раздавались тяжелые хриплые стоны.

Девушка видела, как искажалось его лицо, то в нездоровой улыбке, то в возбужденном оскале. Кайзер жмурился, чтобы немного взять себя в руки, пытался выдохнуть. Не получалось. В итоге вновь оскалился, толчки становились все глубже и резче. Он больше не сдерживался, самоконтроль треснул.

В какой-то момент внутри стало слишком горячо, вязко и туго. От спермы внутри становилось тесно, перед глазами все плыло. На этот раз на пол капала белая густая жидкость. Вампирша раскрыла рот, глаза закатывались сами собой, дрожали длинные темные ресницы. От ощущения распирания тело накрывал тяжелый оргазм, начинался тремор.

Два силуэта едва очерчивались в темноте коридора. Света становилось все меньше, окна других домов медленно гасли.

Она отсутствующим взглядом смотрела на стену. Больше не было сил кричать, обвинять, протестовать, плакать. Не было сил кидаться с кулаками, или что-то вроде того. Губы вздрагивали сами собой, сердце то и дело захватывал страх. Ллейст чувствовала, как за её спиной ворочался пасынок. Как иногда её обнимал, поглаживал руки, опять зарывался носом ей в волосы.

— Ты не спишь, я слышу. — Тихо сказал Кайзер, перевернувшись на спину. — Доброе утро.

Вампирша ничего не отвечала. Медленно моргала, когда все внутри скручивало, а волосы вставали дыбом от осознания. Ужаса.

— Не игнорируй меня. — Нил сцепил зубы. — Сколько можно надо мной издеваться?!

Тишина.

— Криста, хватит. — Молодой человек прищурился, затем резко повернул её к себе. — Хватит, я сказал. Оставь эти истерики, я хочу жить, как нормальная семья.

Она пыталась спрятать взгляд. Уголки губ медленно ползли вниз.

— Кристаллин, не беси меня. — Он раскрыл глаза. — Я поприветствовал тебя, жду к себе такого же отношения.

В конце концов, Ллейст медленно присела на постель, прикрываясь одеялом. Губы дрожали, намокали ресницы. Влага с них начала течь по неадекватно красным щекам. Чуть слышалось разрозненное шмыганье носом. Пасмурный свет за окном падал на постель и контрастно ложился на белые складки.

— Ладно, ладно, все, не надо. — Мужчина тяжело вздохнул. — Не надо, не плачь. В конце концов, что страшного случилось? Что дурного в том, что мы будем вместе? — Он прищурился. — Я настолько тебе противен, или что? — Пальцы сами собой сжимались в кулаки, но тут же разжимались обратно. В комнате по-прежнему раздавались разрозненные всхлипы. — Хватит плакать. Хватит рвать мне душу. Я не могу так больше, ты понимаешь? Ты... ничего не понимаешь. Иди сюда ко мне. — Она не успокаивалась. Капли слез постоянно лились на простыню. — Все... не плачь. Боже, зачем я живу? Почему я не сдох в том доме, когда ты спасла меня? — Нил горько усмехнулся, глядя вниз, хотя уголок рта дрогнул. — Почему все так?

Почему? Ведь он так старался, чтобы была любовь. Вложил в свои старания душу. Жил ими. Жил мечтой, что все однажды произойдет.

— Все хорошо, Криста. — Кайзер стал осторожно поглаживать взъерошенные волосы, затем коснулся губами макушки. — Не надо, пожалуйста. Прости за грубость… прости. Хочешь, приготовлю тебе что-нибудь? Или куда-нибудь съездим?

Он с надеждой поднял брови, но вампирша отрицательно покачала головой.

— Ладно… тогда я, я съезжу. Ты еще вчера просила поесть, я все привезу. Отдохни пока, займись, чем тебе хочется, а я скоро вернусь. — Мужчина нехотя выпустил её из объятий, осторожно поправил одеяло, затем встал с кровати и медленно потащился в коридор. Взгляд блуждал по одиноким стенам, по дверям пустых комнат.

Сердце нервно билось в груди.

Губы вздрагивали. Шли годы, но ничего не менялось. И вот сейчас… ничего не изменилось. В какой-то мере можно сказать, что стало хуже.

Его не любят, Нил это чувствовал. Не хотят обнимать, не хотят к нему прижиматься. Целовать. Оказавшись в одиночестве, в тени мрачного коридора он схватился за глаза, склонил голову и прислонился к стене. Легче не становилось. Радости, любви… не наступало. Оттого опускались руки.

Он не знал, куда себя деть, и что делать. В эту секунду Кайзер правда думал, что лучше бы не выжил в ту ночь. Не портил бы жизнь… ни ей, ни себе. Все равно он не был счастлив.

В кармане брошенных на полу брюк вибрировал телефон. Молодой человек вытер повлажневшие глаза, взял себя в руки, поднял мобильник и поднес к уху.

— Сэр, инъекция готова. — раздалось на другом конце. — Мы готовы завершить ваше старение в любой момент.

— Прямо сейчас я не заинтересован, спасибо. — Глухо сказал Нил, уставившись в пол. — Отложим этот момент на неопределенный срок.

— Но вы в любом случае знайте, и примите во внимание, что все готово. — Повторил голос на другом конце с тяжелым вздохом. — Мы можем приступить в любую минуту. Если вы не собираетесь ехать на солнечный курорт, то сейчас самое время.

— Я сам разберусь, когда время, а когда нет. — Раздраженно процедил мужчина. — Я перезвоню, позже, всего доброго.

— Хорошо мистер Кайзер, до свидания. — В мгновение, когда человек повесил трубку, послышался отрывистый вздох.

Нил поднял глаза на дверь, затем медленно их прикрыл и пошел в ванную.

Самая обыкновенная ванная квартиры с первичным чистовым ремонтом. Стерильно-белая плитка, скользящий по ней тусклый свет, который исходил из небольшой круглой матовой лампы, широкая ванная, в которой запросто могли поместится двое, а то и трое человек, и зеркало. Овальное зеркало, что висело прямо над аскетичной раковиной.

В какой-то момент молодой человек едва не шарахнулся от своего отражения, затем небрежно фыркнул, и начал в него всматриваться. Вроде бы, те же глаза, какие он видел каждое утро. Синие, с мутным бликом, похожие на две бездны. Острые скулы, бледная кожа, довольно крупный прямой нос. И все равно складывалось впечатление, что Нил выглядел… как-то не так. Слишком жутко, пугающе, хотя он не мог понять, в чем дело. В последний раз монстр из зеркала смотрел на него года в четыре, еще до смерти родителей. Сейчас мужчина вновь стал отдаленно его напоминать, хотя сам не мог понять, почему. Монстра. Зомби, чудовище.