Ольга Сурмина – Два лица (страница 12)

Она неуверенно шла по улице. На город опускалась ночь, но ей было не страшно, даже наоборот, что-то странное, незнакомое заполняло ее изнутри. Чувство, похожее на предвкушение и нежелание одновременно. В любом случае, девушке было приятно находиться в полумраке, она чувствовала себя свободнее, легче. Могла найти в себе силы сказать то, что не сказала бы при свете.

Флойд топталась на повороте, недалеко от офиса, постоянно присматривалась: хоть бы брат ее не увидел, иначе это спровоцировало бы очередной странный приступ агрессии. Ведь он так не любил, когда его сестра смотрела на мужчин, на любых мужчин, кроме него.

Присмотревшись, девушка увидела тот самый, ожидаемый силуэт высокого длинноволосого мужчины, чья фигура, во мраке, казалось, еще темнее, чем была. Это было похоже на ауру, или же просто освящение падало под нетипичным углом.

Мужчины попрощались на перекрестке, и ее брат пошел в одну сторону, а его коллега… в ожидаемую. Холи затаила дыхание. Широкие, крупные ладошки мокли из-за заметной нервозности организма, она шумно сглатывала, по телу, одна за другой шли волны паники и адреналина, шли от сердца, которое вот-вот потеряет свой ритм. Живот сводило, девушка встряхнулась, и неловко поправила светлый плащ, закрывающий темную футболку и штаны. Он приближался, он… здесь.

Она резко вышла из-за поворота, и уверенно выпалила:

— Привет!

— А? — Хьюго был в замешательстве. Он вновь осмотрел знакомую собеседницу с ног до головы, мерзко ухмыльнулся и скрестил руки в замок. — Опять ты, как на тебя до сих пор не напала дворовая шпана, ума не приложу. — Казалось, он шутит, а, может, и нет.

— Все шутите, да? — Девушка немного погрустнела. — Мне нужно вам что-то сказать. Что-то очень, очень важное.

— А что, Эд не сможет передать? Или ты ему совсем не доверяешь? — Мужчина наклонился над ее лицом, отчего она раскрыла глаза и отступила на шаг назад.

— Это не то, что можно передать через кого-либо. — Нижняя губа дрожала, Флойд явно растерялась и разнервничалась, еще больше, чем до этого. — В общем… Хьюго. То, что я хочу сказать, оно… очень важно.

— Быстрей уже. — Он ухмыльнулся еще шире, понимая, куда идет диалог.

— В общем. Я не могу перестать думать о вас. Брат сказал, вы одиноки, и я подумала, что… что, может, у меня есть шанс. И я решила попробовать. Вы мне… нравитесь. Я даже кое-что испекла для вас, вот, возьмите пожалуйста. — Девушка извлекла из сумки небольшую коробочку. — Хотя хотелось бы сделать больше. Вы так одиноки, отстраненны, печальны… быть может, я могла бы, стать вам, хотя бы, другом. — Она отвела глаза, небольшая дрожь била тело, а разум никак не мог сосредоточится.

— Это даже смешно. — Хьюго смеялся себе под нос, этот смех пробирал до костей, и внутри от него все сжималось. Он отрицательно качал головой и, казалось, немного напрягся. — Вот это, что ты мне сейчас даешь, выкини куда-нибудь подальше, пока никто не увидел твоего позора. Ты настолько же назойливая и неприятная, насколько умная, как я посмотрю. Так вот запомни: такая, как ты, не может меня заинтересовать. Ты… не в моем вкусе, мягко говоря. Ни внешне, ни внутренне. Ведешь себя паршиво, глупо, неуместно. Как ты вообще могла хоть кому-то понравится? Твой брат действительно с больной головой, раз что-то в тебе нашел. Ну ничего, надеюсь, у него это быстро пройдет.

— Что?.. Так это… вы. Вы его надоумили. Вот почему он так ведет себя, это все вы. Но почему? Как, ты мог так поступить, это же не твое дело, вообще, и… — у девушки тряслись руки, челюсти напряглись до предела, стирая зубную эмаль в пыль.

— Ну, во-первых, не «ты», а «вы». Во-вторых, так лучше для него, а тебе пора перестать быть эгоисткой и начать вести себя сдержано.

— Ты ничего обо мне не знаешь. И так со мной разговариваешь. Ну что ж, ладно. Мне в любом случае стало легче, по крайней мере теперь я понимаю, что ошиблась, и насколько сильно ошиблась. Ладно. Удачи вам. Надеюсь, вы найдете достойного покупателя для моей квартиры. — Она резко развернулась, и стала быстро удаляться от места. Хейз снова осмотрел ее высокомерным взглядом, хмыкнул, и пошел в свою сторону.

Никогда Холи не считала себя слабым человеком. Вот и сейчас, она изо всех сил сдерживала слезы, не позволяя себе разрыдаться. По крайней мере ни здесь, ни на улице. Никто не должен видеть ее слез, ее тяжесть, переживания. Для всех ей хотелось оставаться веселой, отстраненной, беззаботной. Сильной.

В доме не было никого, видимо, Эд зашел по дороге в бар, или магазин, или еще куда-то. Девушка набрала воды в чайник, и поставила его на огонь. Сердце билось сильно, и болело. От стресса, от проблем, от недостатка железа. В душе осталась пустота, злость и пустота. Он посмел вмешаться в ее жизнь, так тихо, как змея, разрушая все, к чему прикасался. Как она могла его оправдывать?

Нужно было найти в себе силы простить. Простить и бороться. Ничего страшного, скоро будет переезд, и этот случай забудется, словно страшный сон, по крайней мере в это хотелось верить. Флойд схватила нагревшийся чайник с плиты, но тут же с криком отпустила его, и горячая жидкость разлетелась вокруг. Она, забывшись в своей злости и обиде ошпарила себе руку, но, как ни странно, этот ожег вернул ее в реальность. Девушка подбежала к крану, поместила конечность под струю холодной воды и глубоко вздохнула. Простить. Он такой, какой есть, ничего не изменишь. Нужно потерпеть и, ради брата, сделать вид, что ничего не случилось. Еще немного. Совсем чуть-чуть.

Расслабленный Эд медленно шел по улице, раздумывая все, что было. Вероятно, прийти к сестре с повинной было лучшим решением, ему стало легче морально, и он немного обрел самоконтроль. Сейчас они сосуществовали довольно мирно, мужчина просто старался не обращать на девушку внимания, больше концентрируясь на своих мыслях и проблемах. Он считал, что Хьюго, по большей части, был прав, только обращаться с его советами нужно было осторожно, а не так, как это делал он.

Ночи здесь были темные, не смотря на хорошую освещенность города, тьма буквально поглощала несчастных прохожих, которые то появлялись, то исчезали. В столь поздний час во дворах, словно грибы, появлялись разные отбросы общества, начиная с малолетних преступников, заканчивая отъявленной мафией и злостными маньяками. Каждый из них рыскал по улицам в поисках своего: легкой наживы, закладки наркотиков или молодой, хрупкой девушки, которая станет неплохим развлечением на остаток ночи. Некоторые такие бандиты сбивались в группы, которые возглавлял один или несколько человек. Цели таких групп были самые разные: побольше награбить, запугать. Побоища, или вандализм. В центре одной из таких групп, которая толкалась в случайном, безлюдном дворе, сидел странный, сосредоточенный мужчина. Он ухмылялся, и эта ухмылка походила на оскал, хотя при свете дня он производил впечатление приличного, и даже привлекательного человека. Сейчас же этот мужчина был настоящим зверем, монстром, как его называли в окружении. Он подбрасывал в воздух дорогой швейцарский нож, ловил его, и подбрасывал вновь. Сегодня у его людей будет крупная нажива.

Импульсивная стрижка и вечерняя прогулка

Внутри квартирой темноты она стояла, держа в руках нож, направленный на себя. Нет, Флойд не настолько глупа, чтобы кончать с собой из-за чьих-то слов… но, раз она совсем не в его вкусе, то пусть это будет не на девяносто девять, а на все сто процентов.

Прихватив хвост у основания, она прошлась острым лезвием под резинкой, которая слетела вниз, а копна светлых волос осталась в руке у девушки, однако следующим движением она кинула ее в мусор. Передние пряди, которые все время выбивались из хвоста были длиннее задних, примерно по плечи, может, чуть выше. Сзади волосы стали совсем короткими, так что она могла облегченно выдохнуть. Мусор, все это мусор.

В планах было погулять ночью, но планы меняются. У кого-то редко, у кого-то часто, а в ее жизни вообще постоянно.

Эд в ту ночь в комнату сестры не заглядывал. Зачем себя лишний раз искушать? Он пришел и сразу же лег в кровать, потому как утром вставать пришлось раньше обычного. Хьюго потерял важный документ, и нужно было найти его как можно скорее. Мужчина, стремящийся изо всех сил избегать свою сестру все-таки столкнулся с ней в коридоре. Столкнулся и… не поверил своим глазам:

— Холи, ты…

— Подстриглась. Мне идет, правда? — девушка доброжелательно улыбнулась, и тряхнула головой, теперь уже с короткими волосами.

— Ну… да… впрочем… да. Тебе идет. Я пойду на работу, понадоблюсь — звони. А, кстати, у тебя что, траур? — он окинул ее взглядом: на ногах черные джинсы, черные кеды… на теле черная футболка.

— Я просто не надела плащ сегодня. А ты дальше того, что с наружи, не заглядываешь, невнимательный братик. — Она подтянула штаны, и закрыла за ним дверь. Быть может, короткие волосы сильней отразят ее внутреннее состояние.

Он ушел на работу. Как всегда, ведь каждое утро он ходит на работу, не смотря на то что с легким опозданием. Слушает упреки компаньона, заполняет бесчисленное множество бумаг, ставит печати и подписи. Не смотря на всю эту рутину, Эд даже чувствовал себя там относительно комфортно, даже под шквалом подколов друга. Миловидная секретарша носила кофе и чай, могла заказать обед или даже рассказать анекдот. Мужчина никогда не воспринимал ее как женщину, даже не как человека, скорее отличный робот по выполнению мелких поручений, функционирующий с восьми до пяти включительно. Он даже не замечал, когда они менялись, и удивлялся, если у какой-то из них было день рождения. А что, у роботов может быть день рождения? Серьезно?