Ольга Станкевич – Тайны бархатного сезона (страница 7)

– Кстати, откуда ты его взяла? Может, он специально возле дома ошивался? А может, просто не успел далеко уйти?

– Я встретила его случайно, – как можно более туманно объясняла Оксана, – увидела прохожего и спросила где второй эллинг. Вот тут-то и выяснилось, что у него там дядя живёт.

– Точно не успел далеко уйти! – обрадовался Степанов, – все, не могу говорить, он пришёл.

В трубке раздались короткие гудки, и Оксана в отупении несколько секунд смотрела на неё, как будто ожидая, что Степанов вернётся к разговору, после чего положила на рычаг и бессильно опустила голову на свои сложенные руки.

«Какой кошмар», – думала она, не в силах точно определить, к чему именно она относит это определение. Тот факт, что Кирилл мог убить своего дядю, хоть и вызывал в её душе бурный протест, но с обстоятельствами дела в целом согласовался очень даже складно. Представлять, как она собственноручно отправит его за решетку, ей не хотелось, а никакие другие мысли в голову не шли.

«Зачем он это сделал?» – гадала она, даже не пытаясь оправдывать бывшего любовника. Никакая интуиция и никакие тёплые чувства сейчас не убеждали её, что Кирилл не может быть убийцей. Она была профессионалом и отлично знала, что никогда нельзя сказать наверняка, что можно ожидать от человека, а чего нет.

Девушка глухо простонала, от открывающейся перспективы заключения Шевченко-младшего под стражу, и уже придумывала мотивы ходатайствовать перед судом об избрании более мягкой меры пресечения: домашний арест, а то и вовсе подписку о невыезде. С имеющейся за его плечами судимостью выходило не важно, и она готова была зарыдать. Ей очень хотелось хоть чем-то помочь когда-то любимому человеку, но чем ей в голову никак не шло.

Она долго боролась с собой, прежде чем вскочила с места и кинулась в сторону соседнего здания, точно зная, что сидеть сложа руки, когда Вовка допрашивает Кирилла, она не может. Почему-то в голове вертелись картинки допроса с пристрастием, а иногда и примирением не опасного для жизни физического насилия, в чем Степанов никогда не был замечен. «Надавит на парня как следует, а тот сразу оформит явку с повинной. С его «условкой» за плечами…», – думала Оксана, выскакивая из здания.

«Тебе же лучше, – шептал ей на ухо внутренний голос, – считай, дело в шляпе и никакой мороки». С внутренним голосом она была категорически не согласна, и оттого прибавила шаг.

«Почему я бегу, как сумасшедшая? – догадалась спросить у себя Оксана, и тут же придумала себе оправдание: – Это все материнский инстинкт. Хочется о ком-то заботиться. Детей мне надо, и побыстрее».

– Владимир Иванович! – воскликнула она, пулей влетая в кабинет.

Оксана ожидала увидеть что угодно: валяющегося на линолеуме избитого Кирилла или окруживших его троих оперативников, или наматывающего слёзы на кулак молодого парня и склонившегося над ним огромного Степанова, но ни одна из её страшных фантазий не оправдалась. Вовка спокойно сидел за своим столом, сжимая в одной руке телефон, а в другой – кружку чая.

– А где… подозреваемый? – удивилась девушка, хотя на данный момент Кирилл проходил по делу свидетелем.

– На, полюбуйся, – мрачно отозвался Степанов, кивнув на лежащий на его столе бланк. – Чай будешь?

– Статья 51 Конституции? – неизвестно чему улыбнулась девушка, от чая, однако, отказавшись.

– Ага, – печально кивнул мужчина, – надо было мне его к тебе послать. Парень оказался грамотный или заранее подготовленный. Ещё чего-то про адвоката сказал, но это уже так, больше для порядка. Сама с ним разбирайся.

– Что он говорил? – несказанно обрадовавшись спросила Оксана, снова и снова разглядывая размашистую подпись Шевченко.

– Да ничего, в том то и дело. Так и сказал: «разговаривать с вами не буду». Можешь попытаться сама с ним пообщаться, а ну, как у тебя лучше получится. Женское обаяние и все такое прочее…

– Когда речь идёт об убийстве, никакого обаяния не хватит, – усмехнулась Оксана, забирая со стола оперативника материалы дела.

– А ты похитрее, пособлазнительнее. Есть же у вас баб, простите, женщин, особые тактики. Вот моей, если чего надо, она прямо лисой возле меня вьется, два нужных слова скажет и все, опять едем к её родителям на дачу, хотя я изначально вообще против был. Как у вас это получается, ума не приложу.

– Супер способности, – улыбнулась Оксана, – но, видимо, когда их раздавали, я в очереди за скромностью стояла.

– Да уж, не повезло, – рассмеялся Степанов, – с твоими ногами я бы вообще не работал.

– Характер подкачал, – пожала плечами Оксана, – в содержанки не возьмут. Придётся пыхтеть над нашими делами.

– Иногда лучше пыхтеть над делами, – философски рассудил Владимир Иванович. – Тем более, что ничего страшнее пьяной поножовщины у нас не встречается.

– Тебя послушать, так выходит не работа, а мечта. Ладно, пойду я, – сказала Оксана, прихватив с собой тонкую папку. – Что-то мало наработали, Владимир Иванович.

– Дальше сами, Оксана Алексеевна.

Вернувшись на своё рабочее место, Оксана с жадным интересом принялась изучать детали смерти Шевченко, однако, ничего особо интересного не обнаружила. В своём первом протоколе допроса Кирилл практически ничего толкового не рассказал, а двое опрошенных соседней поведали и того меньше. Шевченко в эллинге жил один, а прописан был у бывшей жены – Шевченко Елены Васильевны, где-то на улице Горького. Немного покопавшись в документах, Оксана сделала вывод, что квартира была куплена супругами в браке, и на данный момент сведений о её разделе не имелось. Получается, Роман Геннадьевич оставил совместно нажитую недвижимость супруге, а сам предпочел наслаждаться чудесным пейзажем в одинокой холостяцкой берлоге у моря. Елене Шевченко было чуть больше сорока, и она оказалась значительно моложе своего покойного бывшего супруга. Детей пара не нажила, оттого развели их очень легко, но, что примечательно, совсем недавно – около года назад.

Занятая поисками информации о покойном и составлении первоочередных, на её взгляд, запросов, Оксана не заметила, как дверь её кабинета отворилась, и на пороге возник стажёр Славка.

– Вячеслав, ты опять опоздал! – возмутились девушка, вздрогнув от его появления.

– Я немного, – пытался оправдаться юнец, хотя должен был появиться более часа назад.

– Опять проспал, – догадалась раздраженная Оксана, – сходи к криминалистам узнай, когда будет заключение по Шевченко, я им уже два раза звонила, никто трубку не берет.

– Рано же ещё, – удивился такой спешке парень, – может, лучше после обеда?

– После обеда оно мне уже готовое нужно. Можешь так им и сказать, – нахмурилась девушка, возвращаясь к своему занятию. На то, что дядя сам скинулся с балкона третьего этажа она уже нисколько не надеялась и, как выяснилось, не напрасно.

Немного смятая бумага появилась на её столе ближе к обеду, когда Славка уже собирался слинять домой. Предоставив Оксане такой желанный документ, парень, лучезарно улыбаясь, заявил:

– Ну, что там?

Горящая нетерпением Оксана принялась искать в пространном тексте конец, в котором, как известно, и содержатся выводы эксперта.

– Шевченко был убит, – резюмировал она, – они тут много пишут про угол наклона и амплитуду падения, но суть заключается в том, что упасть с балкона дяде кто-то помог.

– Я так и думал, – обрадовался Славка, – хоть одно интересное дело появится!

– Не могу разделить твой восторг, – мрачно отозвалась Оксана, – кстати, ты можешь уже идти на обед.

Что ответил ей молодой стажер до сознания девушки не дошло, она лишь дежурно добавила, чтоб с обеда он не опаздывал и строчка за строчкой перечитывала скупой машинописный текст. Все её надежды на естественную смерть или несчастный случай развалились, как карточный домик.

Ей тоже можно было идти обедать, но есть совсем не хотелось, и, чтоб хоть как-то отвлечься от надоедливых дум о семейке Шевченко, она позвонила мужу.

– Привет, милый, – как-то слишком нежно сказала она, надеясь найти крепкую опору и стабильность в лице супруга.

– Привет, – весело ответил муж, – на обед собираешься?

– Да, – немного увереннее начала девушка, – может, сегодня вместе пообедаем?

Они очень редко обедали вместе, но Оксана вряд ли была в этом виновата, хотя, муж обычно ссылался именно на её занятость.

– Что ж ты раньше не предложила, – отозвался её супруг, – я уже договорился на два просмотра на это время.

– Я не подумала, – вздохнула Оксана, уже привыкшая к тому, что она всегда сама во всем виновата. – Можем встретиться в районе твоего объекта? – не сдавалась девушка.

– Они оба за городской чертой, да ещё и в СНТ, так что не думаю, что получится. Давай завтра? – предложил нисколько не расстроившийся Сергей и Оксана согласилась.

«Завтра, так завтра», – не стала переживать девушка и, подхватив свою сумочку, пошла к выходу.

Первым её желанием было пойти на обед с кем-нибудь из коллег, но так как были они в основном мужчинами, а Сергей к этому относился прохладно, она тихонечко выскользнула из серого здания в гордом одиночестве.

«Что ж, отвлечься от злополучных родственников Шевченко не получится», – думала она, то и дело возвращаясь мыслями к этому делу.

– Вы куда на обед? – услышала она Славкин голос и обернулась.

Молодой стажёр выскочил из расположенного на углу пункта выдачи заказов популярного маркетплейса и, сжимая в руках пакет, спешил за ней.