Ольга Соврикова – Рожденная жить (страница 58)
— Но, ведь, он намного старше и не ровня ей по положению и происхождению?
— Данелия не любит высокородное общество и терпеть не может двор, поэтому мы точно уверены, что жизнь с Жаком в небольшом имении, вдали от дворца, сделает ее счастливой, и мы с братьями рады за нее.
— Вы все вместе не перестаете удивлять меня, — произнес я под звонкий смех моей спутницы.
Дорога впереди совершенно опустела, мы стали перемещаться намного быстрее и разговаривать стало неудобно.
Граф Дали
Это какое-то недоразумение! Кто скажет, куда меня несет? Как я вообще оказался втянут в эти события? Кто из нас ненормальный? Наверное, я сам. Я ведь согласился в этом участвовать и даже не попытался уговорить своего друга отказаться от безумной затеи.
Я понимаю, как расстроилась Данелия, получив известия из родного дома, но реакция всех остальных меня поразила. Никто не собирался обращаться за помощью к королю. Никто не собирался посылать в имение дознавателей и действовать, как положено. Я не понимаю, что могут сделать эти молоденькие высокородные, прибыв к замку ночью? Кто их впустит внутрь, ведь, как я понял, посторонних в замок не пускают. Ну, мой друг Кристиан сейчас по-моему вообще ни о чем не думает, он влюблен, но управляющий и маг Теодор. О чем они думают? Ведь взрослые люди, но согласились с планом нашей маленькой невесты, и вот, все, мы уже в дороге. Я все думаю, что же будет с нашим королевством, если ее постоянно будет тянуть на подвиги, а принц будет ее потакать? Мне становиться плохо, когда над этим задумываюсь.
Несколько часов мы двигались очень быстро. Ближе к вечеру, остановились в придорожном постоялом дворе, Теодор послал в замок графа Ринвела известие о приезде гостей, а затем, все мы немного перекусили, отдохнули и поехали дальше в сгущающихся сумерках. Жак сразу задал очень быстрый темп, и через пару часов я признался себе, что начинаю заметно уставать. Начинают уставать и лошади, но, правда, кони Принца и герцогини пока еще не высказывают признаков усталости, в отличие от остальных. Маг начал подсвечивать лошадям дорогу и через час мы остановились на краю редкого лесочка. Теодор сразу прекратил подсветку, и я понял, что мы добрались.
Благодаря снегу и периодически выглядывающей из-за туч луне, можно было рассмотреть находящийся за мощными каменными стенами замок.
Как только мы остановились, управляющий опять начал распоряжаться. Все дружно принялись выполнять его указания, и только мы с принцем какое-то время просто с недоумением смотрели на него.
А в это время, наши попутчики уже достали из мешков, притороченных к седлам, покрывала и накрыли лошадей, уберегая их от переохлаждения после быстрой и долгой скачки. Маг из еловых ветвей сделал лежанку и четверо молодых людей, из них две девушки, прилегли на нее, прикрывшись одеялом, и начали что-то тихонько обсуждать. Естественно мы закончили со своими делами позже всех. Мало того что мы не сразу сообразили что делать, так еще и постоянно с недоумением поглядывали на молодежь. Заметив наше переглядывания, к нам подошел Жак и пояснил:
— Ребятам и девушкам нужно немного передохнуть, так как основную работу делать им. Сейчас маг держит над ними небольшой купол и под ним довольно тепло. Через полчаса они пойдут в замок.
— Что? Что они сделают? Почему они? Я думал, что нужные нам специалисты это как раз те четверо, что присоединились к нам у выезда из города, — возмутился я, а принц добавил:
— Они пойдут вчетвером? — в его голосе явно звучали грозные нотки.
— Да они пойдут вчетвером и, прежде чем вы оба начнете возмущаться, я напоминаю вам о вашем обещании оказывать помощь, а не мешать. Чуть позже я вам все объясню. Сейчас мне просто некогда.
Произнеся эти возмутительные речи, он спокойно отошел и начал заниматься снаряжением.
Еще через двадцать минут, встали с лежанки молодые люди и подошли к нему. Жак что-то довольно долго проверял и спрашивал у каждого из них, потом дал разрешение выдвигаться.
Трое из четверых сели на лошадь и только одна из маленьких фигурок направилась в нашу сторону. Я понял, что это Айвенлин, и отошел немного в сторону от принца, но это не помешало мне услышать их разговор.
Как только Маленькая герцогиня подошла к Кристиану, он привлек ее в свои объятья и, чуть наклонившись, спросил:
— Почему ты?
— Мы привыкли за двенадцать лет работать командой и нам не нужны слова, чтобы понимать друг друга. Все будет хорошо! — тихонько проговорила она, прижав ладошку к его лицу.
Кристиан сначала поцеловал ее, а затем впился поцелуем в ее губы. Девушка и не думала возражать, отвечая ему с не меньшим желанием. Оторвавшись от поцелуя, мой друг прошептал:
— Только, пожалуйста, маленькая, будь очень осторожна. Я буду тебя ждать.
Девушка легонько коснулась его губ пальчиками и, ускользнув из его объятий, вскочила на коня.
Еще по дороге к замку меня поражало умение девушек держаться в седле, их выносливость. Даже я, взрослый мужчина, устал к концу этой гонки, а эта четверка, после сложнейшей дороги, еще и отправились в замок.
Пока я раздумывал про все это, четверо всадников уже подъезжали к стенам замка. Я все еще не мог придумать способ, при помощи которого они собираются туда попасть.
Замок был довольно далеко и, если бы в этот момент из-за тучи не выглянула луна, то этот способ так и остался бы для меня тайной. До предела напрягая зрение, я понял, что все они встали на седла ногами и стали карабкаться по стене.
Как? А не знаю как. Знаю только, что лошади стояли совершенно неподвижно, а значит, их этому обучали. Через минуту мы услышали заунывный вой и всполошились, но стоящий рядом с нами Теодор, спокойно пояснил, что таким образом Жак позвал лошадей! И действительно, стоящие у стен, лошади двинулись в нашу сторону. Чуть позже охрана увела их в лесок и начала вновь укрывать от прохлады.
Кристиан
Сердце гулко билось в груди. Разум никак не мог смириться с тем, что я отпустил свою невесту почти без возражений. Надежду на благополучный исход этой авантюры давало только спокойное поведение Айвенлин и обещание ее учителя все объяснить.
Но мое терпение подходило к концу и, когда он все-таки подошел к нам, я был жутко раздражен:
— Я жду обещанных объяснений.
На что он пригласил меня отойти в сторону. Спокойно объяснив, что говорить при всех не собирается. Пришлось отойти довольно далеко, что, судя по лицу моего друга, графа Дали, ему жутко не понравилось. Совершенно не обращая внимания на его недовольство Жак, начал свой рассказ очень тихим голосом. Я точно знал, что кроме меня его никто не слышит, тем более, что он еще и встал так, что подойти поближе, будучи незамеченным, к нам никто бы не смог.
— Ваше высочество, вспомните, пожалуйста, ваши злоключения в потайных ходах дворца. Ведь искать вас ребята отправились на третий день пребывания во дворце, в то время, как вы были в нем несколько раз и намного дольше их. Вспомните свои ощущения, когда вас нашли, что поразило вас больше всего?
Подумав, я ответил:
— Меня нашла Айвенлин и еще тогда я заметил, что совершенно не слышу, как она двигается, да, и остальных не только не услышал, но и не почувствовал даже запаха.
— Вы правы. Мои ученики способны двигаться в полной темноте, не натыкаясь на вещи, слышать и чувствовать любого человека на расстоянии, находить тайники, как простые, так и магические. Один из учителей учил их вскрывать любые замки и Айвенлин делает это лучше, чем остальные. Наверняка, вы не помните, как оказались на постоялом дворе, после прогулки по потайным ходам. Вас просто обездвижили и усыпили при помощи простых прикосновений. Поверьте, этой наукой мои воспитанники тоже овладели в полной мере, и, самое главное, убить каждый из них может не только любым попавшим под руку предметом, но просто голыми руками.
Я отвел вас в сторону для того, чтобы об этих умениях нашей Лин не знали посторонние люди, и я бы посоветовал вам не передавать наш разговор никому. Если вы заботитесь о безопасности Айвенлин, то, чем меньше людей в курсе ее умений, тем лучше для вас обоих. Могу также сообщить вам, что любой из четверых, отправившихся в замок, распознает яды лучше любого лекаря, имеет иммунитет к ним, и, в особо неприятных случаях, их просто несколько дней будет лихорадить. Их также учили делать как противоядия, так и яды. Вот такая компания отправилась в замок, и я с уверенностью могу вам заявить, что даже я не смогу им противостоять, если они захотят меня ликвидировать, слишком много я вам сегодня наговорил.
Потрясенный его откровениями и чувствуя, как по спине поползли мурашки, я смог только спросить:
— Но, зачем их обучали всему этому?
— Однажды, при нападении наемников, смертельно была ранена любимая жена герцога, Айвенлин родилась маленькой и недоношенной. Ее дед, расстроенный гибелью дочери, выставил раненого герцога с младенцем на руках, велев убираться и не появляться ему на глаза. На уговоры герцога пожалеть хоть внучку, он заявил, что такие не выживают, и решения своего не изменил. Естественно, зная эту историю, молоденькая герцогиня не испытывает любви к своему деду.
До пяти лет она росла очень болезным ребенком, на которого еще к тому же не раз покушались. Дальние наследники герцога не раз и не два подвергали жизнь Эдварда де Мелвела и его дочери смертельной опасности. Обеспокоенный этим, герцог решил сделать все, чтобы его девочка могла защитить себя. Родственников по-тихому упокоили, но, зная, что рано или поздно, его дочери придется ехать ко двору, куда его точно не допустят, герцог решил продолжать обучение, взяв на воспитание еще троих детей. Он очень хотел, чтобы у девочки были друзья и у него все получилось.