Ольга Соврикова – Путь одиночки (страница 72)

Порадовали… Охрана новейшая, работа древнейшая. И не потому, что пара «умников» продолжают работу древних, а потому, что пытаются воссоздать забытое. И забытое причем не так давно. Я вот, например, знаю. Ну, как знаю? Отец приемный знал и меня научил. А эти что ж? За последние триста лет все забыли? А как же архивы? Записи? Дневники? Да ну, на худой конец, где старейшие – древнейшие? Ведь маги по определению живут долго! Вот, например, если бы моя новая бабушка не умерла почти случайно, до сих пор бы скрипела под небом голубым. И почему я раньше не обратил внимание на то, что совсем старых магов не видел ни разу. Интересно… Архимаг-то, дядюшка несбывшийся, тоже… Относительно молод!

Так здесь все намного интересней. Проблема, над которой работает магистр алхимии, мне не интересна, а вот зверушки подопытные… В десяти довольно больших клетках находились «диковинные» звери! Я, конечно, сразу как только вошел, понял, что в темном углу помещения стоят клетки и в них есть живые существа, но занялся сначала бумагами, расчетами, свитками. Клетки и их содержимое почти не заинтересовали меня, потому как ничего интересного я там обнаружить не надеялся. А зря… Чуть не ушел.

В трех первых действительно были звери. В первой – семейство крупных Арми, больших кошек темно-синего цвета. Самец, самка и детеныш. Все трое худые, со слезящимися глазами и тусклой шерстью. Причем самец, несмотря на переломанные передние ноги, лежал ближе к выходу, заслоняя собой самку и чуть живого малыша.

Во второй – молодой, почти птенец, краш. Будучи взрослым, он был бы огромной бирюзовой птицей с крепким клювом и большими крыльями. Огромной редкостью охраняемой в горных королевствах, почти святыней. А здесь… Сейчас… Он напоминал пособие для адептов, ощипанное на ингридиенты. Судя по всему совсем еще малыш и, если он останется здесь, вырасти ему не суждено.

В третьей – лежал, не поднимая голову, вервлок, а точнее самочка вервлока. Ее видимо специально держали в самой обычной клетке и почти не кормили, чтобы как можно сильнее обессилить. Вот к этой клетке я подошел, не раздумывая, стараясь установить с ней ментальную связь. Я показал ей картинку Малыша с его подругой, образ Лаки, затем показал, как он рос у меня на руках, как он сейчас заботится о моей дочери и уже в самую последнюю очередь предложил ей присоединится к нашей дружной компании. В ответ получил картинку оскаленной морды, причем сама самочка даже не смогла пошевелиться. Как жаль, что Малыша со мной нет. Его я оставил в своих апартаментах. Все знают, что без своего зверя я никуда не хожу, а значит, в случае чего именно его рык убедит любого любопытного, что я у себя, и когда обнаружится нарушение охранного периметра, я должен быть вне подозрений.

Ну, что… Я решился. Открыл клетку, вошел и начал ее осматривать на предмет ран и увечий. В ответ же на свои действия получил картинку огромного шкафа и больших кусков охлажденного мяса. Я все понял без дополнительных подсказок и уже через несколько минут принялся кормить всех зверей. Не обошел своим вниманием и птенца. Он тоже не отказался от сочного куска мяса.

А вот то, что произошло дальше, меня просто потрясло. Я думал, что видел все…

– Ну, может и нам мяска подкинешь, прежде чем опыты ставить начнешь? Можно прям сырого… Мы люди уже не гордые.

В остальных семи клетках находились люди и они сейчас молчаливо, прижавшись к прутьям своих клеток, смотрели в мою сторону. Все то время, что я рассматривал столы и рукописи, они не шевелились и почти не дышали, наблюдая за мной. А если бы я ушел, не посмотрев в их сторону? Они, что? Благодарили бы богов за мое невнимание?

Осветив клетки магическими огоньками, я внимательно их рассмотрел. Пять истощенных мужчин, один из которых старик со свалявшейся, не то серой, не то седой бородой и такими же волосами. Остальные четверо на много моложе, но не чище. Каждый в своей клетке, со своей миской и тряпкой заменяющей видимо матрас и одеяло. И дети… Опять дети?! Мне захотелось подняться наверх и кого-нибудь убить! Двое. Их было двое! Каждый в своей клетке. И обоим от двух до пяти… Стоять и ходить могут, а говорить?

Убью. Алхимика. Это его лаборатория. Убью не за эксперименты, не за зверей и взрослых мужиков… Убью за детей. Осталось только на территорию некроманта заглянуть и найти еще и там что-нибудь подобное.

Слов и вопросов тьма, но пока молчу. Раздаю им еду и молча ухожу. Если я сейчас их всех выпущу, придется уходить, а если в лаборатории некроманта тоже люди?

Нет. Людей нет. Пара зомби, в магических клетках. Четыре закованных в цепи скелета с подселенными и привязанными душами и тело молодой красивой девушки на смотровом столе. Очень хочется сделать гадость.

Ну, вот пять минут и зомби разлагаются, скелеты – просто сваленный в кучу набор костей, а тело девушки – теперь просто тело. Его не поднять, не оживить, ни душу вселить. Печать светлого бога в моем исполнении – это вам не шутки, это сила с которой придется считаться.

О-па! А моего возвращения никто не ждал. Вон как вскочили. Так… Сначала звери и разговор. Зверей лечим. Людей расспрашиваем. Птенец.

– Маленький! Иди ко мне, – тихонечко нашептываю я, присев возле открытой двери в его клетку. Оглаживая его живицей, правя сломанные кости крыльев, помогая восстановиться оперению. Шаг. Еще шаг. И вот он уже доверчиво льнет ко мне, подставляя голову под мои бережные поглаживания.

– Умница. Все теперь с тобой будет хорошо. Ты еще у меня летать будешь. Под солнцем. С ветром наперегонки. Пошли, мой хороший. Соседям твоим поможем.

В соседней клетке, дверь которой я открывал очень плавно и осторожно, за моими действиями внимательно наблюдали две взрослые кошки. А вот их малыш происходящим совсем не интересовался. Сытый и разомлевший он спал под боком у своей мамы. Не делая резких движений, я не торопясь проводил диагностику состояния находящихся передо мной животных. В отличие от вервлока, им я вполне мог помочь. С вервлока магия буквально скатывается и остается надеяться только на их очень хорошую регенерацию, а здесь… Здесь переломы передних лап у самца, перебит позвоночник у кошки и крайнее истощение у всех троих. Так вот почему взрослые кошки не поднимаются на ноги!

Неожиданно для меня в одной из клеток, в которых сидели люди, кто-то громко заорал. Раз! Второй! Третий! Заткнуть его я не успел. Зато успел рассмотреть того кто это сделал.

– Заткнись, Валид! Чего орешь? Надеешься кошек раздразнить? Зря. Они не будут на него кидаться. У них сил нет. Да и лапы самцу последний раз переломали. А больше тебя никто не услышит. Ночь. До утра никто не придет, – заговорил высокий мужчина, с неопрятно заросшим лицом. Определить его возраст, впрочем, как и возраст всех остальных, было довольно сложно. Первое, что приходило в голову при взгляде на него, это – воин. Да, скорее всего – бывший воин.

Захожу в клетку, присаживаюсь. Тихонько протягиваю руку, давая возможность самцу обнюхать мои ладони. На ментальном уровне посылаю ему волну спокойствия, доверия, покоя. Из-за моего плеча, к моему удивлению, выглядывает голова птенца. Поворачивая голову из стороны в сторону, он внимательно наблюдает за моими действиями. Не зная, что именно помогло, но мне позволяют приблизится. Огромный кот закрывает глаза и полностью покоряется моей воле. Начинаю лечить. Сначала его. Подпустил он, подпустит и кошка. А разговорчивый воин все не унимается. Поговорим.

– Что? Добренький? Или стараешься для своего учителя? Вот придет он утречком и ему снова будет кого общипывать, кого ломать, и на ком опыты ставить. Знаешь сколько раз нас уже заражали, а потом лечили? Не знаешь… Я гляжу ты новенький. Потому, наверное, еще такой жалостливый?

– И давно вас так всех тут лечат?

– А почему я должен тебе отвечать?

– Ну, а что бывает тем, кто не отвечает? – игра, ответ вопросом на вопрос.

– Ты не магистр.

– Я хуже. Отвечай. Вон тот малыш… Беленький. У которого пальчики на правой руке не двигаются… Похож на тебя.

– Не трогай! – встрепенулся пленник. – Я все скажу. Спрашивай.

– Рассказывай про всех. Соврешь, накажу. Ты ведь не знаешь, что я знаю, а что нет.

– Мы здесь давно. Малыш и правда мой сын. Жена уже здесь умерла. Заразили чем то и не сумели вылечить. Ручка у него сломана была потому пальчики и не шевелятся. Я с женой и сыном присоединился к обозу с переселенцами. На обоз напали. Был бой. К концу которого подоспели стражники во главе с магом. Чем уж он долбанул по нам всем без разбора, не знаю. Очнулись мы все здесь. Мы – это я с семьей и трое из тех, кто на нас нападал. Когда нас сюда притащили, дед здесь уже был. Второй год в соседних клетках сидим, но про него ничего не знаем. Второго малыша притащили совсем недавно, больного совсем. Подлечили вот. Только он не разговаривает совсем. Магистр обещал нам веселье. Говорил, что как только выпускники дипломы свои получат, он нами всерьез займется.

– Дед! Ты маг. Я вижу. Что ты тут делаешь? Не молчи. У тебя на шее ошейник магический, он тебе мешает, не мне. Говори!

– Да, я маг. И даже магистр. Мое имя, Вларнай. И да… Ошейник мешает. Я не вижу магию. Не вижу в тебе мага, но я не могу говорить.

– Тебе мешает клятва?