Ольга Соврикова – Путь одиночки (страница 39)

– Почему одного из сильнейших магов, Руана Гвелкама, ты называешь непутевым?

– Он всегда переоценивал свои силы и наверняка именно его амбиции привели его к преждевременной смерти.

– Ты понимаешь почему у тебя не получилось выгнать из дома меня и почему я нашел эту комнату?

Я могу лишь предположить, что ты являешься моим дальним родственником и магическая печать зафиксировала это родство.

– Вы правы графиня. Я действительно являюсь вашим родственником, а если точнее, то сыном Руана Гвелкама.

– У Руана не было детей. Он умер бездетным.

– Да он умер бездетным и еще триста лет после этого просуществовал бездетным, затем у него появился я. Он обучал и воспитывал меня ровно десять лет, по окончании этого срока он перед законом и магией усыновил меня, и теперь любые родовые артефакты признают меня его родным сыном.

– Значит ты… – воспрял дух.

– Я – граф Дариен Гвелкам, единственный наследник всего рода Гвелкам. Вам же я с прискорбием могу сообщить, что род, к которому я отныне принадлежу, полностью закончил свое существование ровно двести лет назад. Нет никого, кто хотя бы немного мог бы претендовать на родство с вами. Всё, что сохранилось от ранее сильного и могущественного рода теперь принадлежит мне.

– Хоть что-то в своем посмертии он сделал правильно. А теперь, если это возможно юноша, я хотела бы услышать что-нибудь о своей дальнейшей судьбе.

– Прежде чем вынести окончательное решение, которое коснется непосредственно вас, мадам Лиеннали, я хотел бы узнать, признаете ли вы меня своим наследником, а так же хозяином этого дома?

– Для того, чтобы мой ответ был уверенным, а решение незыблемым тебе придется капнуть на линии пентаграммы несколько капель своей крови. Если она вспыхнет и заставит меня поменять свой облик, я признаю тебя.

– Вспомнив ещё раз, чему учил меня приемный отец, я не стал спешить с выполнением её указаний и вместо этого задал еще один вопрос.

– В каком возрасте вы умерли мадам и почему?

– Умерла я возрасте двухсот лет по причине вполне себе обычной, как говорил мой достопочтенный супруг, переживший меня на целых полчаса: «К старости слаба мозгами стала!» Уверилась в своей силе, хитрости, уме и поплатилась за это. Каким бы сильным не был маг, он все равно смертен и умирает он, как все обычные люди, от простого железа. Крепкий сон после тяжелого дня, любимый мужчина рядом и хороший клинок в умелых руках. Голова с плеч и все дела. Да, все причастные к моей смерти, во главе с моим третьим, дряхлым уже мужем, ушли за грань следом за мной. Посмертное проклятие сильного некроманта непреодолимо. Они сделали всё, чтобы я умерла быстро и не успела проклясть никого из них. Глупцы! Они не знали, что уже готовое проклятие висит на моей ауре как щит. Был и щит от физического воздействия, но артефакт из королевской сокровищницы с лёгкостью его преодолел. Именно в день моей смерти сменились главы трёх родов, и самое главное закончила свой путь династия Верклаунских королей и на трон был посажен самый захудалый род, который ни при каких обстоятельствах не мог даже мечтать о троне, но неожиданная смерть короля и двух его малолетних наследников всё изменила. И если ты сейчас думаешь о том, в чём передо мной могли провиниться малолетние наследники, то я тебе могу дать клятву, что к смерти принцев я не имею никакого отношения. Папаша их – да, на моей совести, но он заслужил, а вот мальчишек убили наверняка те, кто желал смены королевской династии. А на счет того, сколько мне было лет и как я при этом выглядела?.. Капни пару капель своей крови, и я предстану перед тобой такой, какой я была в то время.

– Я понимаю, зачем тебе нужна эта проверка, ты рассчитываешь прийти к полному понимаю сложившийся ситуации, поскольку условия данной тобой магической клятвы требуют своего выполнения и ты должна или признать меня своим хозяином, или попытаться меня уничтожить. И в том и другом варианте в случае ошибки твоя сущность будет уничтожена. Если ты нападешь на законного хозяина, тебя уничтожит пентаграмма, если же я являюсь нарушителем, то ты погибнешь, истратив свои последние силы. Но зачем эта проверка мне? Узнать, как ты выглядела триста лет назад? А зачем это! Что я буду иметь, если сохраню тебе, хоть призрачную, но жизнь?

Мерцание в середине пентаграммы усилилось, и яркий магический сгусток заметался в четко очерченном круге, затем остановился, потускнел и госпожа магистр вновь заговорила со мной.

– Я сильный маг и даже в такой форме многое могу. Если ты действительно являешься моим родственником, я согласна признать в тебе своего хозяина, дать клятву служения и подчиняться тебе беспрекословно.

– Согласна ли ты помимо этого поклясться в том, что никогда ни действием, ни бездействием ты не нанесёшь вред мне и дорогим мне существам.

– Да.

– Ну, что же приступим.

Доверять опытной в интригах некромантке я, конечно же, не собирался и потому прежде чем начать подтверждать свой статус хозяина, решил обезопасить себя. Многие ритуалы и заклинания в некромантии связаны с кровью самого заклинающего, а потому глубокий порез на ладони не являлся для меня чем-то необычным. Начертанный моей кровью вокруг пентаграммы круг, заклинание для удержания духа и я готов был начать.

Пара капель еще только летят вниз, чтобы упасть на линию пентаграммы, а я уже нахожусь за внешней стороной своего защитного круга. Они падают именно туда, куда нужно и все нанесённые на каменный пол линии вспыхивают ярким светом. В месте чуть переливающегося сгустка магической энергии в центре пентаграммы я вижу силуэт невысокой стройной женщины. Она совершенно не кажется призрачной, или прозрачной. Её волосы отливают золотом, чёрные брови нахмурены, голубые как весенние небо глаза смотрят требовательно и испытывающе, изящные ручки сжаты в кулаки. Голос совершенно не похож на тот, что я слышал чуть раньше.

– Кто ты? Твоя кровь подтвердила родство. Я готова выполнить всё, что обещала, но всё же… Кто ты?! Твоя кровь говорит мне о том, что твоими родителями являются четверо. Первая пара это твои настоящие родители, мать и отец, отец с малой долей магии, а мать сильный маг, вторым отцом по крови и родству определяется Руан, а вот ту, что определяется, как вторая мать я узнать не могу. Кто это?

– Я не понимаю твоих вопросов, Лиеннали. Ты определила моё родство со своим родом, а значит, именно я от тебя сейчас жду обещанную клятву, а не наоборот. Разве это я обязан посвещать тебя во все мои секреты? Разве это я отныне принадлежу тебе душой и телом? И так, я жду!

Что-то в моих требованиях или в моём тоне буквально взбесило древнюю магиню, и она рванулась в мою строну. Налетела на очерченную мною дополнительную линию и уже отброшенная ею назад застыла. Её лицо при этом излучало крайнюю степень изумления. Она разглядывала свои изящные туфельки, стоящие на линиях пентаграммы как небывалое чудо. Наконец-то спустя довольно продолжительное время она подняла голову и посмотрела на меня.

– Как? Как ты это сделал? Почему я смогла пересечь не нарушенные линии пентаграммы? Я не могла сделать этого четыреста лет. Почему я не могу пересечь линию начерченную твоей кровью? Как может удерживать меня то простейшее заклинание, которое ты произнес? Почему ты работаешь с магией, если ты не маг?! Что вообще происходит?

– Происходит одно из самых простых действий этого мира, именно то, про которое ты совсем забыла. Сейчас, ты тратишь остатки своей магии. Подходит к концу и срок действия последнего накопителя. А что делаешь ты? Ты опытный магистр некромантии! Клятву, Лиеннали! Если ты не успеешь, я не буду тебя спасать. Твои действия после установления родства разочаровали меня, и я не уверен в том, что до сих пор желаю связываться с тобой. Вполне возможно, что мне не понадобятся твои услуги.

– Нет! – вскрикнула любознательная магистр. – Я была неправа. Если ты готов принять мою клятву, я готова ее произнести.

– Говори.

– Я, Лиеннали Гвелкам, магистр некромантии и маг воздуха перед ликом богов признаю своим господином приемного сына Руана Гвелкама, графа Дариена Гвелкама. Клянусь ни действием, ни бездействием не причинять вреда ему, его близким, а так же людям, находящимся под его покровительством.

Все магические светлячки одновременно мигнули, особняк ощутимо тряхнуло. Боги приняли клятву Лиеннали. Моя очередь.

– Я, граф Дариен Гвелкам принимаю на себя заботу о сущности, называющей себя магистром Лиеннали.

Всего одно движение пальцами и исчезает круг, начерченный моей кровью. Не обращая внимания на растерянное выражение лица моей новой проблемы, делаю шаг вперед и опускаюсь на колени прямо в центре пылающей пентаграммы. Мои ладони на мгновение накрывают последний, еще целый, но уже потускневший накопитель, наручи являющиеся древними, мощнейшими артефактами накопителями по моему приказу отдают часть своей силы и вот уже в середине пентаграммы невыносимо ярко сияет оставшийся последний действующий кристалл. Дальнейшее я проделываю как всегда по наитию, спонтанно, не подумав.

Достаю стилет, прокалываю палец и позволяю своей крови капать на сверкающий накопитель. Краем глаза замечаю присевшую рядом со мной женщину, и вместе с ней наблюдаю за тем как впитывает мою кровь камень. Проходит несколько минут, ранка на пальце затягивается. Накопитель ранее представлявший из себя крупный драгоценный камень меняется на глазах. Но как меняется? Он буквально тает, вплавляясь в каменный пол и вот уже пред нашими глазами предстает изображение сложенных в форме чаши, изящных, явно женских, ладоней.