Ольга Соврикова – Непокидай меня (страница 75)

Чем больше я говорила, тем крепче становились объятия моего Алекса.

— Прости меня! Прости! Я очень виноват перед тобой. Оставил тебя в том мире, а затем оставил в этом. Не узнал сразу. Оказался невнимательным, торопливым эгоистом. Не сразу почувствовал твой зов. Я искал тебя, все эти годы, когда понял, что это именно ты пришла в этот мир, искал. Ошибался, отчаивался и начинал поиски заново. Говорил себе, что мне неважно как ты выглядишь, что мне нужна твоя душа. Именно она является моей половинкой. Я тоже боялся. Боялся, что ты можешь оказаться человеком, и не потому, что я презираю людей, совсем нет. Просто люди живут так мало. Я дракон — мне чуть больше трехсот лет, моя жизнь только началась, и переживал, что могу просто не успеть тебя найти. Когда у меня появилась надежда на то, что ты полукровка, я воспрянул духом, но тогда появился другой страх. Такая молоденькая, такая маленькая, совсем девочка, в таком непростом и жестоком мире. И именно я виноват, что ты в нем совсем одна. Боги давали мне почувствовать, что ты жива и именно это поддерживало надежду, живущую в моем сердце. Теперь же я просто боюсь выпустить тебя из рук, и до конца поверить в то, что это не сон. Что красивая малышка, сидящая у меня на коленях, с восторгом глядящая на меня, действительно ты. А то, что ты лидер и сильнейший боец группы Триединых, вообще не укладывается у меня в голове! Но одно я знаю точно, если ты исчезнешь из моего поля зрения, хоть на минуту, я просто сойду с ума, и мало никому не покажется! С этого момента я готов носить тебя на руках постоянно.

Последнее заявление меня насмешило, я даже нашла в себе силы пошутить.

— Но если твои руки будут заняты, то как же ты будешь меня защищать?

В ответ на вопрос мой дракон глухо заворчал, и я приняла к сведению еще одну не маловажную истину. Мой Алекс дракон уже очень давно. И каким бы я его не помнила, ни он, ни я не остались прежними. Нам придется привыкать друг к другу заново. Учиться доверять, идти на уступки, иногда даже от чего-то отказываться. У нас все получится, если мы оба будем это понимать.

Стараясь успокоить растревоженного моим неосторожным заявлением, такого матерого собственника, как дракон, я взяла в ладони его лицо и нежно поцеловала в уголок губ. Испытывая огромное удовольствие, я наконец-то смогла решиться и и тоже зарылась обоими ладонями ему в волосы. Густые, шелковистые на ощупь, они проходили меж моих пальцев, и это мне безумно нравилось. Если честно, то не мне одной. Довольный дракон только что не мурлыкал под моими руками. Да и то наверняка только по тому, что драконье горло к этому не приспособлено. Я же, как истинная женщина, решила немного схитрить. Прекрасно видя в каком благодушном настроении он находится, заговорила о том, что волновало меня сейчас больше всего.

— Знаешь Алекс, за последние двадцать пять лет я прошла очень серьезную подготовку. Приняв реалии этого мира и встретив существующего в нем родного брата, я поняла, что если не хочу всю жизнь жить по чьей-то указке, то непременно должна научиться себя защищать. И я научилась. Сейчас я нахожусь на пике своей формы и могу противостоять в бою даже такому крупному дракону как ты. Понимая все твои инстинкты и желания, я просто прошу тебя, солнце мое, не забывать о моих. За годы, прошедшие после нашей разлуки, я научилась жить и выживать самостоятельно. И поверь мне, что не только тебе тяжело будет идти в своих решениях на компромисс со мной, но и мне будет не легче. Единственное, что я могу тебе пообещать, причем без вариантов, это то, что никогда, никуда я тебя больше от себя не отпущу. Теперь ты мой до скончания веков. Лучше сама прибью, но никому не отдам. Как бы не ругались, как бы не ссорились, никуда тебе от меня не деться. Считай, что у тебя теперь два хвоста. И дома я, когда тебя там нет, как послушная драконья жена сидеть не буду! Даже в «декрет» вдвоем ходить будем! Ясно?!

Я прекрасно чувствовала, как за время моего монолога менялось настроение моего мужа. С расслабленного на напряженное, с напряженного на восторженное, а уж услышав последний ультиматум он и вовсе не выдержал и оглушительно расхохотался, чем неимоверно порадовал. А потом… Потом были просто поцелуи. Приводящие меня в восторг и доводящие до полной потери ориентации в пространстве и времени.

И все-таки возраст Алекса сказывается. Именно он сумел остановиться и, уткнувшись мне в макушку, прошептать:

— Нас ждут, малыш. Не стоит испытывать терпение Владыки. У нас с тобой впереди вся жизнь. Мы успеем все рассказать и показать друг другу. А пока нам нужно вернуться.

— Но… Мне нужно еще кое-что важное тебе показать!

— Это секрет? Его могу знать только я? — вздернул он бровь заинтересованно.

— Нет. Все прямо сейчас и узнают.

— Ну, тогда и для меня сюрприз будет. Пошли. Нам стоит поторопиться. Я чувствую нетерпение Золотого.

«Ну, ладно торопыга… Будет тебе сюрприз!»

Глава 41

Новая пара не стала долго испытывать терпение Золотого императора и уже спустя полчаса вернулась в кабинет, где их так терпеливо ждали остальные драконы. Теперь никто не посмел бы сказать, что лицо юной тени безлико и на нем отсутствуют эмоции. Оно светилось от счастья! Глаза сияли восторгом. Улыбалась она радостно и беззаботно. Всем присутствующим показалось, что с ее приходом в огромное, гулкое помещение заглянуло летнее солнышко и тепло ее души легкой волной коснулось их всех. Ей ответили такими же теплыми и понимающими улыбками. Серьезным остался только Алексавель Черный, стоящий чуть позади Эль, и придерживающий ее около себя за плечи.

— Надеюсь, теперь мы сможем услышать от вас, юная леди, что еще вы можете нам предложить. Но прежде чем вы начнете, я хотел бы задать вам несколько вопросов, чтобы не отвлекать потом. Итак… Как именно вы общаетесь с кашной, если она менталист? Почему я не вижу вашу ауру, и не могу определить, к какой расе вы принадлежите? Кто ставил вам на разум щиты и почему я не могу сквозь них пробиться?

Не переставая улыбаться, девушка поглядела в сторону своих напарников и, получив в ответ кивки, принятые всеми за согласие, впервые заговорила при всех своим настоящим голосом. Необыкновенно звонким, звучащим словно перезвон серебряных колокольчиков.

— Мне придется открыть вам еще один секрет нашей группы и хочу обратить ваше внимание, Владыка, на то, что даже наставники Обители не знают о нем. Да и для Алекса это будет сюрприз.

Обернувшись к стоявшему за ее спиной мужчине, она взяла его за руку и, глядя ему в глаза, шепнула.

— Только будь спокоен, хороший мой! Обещай держать себя в руках.

После этого интригующего заявления глава «Триединых» направилась как можно дальше от стола, уводя за собой и свою пару. В стороне она отпустила его руку, отошла на несколько шагов и от самого Алексавеля.

Уже давно следящие за Элен драконы с удивлением наблюдали за ее передвижениями. Недоумение все ярче и ярче проступало на их лицах, но вот в противоположной стороне огромного кабинета замерцал воздух и перед всеми предстала молодая драконица. Необыкновенно прекрасная и юная! Ярко алая с чуть подкрашенными золотом крыльями, она стояла и в полной тишине лукаво поглядывала на потерявших дар речи мужчин. Прекрасно понимая, что такого чуда как она, они точно никогда не видели!

Затем события покатились со скоростью безумного горного потока.

Переступила аккуратно с лапы на лапу алая прелестница и, приблизив свою изящную голову к своей застывшей в ступоре паре, она легонько дунула ему в лицо. Повскакивали все сидевшие до этого драконы. С грохотом отлетело в сторону кресло поднявшегося Владыки. Одновременно со всем этим трансформировался Черный. Сработал инстинкт защитника! Он почти полностью загородил свою пару от взглядов всех остальных. В огромном кабинете стало очень тесно, но раздался громогласный, злобный рев самца, еще не успевшего закрепить связь со своей парой и всем пришлось срочно начать отступать, потеснившись в не столь большом, как оказалось, кабинете.

Самца-дракона в таком состоянии успокоить очень не просто. Еще не до конца сформированная связь заставляет любого мужчину их вида сильно нервничать. Верх берет зверь! Сущность человека уходит на задний план их общего сознания. Инстинкт повелевает самцу, взять пару под охрану и защищать ее даже ценой своей жизни. Даже Владыке в этом случае приходится прикладывать немалые усилия, чтобы успокоить дракона находящегося в подобном состоянии, да и удается это, не всегда и не сразу.

Рев охваченного беспокойством и ревностью дракона не стихал и, как никто понимающие состояние друга, собраться отступили к выходу. На своем месте остался стоять только Владыка, и по-прежнему невозмутимо сидел в своем кресле эльф. Такой же спокойной и невозмутимой выглядела и кашна, сидевшая рядом с ним.

Рев растревоженного дракона начал стихать. Все застыли, боясь пошевелиться и издать хоть один лишний звук. Еще через пару минут наступила оглушающая тишина и все увидели, как около очень крупного черного дракона, наконец-то сложившего крылья, стоит хрупкая девушка. Прислонившись щекой к склоненной огромной голове зверя, гладит его по чуткому носу и воркует на незнакомом всем присутствующим языке.