Ольга Соврикова – Непокидай меня (страница 58)

И вот тогда-то глаза его распахнулись во всю ширь. Он издал звонкий, восторженный вопль, и, скатившись с кровати, кинулся к кошке. Что уж он собирался сделать, мы не поняли, но вот как на этот восторг отреагировала кашна, разглядели хорошо. Подбежать к кошке Эрик успел почти вплотную и она, до этого спокойно лежавшая на большом ковре посередине комнаты, резко поднялась ему навстречу и, приняв угрожающую стойку, оскалилась и громко, раскатисто зарычала прямо ему в лицо. Опешивший и явно испуганный принц упал у ее ног, как подкошенный, и, лежа на спине, опираясь на локти попытался довольно неловко отползти в сторону. Получалось у него плохо.

Выручил его в этой ситуации беззвучно шагнувший к нему со спины Дан. Он рывком поставил паренька на ноги и проговорил ему на ухо неприятным, шелестящим голосом:

— Не смей тянуть руки в сторону кашны. Следующий раз она тебя ударит. Она ведь не домашний питомец и играть с тобой не будет, не умеет. Ясно?

Принц часто-часто закивал головой, продолжая пятиться от огромной кошки. Брат отступил в сторону, а Багира, прекратив рычать, с видом полного удовлетворения, не торопясь развалилась на прежнем месте.

Дворец просыпался.

Стоило его высочеству Эрику присесть на свою кровать, как тут же словно по команде в комнате появились его камердинер и воспитатель. Не торопясь, вымыли, одели, причесали своего подопечного, и поминутно оглядываясь на нас, следующих за ним неотступно, проводили его на завтрак. Завтрак тянулся очень долго. Его меняли дважды. Наследнику не нравились поданные ему блюда, сервировка, вкусовые качества самих блюд и еще многое другое. Его фантазия и претензии были очень разнообразны. Но всему приходит конец.

Закончился и завтрак. Начались занятия. Учителя честно пытались отработать свое жалование и научить принца уму-разуму, но…. Сиятельный юноша учиться не хотел. Время шло, преподаватели сменяли друг друга, а Эрик, отошедший от утреннего потрясения, все чаще и чаще останавливал свой взор на нас.

Наконец-то мучения учителей закончились и они удалились. Камердинер занимался гардеробом его высочества, воспитатель был отправлен спросить у их величеств, позволено ли будет наследнику присутствовать на королевском обеде, а сам он, не сняв обувь, валялся на кровати, изображая сильнейшую усталость от трудов праведных.

Все это время мы не покидали апартаментов наследника и, в отличие от нас, сопровождавших его неотлучно, Багира так и не стронулась с места.

Молчал паренек недолго, уж слишком он привык за свою еще такую недолгую жизнь повелевать, и отступиться от такой диковинки, как мы, просто так точно не сумеет, а значит наше противостояние еще впереди. И вот…

— Ты, — принц сел на кровати и ткнул пальцем в мою сторону. — Подойди сюда и дай мне посмотреть твой посох! — не заметив реакции на его требование с моей стороны, он добавил: — Ну, быстро!

В комнате наступила полнейшая тишина. Затих, прислушиваясь к происходящему, камердинер. Сменила позу на ковре кашна. Теперь она не лежала в расслабленной позе. Багира подобрала задние лапы под себя и положила голову на передние, всем корпусом повернувшись в сторону принца. Ждал выполнения своего требования его высочество. Он ни капли не сомневался в своем праве нам приказывать. А мы? Мы молчали. Меня учили выдержке и терпению. Ситуация не напрягала, но объект охраны мне лично не нравился все больше и больше, а вот именно он терпением и не отличался. Так и не дождавшись от меня выполнения своего требования, он соскочил с кровати и, стремительно приблизившись ко мне, возмутился, почти перейдя на ультразвук:

— Ты что, глухой? Отвечай мне и сними эту тряпку со своей головы, когда я с тобой разговариваю!

Последовал резкий взмах, и вот уже его рука устремилась к моему капюшону. Пришлось перехватить её и, крепко сжав, опустить вниз, одновременно с этим давая необходимые в этой ситуации пояснения, глухим невыразительным голосом:

— Ваше высочество! Вы, видимо путаете нас со своими слугами и придворными. Но мы не те и не другие. Мы — телохранители из «Обители теней». Подчиняемся только своему главе. Ни вам, ни вашему начальнику безопасности, ни даже его величеству королю — мы не подчиняемся. Нам поставили задачу — охранять наследника престола и это все. Разговаривать с нами не надо, отдавать команды бесполезно, махать руками в нашу сторону опасно. Для вас опасно.

По-моему объяснила я все понятно и доходчиво, но это юное высочество меня просто не хотело слушать и понимать.

— Вы ничего мне не сделаете! Слышите? Ничего! Даже если я вас ударю, утретесь и стерпите. Вам за это деньги платят, — выдав мне это в лицо, он одновременно с последними словами действительно попытался дать мне пощечину.

Ну, что я могу на это сказать — молоденький зарвавшийся парнишка, считающий себя почти властелином, но при этом не умеющий даже правильно ударить предполагаемого противника. Замах его руки, незаметное движение моих рук и вот уже наследник короны кричит диким криком, катаясь по полу.

«Веселье» началось.

Забежал в комнату воспитатель, выскочил из гардеробной камердинер, забежали стражники, стоявшие ранее у дверей в общий коридор. Все они засуетились вокруг него, мешая друг другу, совершенно не обращая внимание на нас, стоящих совсем рядом с происходившим, и спокойно наблюдающих за их действиями. Внезапно крик наследника стих и он, не поднимаясь с пола, визгливо прокричал стоящему рядом с ним на коленях воспитателю:

— Целителя зови! Придурок! Маму с отцом! Эти телохранители, они напали на меня!

Шум, гам, кутерьма! Наследник яриться. Слуги бегают. Багира, улегшись у моих ног, довольно жмуриться и даже маленькая Лялька, крепко держась за край капюшона Дана, осторожно выглядывает наружу, но, не усмотрев в возникшем шуме угрозы любимому хозяину, также незаметно спряталась.

А веселье набирает обороты! Прибежала королева, спокойно пришел король, явился целитель, подоспел и придворный маг. Парня поднимают, осматривают и выслушивают его рассказ о том, как на него напали его телохранители. Шум стихает. Слово дают магу и целителю, которые, перебивая друг друга, утверждают, что никаких следов ни физического, ни магического насилия на теле наследника нет, вот только… только руками он почему-то размахивать не может. Не работают руки. Это очень похоже на паралич или на проклятие, но это точно ни то, ни другое. Целитель и маг разводят руками. В комнате наступила тишина. Все растеряны. Потрясенный наследник и его мама сидят на кровати. Глядя в глаза наследнику, король требует:

— Кто мне объяснит, что произошло? Ну! — неожиданно для всех отвечать начинает камердинер:

— Его высочество, принц Эрик, пытался заставить новых телохранителей ему подчиняться, и когда это у него не получилось, он попытался ударить одного из них по лицу. Тени вроде бы ничего не делали, а если точнее, то я ничего не заметил, но наследник вдруг принялся кричать и вот…

Выслушав его, король посмотрел на сына и произнес:

— Я предупреждал тебя вчера, что тени не будут обязаны тебе подчиняться?

В ответ на этот вопрос парнишка просто опустил голову, но затем все же строптиво ее вскинул и произнес:

— Я принц. Я выше их по статусу! Они обязаны подчиняться.

— Пойдем дорогая, — король протяну руку королеве и, недовольно поморщившись, добавил: — Мы вырастили глупца и хама. С этого дня он наказан и не смеет покидать своих комнат вплоть до моего специального разрешения, а руки… Руки, я уверен, — он посмотрел в нашу сторону: — начнут ему подчиняться сразу, как только он поймет, за что наказан.

Мне нравится этот король! Он мне очень нравиться! Забрал жену и велел всем расходиться. Остались только мы в компании принца, камердинера и воспитателя.

И разверзся ад!!!

Не для нас конечно.

Мы спокойно занимались своими непосредственными обязанностями — охраняли его высочество принца: проверяли пищу на наличие яда, внимательно наблюдали за действиями присутствующих возле наследника людей и наслаждались представлением. А представление под названием «Беспомощный наследник в гневе» разворачивалось на наших глазах во всей своей красе. До самой ночи воспитатель Эрика не смог даже присесть, так как руки у парня не двигались, то даже в туалет самостоятельно он сходить не мог. Как же он гневался!

Сначала орал, обвиняя всех, про кого вспомнил, потом пытался пинать все, до чего дотягивался, но быстро ушиб «ножку» и прекратил это. Лег поперек кровати и затих. Нереальная тишина стояла всего пять минут, затем он начал отдавать приказы. Чем только не занимались до позднего ужина его воспитатель и камердинер: пять раз переодевали и переобували его высочество, расчесывали, купали, читали, делали массаж, поили и кормили с ложечки, даже пели!!! Но, как ни странно, пожалеть мне их не хотелось совершенно. Не знаю, как камердинер, но воспитатель нянчится с парнем почти с самого его рождения, а потому — что воспитал, то и получил. Как говорится в моем мире: «Кушайте с удовольствием, не обляпайтесь!».

«Нра-а-а-вится! — услышала я кошку. — Для меня только поясни, что ты с детенышем сделала? Почему у него руки как плети висят, а целитель и маг разводят руками?»

«Ну, Багира! Я же обладаю эльфийской магией жизни. Мало кто задумывается о том, что такие маги могут не только лечить, но и калечить и даже убивать. Эльфы недаром не берут в обучение людей-целителей. Ни один, даже самый сильный людской маг, не сможет распознать, что и как, если к этому приложили руку длинноухие умельцы».