Ольга Сол – Хозяин огня (страница 4)

Глаза не открывались, но я точно помню девушку-лекаря, которая успокаивала меня, когда я был в бреду.

– Фред, ты как? – Викториан стоял у кровати.

– Бывало и лучше.

– Что случилось? Мне донесли, что договор по торговому тракту заключен, но что с тобой? Граф Принк говорит, от них ты улетал в добром здравии и на часов пять раньше того, как мы тебя нашли. Там лететь час максимум, где ты был остальные четыре?

– Я схлестнулся с Вареном из водников. Он не смог выиграть переговоры за столом и решил напасть на меня на границе свободных земель, а потом я прилетел домой.

– А потом домой прилетел твой анкор, а ты нет.

– А на чем прилетел я?

– На моих руках.

– Как это?

– Мы нашли тебя в лесу на рассвете, перевязанного и залеченного какими-то мазями.

Я не помнил, кто меня перевязывал, только голос и губы со вкусом малины, которые поцеловали меня на прощание.

– Я не помню.

– Ладно, спи, позже разберемся, главное, с тобой все хорошо.

Элина Гринтерг

Ночка выдалась бурной, слава богу, все успели сделать. Оставалось разлить мази и настои по баночкам, и можно ехать на базар в Элден.

Рынок находился в столице всегда, но несколько раз в год туда съезжалось вдвое больше торговцев и вся знать наших и соседских земель.

Потому что четыре раза в год наш правитель, герцог Эльмин Бредрус, отчитывается перед жителями о положении дел в герцогстве. Хоть его земли и называли свободными, но свободными они были от беспредела магов, а правитель у нас был, и законы установлены еще суровее, чем у магов по соседству.

На эти дни я и ездила в столицу, точнее, летала, потому что экипажи нам с Мирдером были не по зубам.

Там я арендовала место на базаре, точнее, базаром его звала бабушка, а теперь это центральный городской рынок, и продавала свои мази и настои.

Клиентура у меня своя тоже была, главное, создать антураж, ведь кто захочет брать что-то у сопливой девчонки? Им подавай матерую колдунью. Можно было, конечно, нацепить иллюзию, но любой маг сразу рассекречивал меня, и поэтому я сделала себе костюм матерой ведьмы.

– Элина, не забывай об осторожности, там все опасно для молодой девушки. К магам не подходи, в темных кварталах не ходи, начнут обижать – придется применить магию, а применишь – запечатают, – Мирдер расхаживал по дому, цокая когтями об пол.

– Я все знаю, птичка моя. С незнакомыми не разговаривать, знакомым не рассказывать, кто я, ни с кем никуда не ходить, в экипажи не садиться, с мужчинами не целоваться.

– Все правильно, только это нужно не только знать, а еще и выполнять, иначе жди беды. Я буду ждать тебя на опушке через два дня у дуба на закате. Все поняла?

– Да!

Я закинула на плечо тяжелую сумку. Платье матерой колдуньи в общем-то не очень отличалось от моих обычных, единственное, что оно было в пол и к нему не прилагалось штанишек, чтобы было удобнее летать, как к пошитым мной. Ну и оно было более женственное, с небольшим вырезом и, конечно же, зеленое, шляпа – и я готова, на лицо все нанесу ближе к походу на базар, этот антураж не самый приятный к коже.

– Элина, я искренне надеюсь, что ты меня услышала и все запомнила.

– Да, Мирдер, я все помню.

Я оттолкнулась от земли и взлетела, летим мы до опушки леса, дальше я иду пешком, а Мирдер забирает метлу и несет ее домой.

Прилетели мы быстро и, на удивление, без приключений, хотя в последнее время без них мне было никуда. Два огневика за сутки – это слишком даже для меня.

– Пока, Мирдер, послезавтра на закате на этом же месте, – отсалютовала я филину и пошла по дороге.

До ближайшего постоялого двора, который находился на самой окраине, было около часа пути, в нем я останавливалась всегда, и его хозяйка не обращала внимание на то, что к ней заселяется молодая девушка, а на базар уходит старая женщина. Я думаю, она тут и не такое видела, поэтому уже давно ничему не удивляется, а главное – умеет держать язык за зубами.

– Добрый день, мисс Гринтерг, вам номер? – улыбнулась мне управляющая.

– Да, Мина, пожалуйста, как всегда, с видом на город, если есть.

– Да, берегла для вас, десять серебряных на две ночи.

– Спасибо, – я положила монетки на стол и забрала ключ от номера.

– Приятного отдыха.

Я поднялась наверх, в этом номере я уже жила в прошлый приезд. Он мне очень нравился, потому что его окна выходили на город. Не то чтобы мне нравилось смотреть на суету и слушать крики торговцев по утрам, но, учитывая то, где живу я, для разнообразия можно послушать.

Я бросила сумку и села на кровать.

На дворе уже хорошо вечерело, и идти сегодня мне было уже некуда. Но зато у меня была целая ночь, чтобы подготовиться к завтрашнему дню.

Я залезла в сумку и расставила все баночки на стол, товара в этот раз было немного, поэтому надеюсь, что уйдет все.

Осмотрев баночки, убедилась, что все этикетки на месте, ничего не перепутано, а то не дай боги продать кому-то средство от облысения под этикеткой «Гладкая кожа», вот клиент удивится, что его лысина стала еще и гладкой.

В сумке нашелся кусок хлеба и колбаса, видимо, Мирдер закинул, чтобы я не проголодалась в дороге. Ну что же, вполне сойдет за ужин. Можно было, конечно, спуститься вниз и зайти в ресторанчик, но здешние цены для меня были высоки, тем более, сегодня, пока я еще ничего не продала.

Жуя колбасу, я встала у окна, город и ночью не спал. По улицам, прикрываясь веером, под ручку с мужчинами прогуливались дамы в красивых платьях. Кавалеры тоже им не уступали, их камзолы сверкали разными цветами, показывая принадлежность к стихии своего командира, если это были гости столицы из других герцогств, либо на них была черная форма, говорившая о том, что это подданный свободных земель. Встречались среди гуляющих и мужчины и просто в костюмах, которые не имели отношения к службе, но чаще всего это были торговцы, потому что большая часть мужчин служили на благо герцогства и были военными.

По дамам было не понять, кто они, потому что среди них не было градаций по стихиям, и даже магички предпочитали не афишировать свою принадлежность к той или иной стихии, да больше всего на наших землях было таких, как я, полукровок, за счет того, что большая часть населения – люди, а при союзе человека и мага рождаются смешанные маги, а дальше все просто, так как у смешанного мага нет стихии, то дети уже не полукровки, такие, как я, но все равно без определенной стихии, наши силы чуть больше, чем у полукровок, но значительно меньше, чем у магов стихий.

Мой отец – маг земли, а мать – универсал, в народе она, конечно, тоже звалась ведьмой Вествудского леса, и эти легенды о нашей кровожадности ходят давно, но по факту, за срок давности слухов, я уже третья ведьма, но народ думает, что это все еще одна бессмертная. Нас с Мирдером все устраивало, маги к нам не лезли, потому что мы на свободных землях, а люди боялись ведьмы, периодически к нам захаживали на разведку люди Викентрона, и вот с ними я могла развлечься, гоняя по лесу с ехидным смехом, они бежали от ведьмы, которая хочет вырвать их сердце, а мне задаром не нужно их сердце, просто не люблю, когда ко мне домой лезут.

Собственно, именно поэтому за мной и охотится надоевший огневик, я пугаю его людей, и он решил поймать ведьму, но применять ко мне магию открыто тут он не может, а в герцогство я ни ногой.

На дворе окончательно стемнело, пока я ужинала и разглядывала наряды дам. Иногда хотелось надеть такое платье и вот так вот прогуляться с кавалером, но какой смысл платья на один день и кавалера на тот же срок?

Я хочу, как мама, влюбиться на всю жизнь. Она расцветала при одной мысли об отце, несмотря на то что всегда знала, вместе им не жить, довольствоваться до конца дней своих встречами на опушке. Но когда я смотрела на них, было понятно, что они любят друг друга, и меня они оба любили. Пока кто-то или что-то не убило их, и рано или поздно я найду, что это было. Это тогда я была молодая и поверила герцогу, который даже разбираться не стал, а сейчас я точно знаю, что что-то тут не так, и я точно найду, что.

Я приняла душ и улеглась в кровать, спать по ночам я не привыкла, но этой ночью нужно было выспаться, завтра весь день на ногах, я просто не выдержу, если не спать.

Звуки города отвлекали, парочки смеялись под окнами почти до полуночи. Я ворочалась и не могла уснуть. Но дело было не в них, я просто не привыкла спать ночами.

Предприняв последнюю попытку уснуть, я легла на спину, выбросила из головы все мысли и провалилась в сон, но это был скорее поверхностный сон, чем глубокий, и просыпалась я от каждого звука.

Утром я была разбита. Мое лицо выглядело на десять лет старше и без антуража.

Умывшись, я наложила макияж, прикрепила нос с горбинкой и на рассвете отправилась на базар. Место нужно было занимать одной из первых, потом шанс встать будет только в конце базара, куда если и приходят люди, то уже без денег.

– Доброе утро, мне нужно место в центре у фонтана, – обратилась я к администратору.

– Доброе, мисс, вам повезло, остался один прилавок между цветочником и артефактами, будете брать?

– Сколько?

– Десять серебряных, – стоимость не маленькая, ровно столько же я заплатила за номер, и мне нужно будет отбить уже двадцатку и еще уйти в прибыль.

– Да, буду, – я положила ему на стойку монетки.

– Удачной торговли, третий ряд, тринадцатое место.