Ольга Смышляева – Только не это! (страница 8)

Не успели мы подойти ближе, как храп прекратился.

— Эй, отроцы, на вы взираю! — тролль окликнул нас раскатистым рыком. — Что суть творите днесь у сия врат?

— Хао, — я вежливо поздоровалась на его родном языке, прижав левую руку к груди, а правую подняла ладонью наружу. Лёва и Майло без подсказки повторили манёвр.

Тролль оценил жест своего народа, стряхнул остатки сна, быстро вскочил на ноги и легонько поклонился в знак признательности. Должно быть, не легко ему живётся тут. Светлые не питают уважения к тёмным созданиям, к коим он относится точно так же, как мы.

— Зрют очи моя, иноземцы вы суть оные. Иррог наречено имя мне, я дверник при сем градеце. Аз не скушать вас.

— Не переживай, приятель, — ответил Майло. — Мы не боимся тебя.

— Видели троллей не раз, — подтвердил Лёва. — «Ещё бы не видели! Вся дворовая прислуга в замке мамочки тролли, дворецкий лич, а горничные сестрички-вампирши».

— Он любит пошутить. — Я поспешно протянула Иррогу документы, пока в его каменной башке не зашевелились шестерёнки ненужных мыслей. — Мы студенты по обмену из Страны Орз, вот наши удостоверяющие грамоты. Проводишь внутрь?

Прежде чем ответить, тролль внимательно изучал магические печати почти пять минут. С виду он глуповатый, но дело своё знает, иначе не стоял бы здесь. Мы не волновались; наш директор мастер подделывать слепки аур. Поговаривают, первый раз он продал душу именно за это умение, чтобы безпалевно обворовывать губернатора какого-то мелкого городка на границе Королевства ещё до того, как грянула война.

Мы не торопили Иррога и продолжили разглядывать открывающиеся взору виды. Тут есть на что посмотреть!

Кромка горизонта окрасилась в алый цвет. Начало всходить солнце. Солнце! Оно ещё прекраснее, чем на картинках. И слепит глаза. Ой, оказывается, на него нельзя долго смотреть. Со всех сторон доносилось чириканье птичек. Не удивлюсь, если светлые находят их вопли успокаивающими, нас же, тёмных, они нервировали — мы будто угодили во владения феи-крёстной. Право слово, уж лучше карканье ворон и уханье совы.

— Ходити за Иррогом, явлю вы путь верный, — рык тролля отвлёк от созерцания самого великого волшебства Природы.

Привратник вынул из кармана в набедренной шкуре связку ржавых ключей на большом кольце. С виду такие же уродливые, как их обладатель, тем не менее, они являлись мощным артефактом со сложной магической подписью. Если прислушаться, можно различить едва заметный треск наложенных на них вековых заклятий. Им одним подвластно отпереть ворота.

Интересно, а как же тогда смогли выбраться те парни из деревни? Иррог не похож на того, кто ослушается приказа начальства и выпустит на волю нечистых на руку студентов. Здесь где-то есть лазейка? Не помешало бы найти её.

Хрусть и щёлк.

Магическую границу переступали не без опаски. Словно сами лезем в ловушку, ведь если прикрытие не сработает, никуда мы не убежим. Тролль запер ворота за нашими спинами и направился по дороге к замку, приглашая следовать за ним. Дорога тут всего одна, а конечная цель находится в прямой видимости, однако мы не возражали. Может, предыдущие студенты по обмену были настолько тупы, что не могли проделать такой короткий путь без провожатого?

— Ректора сия градец звать Азраэль Ливси, он благий человек, книгочия, рачительный и праведный, вы вельми любо придётся, — рассказывал тролль с признательностью, отдающей мелодрамой. — А уж какой забавец!

Мне он уже не нравится.

Остановились мы у массивных резных дверей с символом Арайского Королевства — птицей Солнца, золотистым фениксом. Забавно, потому что символ Тёмной Империи тоже феникс, только чёрный.

— Далее путь неходимый для мой, — вздохнул тролль. — Добропобытия, отроцы!

— Донадогохви, Иррог.

Легко преодолели ступени и, наконец, вошли в Академию. Самая лёгкая часть плана выполнена. Магическая граница не испепелила при переходе, а привратник не почуял в нас врагов.

— Ректор Ливси вас ожидает.

Из тени колонн навстречу нам шагнула высокая старая женщина с кислым выражением на лице шестидесятилетней девственницы. Сторож, вахтёрша или секретарь, поди разбери их. Взирала на нас, будто на мусор с лап бездомной собаки. Справедливости ради, видок у нас тот ещё — стычка с троицей светлых изрядно подправила внешний вид, а почиститься заклятиями не додумались. Особого внимания удостоились мои красные волосы. Видимо, такой оттенок уже вышел из моды.

— Чемоданы оставьте здесь, — совершенно недружелюбно буркнула женщина. Когда, интересно, тролль успел предупредить её о нашем появлении?

— Ага, разбежались, — Майло улыбнулся с неприкрытым снисхождением. — Потом ещё недосчитаемся зубных щёток. Ищи дураков!

Дама проигнорировала хамство и продолжила взирать на нас со смесью неудовольствия и лёгкого презрения. Стоит и молчит. Вообще ничего не скажет? Серьёзно, она действительно уверена, что чемоданы никто не украдёт?

Пауза затянулась. Ладно, рискнём, но если что-то пропадёт, клянусь Императором, прыгать ей жабой!

— Следуйте за мной.

Как скажешь, карга, как скажешь.

Академия Света жила и функционировала по принципу Школы Аларика — полный пансион «всё включено». Здесь под одной крышей расположены и учебные помещения, и студенческие общежития, и всё то, что светлые посчитали нужным построить для пытливых умов юных дарований. Разумеется, кроме таверны и борделя.

Первым бросилось в глаза пространство. Свет восходящего солнца лился из таких огромных окон, что казалось будто вся Академия только из них и состоит. Он освещал широкие коридоры, лестницы и залы с выложенными мрамором полами. На стенах мозаика, копирующая сценки из старинных гравюр о великой волшебнице Марлене, короле Арни и рыцарях Золотого Блюда. И зеркала. Светлые без них жить не могут. К сожалению, ни одно из коридорных зеркал нас не интересовало — рамы не те. А как было бы просто! Достаточно одной руны разрушения...

Я заметила восхищение на лицах друзей, хотела было их одёрнуть, но передумала. Если у тёмных такой красоты нет, это не значит, что признавать красивое наш род не способен.

В столь ранний час студентам не престало бродить по коридорам замка, поэтому мы дошли до башни ректора, не встретив ни единой души.

— Дальше сами. — Карга не стала подниматься по винтовой лестнице и скрылась по своим делам.

Майло и Лёва в нерешительности застыли на месте. Нам предстоит едва ли не самый сложный этап во всей миссии.

— Без паники, ребята, — шепнула я. — Мы хищники, они добыча. Нас ничем не запугать.

Легко сказать, а поджилки трясутся. Наверное, светлые точно так же боялись моего отца, или отца Майло, или обоих родителей Лёвы... или любого другого колдуна из королевской тюрьмы для особо опасных.

— С чего ты взяла, что мы паникуем? — севшим голосом огрызнулся Майло.

— А разве нет? — ответил Лёва. — «Вот-вот, нужно быть честными сами с собой». Видите, даже ему страшно. «Эй, мне не страшно, я просто призвал к честности!» От твоей честности всегда одни неприятности!

Я тяжело вздохнула. Альтер-эго Неженки нас сдаст, без вариантов. Майло пришёл к точно такому же выводу и сразу предложил выход:

— Так, Лёва, будешь изображать немого.

— Зачем? Я не хочу.

— Мы всю свою жизнь делаем, чего не хотим, — я подержала Халявщика. — Так что, надо, Лёва, надо.

Преодолев полсотни ступеней, остановились возле самой двери, чтобы унять волнение и привести себя в подобающий вид. Минута и я постучала.

— Заходите, не стесняйтесь.

Мы переступили порог и потрясённо замерли.

Кабинет ректора Азраэля Ливси отличался от кабинета директора Варлоу, как день отличается от ночи. Сам Ливси, кстати, тоже отличался, но обо всём по порядку. Округлое помещение утопало в свете — огромные окна с пола до потолка занимали большую часть стен. Пол, выложенный из кусочков цветного стекла, отражал солнечные лучи и отбрасывал яркие блики на мебель, отчего всё вокруг казалось до невозможности нереальным. Мы словно умерли и попали в кошмар пьяного циркача. Аж мурашки по коже!

Каких-либо зеркал здесь не было.

Ректор занимал место во главе стола, установленного прямо по центру, и с видом наивысшей удовлетворённости попыхивал тонкой трубкой, источающей запах душистого табака и валерианы. Аккуратный старичок возрастом лет около ста будто бы сошёл с гравюр в коридорах. Одет в золотистую бархатную хламиду, лицо украшает не особо длинная белая борода, заплетённая в косичку, а глаза портят образ наивного простофили просвечивающим умом и проницательностью.

Мы взирали на своего будущего ректора, не смея лишний раз дышать. Даже на расстоянии от него страшно разило огромной силой. Это не просто светлый, каких в Королевстве тьма тьмущая, он как минимум ничуть не слабее директора Варлоу. Если раскусит нас, до костра мы не доживём — испепелит на месте.

Лёва чихнул, и ректор «ожил»:

— Будь здоров, мальчик.

— Спасибо, — на автомате поблагодарил Неженка. Проклятье! Как же быстро легенда о том, что он немой, рассыпалась прахом! Ладно, лучше сразу, чем через день. Будем начеку.

— Почёта и процветания, — мы вежливо поздоровались.

Пройти внутрь не решались. Всё равно что лезть в клетку к тигру.

— Вы из Страны Орз? — ректор расплылся в весёлой улыбке.

В полседьмого утра? Да он ненормальный! Кто бывает весел в полседьмого утра?