Ольга Смышляева – Спокойно, тётя Клара с вами (страница 50)

— Откуда вы знаете?

— Опираюсь на опыт. Ребята из Восточной Цитадели обычно работают парами. В любом случае, пока никаких доказательств у меня нет, поэтому давайте исходить из худшего варианта. Рано радоваться, ещё ничего не закончилось.

Невероятно, ситхов двое! Великолепно, блин, просто замечательно! Тортик отменяется, вместо него придётся готовить кастеты, арбалеты и ручные гранаты.

— Он успел что-нибудь украсть?

— Сомневаюсь. В карманах пусто, ни ваших вещей, ни его собственных. Чего бы он не искал, оно всё ещё в доме. А теперь, эдера Клара, прошу меня извинить. Две минуты давно истекли, пора возвращаться к работе.

На мой взгляд, эксперты и без начальника прекрасно справлялись, да и дел-то почти не осталось, одна бумажная волокита. По установленным правилам требовалось взять показания со всех возможных свидетелей, чтобы потом вызвать их на допрос и последующие разбирательства. Представляю, с какими мыслями глава Службы безопасности смотрит на любопытных зевак! Многие из них, судя по окрикам, считают себя свидетелями, но что конкретно, спрашивается, они видели? Ближайшие соседи ещё может быть, но не все остальные.

Только что подъехала санитарная повозка. Чёрный фургон, запряжённый чёрной же лошадью, припарковался напротив калитки, вынудив толпу посторониться. Из него вышли двое хмурых мужчин, вынули носилки и сразу направились забирать тело.

— Эшер…

— Больше никаких вопросов, эдера Клара! Остальные подробности в другой раз и не в столь людной обстановке.

— Я хотела поблагодарить вас.

— Пока ещё рано.

— И простите, что нагрубила.

— Уже привык. Скоро к вам подойдёт капитан с протоколом осмотра места происшествия и объяснительными. Ознакомьтесь, распишитесь и можете быть свободны до вечера. Я зайду к вам сразу, как освобожусь.

Принимая во внимание местный бюрократизм, увидимся мы не раньше полуночи.

Едва он ушёл, я прислонилась лбом к холодному столбику. Дождь усилился, сверкнула молния, за которой тут же грянул гром, но соседи не торопились расходиться. Событие месяца — парень выбросился из окна! Как будто Солан не хватало проблем насущных. Уже через час новость разнесётся по всему городу, и здравствуйте, сплетни, одна фантастичнее другой. Мне-то плевать, но детям итак досталось. Пора бы им уже вернуться из школы, кстати, а мне проверить дом и выяснить, что вор сделал с Запорожцем. В мокрой одежде на пробирающем ветру я начала дрожать и, признаться, мечтала поскорее спрятаться от всеобщего внимания.

— Клара, вот вы где!

Пересекая газон широким шагом ко мне направлялся Ланарк. Полицейские беспрепятственно пропустили учителя, сделав вид, будто не заметили постороннего человека за линией заграждения.

Ох, совсем забыла о нём. Без объяснений бросила посреди улицы с моим же барахлом в руках и даже без зонтика. Стыдно-то как.

— Всё в порядке, — сказал он, заметив моё смущение. Маникюрный чемоданчик поставил под козырёк крыльца, сверху положил папку.

— Уже знаете, что здесь произошло?

— Слышал. — Ланарк бросил полный ужаса взгляд на укрытое скатертью тело, уносимое санитарами. Из кремовой ткань превратилась в пятнисто-розовую, крайне неприятное зрелище. — Говорят, из окна вашего дома выпал какой-то молодой человек. То ли поскользнулся, когда вешал шторы, то ли его собаки напугали. Ваш знакомый или друг старших ребят?

Едва ли будет правильно рассказывать постороннему человеку о таинственном воре в самый разгар следствия.

— Это знакомый с ярмарки, — я наспех придумала более-менее правдоподобный ответ. — Простите, не хочу говорить о случившемся, мысли вразброд и вряд ли сегодня я смогу их собрать. Не возражаете, если мы перенесём занятия с Авероном на завтра?

Ланарк сочувственно сжал мою ладонь.

— Разумеется, так будет лучше.

С присущей ему тактичностью, учитель не стал навязывать своё общество ни под каким из формальных предлогов. Выразил надежду на скорое разрешение всех неприятностей, пообещал любую помощь в любое время и поспешил уйти. Я одолжила ему один из гостевых зонтиков, лежавших в шкафчике на веранде. За первой молнией последовали её подружки, осенний дождик стремительно превращался в полноценный ливень, в метре ничего не разглядеть.

Почти сразу после его ухода вернулись племянники. По счастью, чёрная повозка уже отбыла, и они не застали окровавленного покойника. Для полноты впечатлений им хватило «добрых» соседей, успевших за короткое время рассказать все детали трагедии вплоть до собственных домыслов. Ладно бы с этим, но кто-то не особо умный принялся выражать ребятам соболезнования в связи с утратой. На юных личиках застыла тревога вперемешку с откровенным испугом. В доме посторонних не бывает. Кто ещё, если не тётя Клара, мог выпасть из окна?

Бросив школьный портфель на полпути, Аверон подбежал ко мне и крепко обнял.

— Тётя Клара, вы живая!

— Да, малыш, живая, — обняла в ответ.

За ним подоспели остальные дети и тут же наперебой засыпали меня вопросами. Я пообещала, что сегодня они получат ответы на каждый из них и немного больше, но чуть позже. Разговор будет долгим и непростым, без чашечки валерьянового чая его лучше не начинать.

Забрав собак и расписавшись в шести протоколах, мы зашли в дом. Незваные гости порядком наследили: весь пол в грязных разводах и каком-то сером порошке, кресла, столик и обе тумбочки в холле перевёрнуты, кое-где сдвинуты ковры, но серьёзных разрушений нет. Разве только окно на втором этаже. Люди Эшера наглухо заколотили его досками; получилось криво и неаккуратно, зато никто не пролезет.

Я немедля позвала Запорожца. Многострадальный котик сидел под диваном и отказывался выползать на свет. На сей раз его не усыпили и даже не оглушили, а только напугали. Плюсом ко всему беднягу снедало чувство вины. Третий прокол уже не спишешь на случайность, это очевидная профнепригодность. Никакие уговоры не помогли его выманить. Пришлось самой доставать котика и крепко держать, чтобы не вырвался и не спрятался в месте понадёжнее. Ривен принёс с кухни анис — любимое лакомство призрачных котов, единственное из всего, что может предложить им человек. Только съев целую пригоршню специй, дворецкий немного успокоился.

— Его напугал тот умерший парень, да? — спросила Калами. — И отравил звёздной листвянкой тоже он, верно?

— Верно.

Передав котика ей в руки, я придвинула к входной двери тяжёлую тумбу. Побудет вместо засова, пока Запорожец не сможет вернуться к своим обязанностям привратника. Вор погиб, но угроза не устранена. Вполне возможно, Эшер прав, и где-то неподалёку действительно бродит его напарник. Злой, уставший от неудач и готовый отыскать тайник любыми способами. Даже ещё одним убийством. Беспечность последнее, что мы с детьми можем себе позволить в новых обстоятельствах.

К тому времени, как безопасники и охочие до сплетен соседи покинули наш двор, мы с племянниками успели убрать грязь, навести кое-какой порядок и переодеться в сухую одежду.

Стемнело быстро. И на улице, и дома. После каждой вспышки молний старая система освещения давала сбой — лампы едва удерживали напряжение. Мало того, что горели тусклым светом, так ещё и периодически моргали, как в дешёвом фильме ужасов. В этом доме не только лестницу чинить надо, а всё подряд!

Калами согрела чайник и разлила по кружкам горький чай из кленовых листьев, Спайр и Сирения выложили на широкое блюдо кулёк бисквитного печенья, запрятанный на прошлой неделе, чтобы съесть в одиночку, а Аверон подошёл к кухонному шкафчику и вынул из него большую двузубую вилку для птицы — оружие против злоумышленников. Я села во главе маленького кухонного столика, племянники расположились рядом на стульях, принесённых Ривеном из столовой.

— Ваших родителей действительно убили, — начала без лишних предисловий. — Сделал это профессионал из некой Восточной Цитадели и так мастерски замёл следы, что только один человек во всём Сиреноле сумел их распознать. Но он всё равно ничего не докажет…

Я рассказала детям всё, что знала сама, с самого начала и по текущий момент. Про записку, в которой Рита просила меня жить тихо и мирно; родовые пластины, пропавшие из архива Ратуши стараниями их отца; убийцу и его товарища таинственного вора, минимум три раза влезшего в наш дом и в конце концов прыгнувшего на нож. О цели его поисков предстоит только догадываться, но о чём можно утверждать наверняка, так это о тесной взаимосвязи всех перечисленных событий.

Потрясённые дети сидели тихо, осмысливая услышанное. Замерли даже щенки под столом и Запорожец на кухонной мойке. Они мне поверили.

— Зачем? — прошептала Калами дрожащим голосом. — Зачем кому-то понадобилось их убивать? Мама и папа были прекрасными людьми, помогали театру и никогда ни с кем не ругались. Все в городе любили их.

— Хоть и считали чокнутыми, — сердито добавила Сирения.

Отхлебнув маленький глоток чая, я продолжила:

— Их гибель как-то связана с настоящей личностью вашего отца. Не секрет, что до знакомства с Ритой его звали по-другому, и жизнь он вёл далёкую от провинциальных будней Сиренола. Знать бы, какую? Кем он был до того, как стал примерным мужем и мастером игрушечных дел?

— Учеником мастера игрушечных дел? — наивно предположил Аверон.

— Не всё так просто, малыш. Люди не рвут с прошлым без серьёзной на то причины, а у вашего отца она была ещё и смертельно опасной. Настолько, что ему было проще начать жизнь с чистого листа, чем впутать в свои проблемы Риту.