Ольга Смышляева – Египтянка: Боги Кемета II (страница 68)
— Ты… тысячу? — я едва дара речи не лишилась. — Ну это уже откровенная наглость!
Парень равнодушно пожал плечами. По меркам ВЦ, 1000 очков Престижа предел мечтаний для 99 % игроков, но торговаться Шарлатан не собирался. Конечно, он выиграет в любом случае! У меня сейчас 2508 очков, я отдам даже меньше половины, но… они же у меня не из воздуха взялись!
— Восемьсот.
— Так и быть, за билеты на Элефантину плачу я. Первый класс не обещаю, денег крокодил наплакал.
Очень сильно захотелось зарычать. От безысходности. Вместо этого я сухо улыбнулась и кивнула, скрипнув зубами:
— Договорились, тысяча. Отменяй старый «божественный договор» и заключим новый.
— Ну… — Шарлатан задумался.
— Сам сказал про тысячу, я согласилась. Теперь пойдёшь на попятную?
— Да не, не пойду, я ж не дурак отказываться от целой штуки.
— Тогда в чём проблема?
Я общаюсь с ним всего ничего, а у меня уже появилось дикое желание ударить его каким-нибудь заклятием. Зато теперь охотно верю в те слухи, которые утверждают, что неохакеры все махровые социопаты. Представляю, как тяжело людям контактировать с Шарлатаном в реале!
На нас начали обращать внимание, я всё чаще ловила на себе неприязненные взгляды. Бедуины, в чьём поселении мы находились, люди терпеливые, но злоупотреблять их гостеприимством не следует. Беглая служанка и Враг Народа не те люди, которых рады видеть где бы там ни было. Ещё немного и выгонят, а так не хотелось ругаться! В ВЦ ссоры с неписями почти всегда заканчиваются неприятным дебаффом.
Жестом поторопила Шарлатана с ответом.
— Я понятия не имею, как отменить договор, — он пожал плечами. — За право заключить его нужно внести мзду богине Маат, а чтобы расторгнуть… Кажется, для этого обеим сторонам требуется лично тащиться в здание Суда. Где оно там? В Фивах?
— Их несколько и ближайшее в Мемфисе.
При таком раскладе на эпопею с судом придётся потратить аж два игровых сеанса, но что поделаешь?
— Чё-т не горю желанием туда переться.
— Боишься Нехо? — я вопросительно вздёрнула бровь.
— Обалдеть, до тебя это только сейчас допёрло? Блин, надо было играть за греков…
— Вот только давай без оскорблений. На кону тысяча очков Престижа.
— Уговорила. Отчаливаем.
До Мемфиса мы добрались в благословенном молчании и, слава Осирису, быстро. Оба раскошелились на галеру скоростного класса, ибо ни Шарлатану, ни тем более мне не хотелось затягивать совместное пребывание ожиданием следующего рейса. Враг Народа залип в Клинописную табличку сразу, едва вступил на борт, а я глядела на голубые воды великого Нила и размышляла о том, как расскажу обо всём Артёму. Интересно, он расстроится? Будет скучать, когда я уйду, или припомнит, что неоднократно предупреждал меня про проклятие квестов с «неизвестной» наградой, и как я отмахивалась? Мне бы не хотелось заканчивать наше общение.
Да уж, одни вопросы…
Ладно, чего думать, прямо сейчас напишу Артёму и назначу встречу в одной из таверн «Аанга». Достала Клинописную табличку и выбрала Легендальфа. В онлайне его нет, что не удивительно, но он обещал заходить минимум два раза в день, успеем пересечься до того, как я отчалю в Рим. Ограничилась коротким сообщением и переключилась на входящие.
Оказывается, газетчики до сих пор не забыли о Принигонде. Великие Гонки были знаковым событием для всего Кемета, а я не просто победительница, я первая победительница-девушка. В основном, просили об интервью. Особый интерес вызвало письмо из редакции «Вести Кемета» — Эрнанда намеревалась написать статью на тему «судьба избранных», о том, как мне жилось во время прохождения якобы проклятого квеста с «неизвестной» наградой. Разумеется, я не стану соглашаться. Не уверена, что Эрнанда не перековеркает мои слова на свой лад да и не хочется лишний раз вспоминать о произошедшем после гонок.
— Приземляемся, фея, — Шарлатан пальчиком постучал по моему плечу, вынудив резко отвернуть табличку с сообщениями в сторону от его взгляда. — Мы на месте.
Солнце скрылось за горизонтом час назад, на землю наползли сумерки, однако Мемфис не осветился привычными огнями факелов-фонарей. Город заметно опустел и замолчал. Всего лишь неделю назад здесь было не протолкнуться в толпе жителей и приезжих, а сейчас разве что перекати-поле по улицам не гуляло. Многие игроки отправились к границам защищать свои земли и нападать на чужие.
Отыскав на карте здание Суда, включила навигацию. Вопреки ожиданиям, мы направились не к храмовому комплексу, а в Административный квартал. Осталось понадеяться, что боги работают круглосуточно.
Шарлатан не соврал — здесь объявили настоящую охоту за его головой. В отблесках случайного света из окон можно было заметить листовки с его именем, расклеенные едва ли не на каждом углу.
— Три сотни золотых! — я присвистнула, прочитав сумму награды. Каюсь, у меня проскочила крамольная мысль сдать его. — Чего такого ты сказал Нехо?
Парень ответил безо всякого удовольствия:
— Послал его.
— А если серьёзно? Отчасти ты влип в эту ситуацию из-за меня, может, хочу посочувствовать.
— Похоже, что я шучу?
— Я знакома с Нехо, он не смахивает на человека, который станет обижаться на подобную мелочь; ворам вообще не привыкать к оскорблениям.
— Смотря что сказать. Однажды я уже поплатился за длинный язык, но жизнь меня, как видишь, ничему не учит.
— Значит, не расскажешь?
— Нет. Ты не могла бы заткнуться, а? Меня это нервирует.
Понятливо подняла ладони.
Спустя двадцать минут пешего пути и один телепорт мы очутились возле высоченного здания, будто бы высеченного из единого монолита. Никаких окон, стены исписаны иероглифами и человечками в профиль. Тихо и как-то зловеще.
— Дамы вперёд.
Очереди не было. Боги на Суде работали по принципу Дуата — в одно и то же время создаётся столько реальностей, сколько требуется случаю. Так же не было ни секретаря, ни администратора, вообще никого — только пустая приёмная и массивные двери, по сторонам которых стояли гранитные статуи стражей, держащие в правых руках хопеши, а в левых факела. На плитах пола перед самым порогом умелый мастер выбил надпись, гласившую: «Вход имеют лишь те, кто связан договором; все прочие берегитесь, ибо праздное любопытство грех». Над дверьми красовались рисунки тех, кому выпала честь судить. Троих из них я уже знала: женщина в белом платье с пером в волосах — это Маат, богиня порядка и истины; мужчина в плотно облегающих чёрных одеждах с причудливым жезлом — Птах, бог-творец; а тот, что с головой ибиса — бог знаний Тот.
— У, блин, ни одного нормального, — недовольно протянул Шарлатан, тоже изучавший коллегию присяжных заседателей.
— Неуютно среди поборников справедливости?
— Предпочитаю тех, с кем можно поторговаться.
— А кто вон те двое? — кивком указала на мадам с львиной головой и невзрачного пожилого мужичка.
— Дядьку зовут Ах, он посредник между богами и людьми. А киска — это Сехмет, египетская Баффи(37). Она однажды геноцид людского населения устроила. Тётка зачётная, особенно там, где пониже морды, но с ней болтать будешь ты, я забыл «китекет» в кармане другого плаща.
37 — Героиня сериала «Баффи — истребительница вампиров», 1997–2003 гг.
— Я буду болтать, как ты выразился, со всеми. Неприятности нам нужны в последнюю очередь, — снисходительно улыбнулась ему. — Лучше вообще молчи, а то они превратят нас в барашков.
Не долго думая, подошла к дверям и громко постучала. Я потратила три золотых на скоростную галеру не для того, чтобы провести сэкономленное время, сидя в приёмной один на один с Шарлатаном.
На четвёртый удар двери распахнулись, гостеприимно пропуская нас внутрь. Зал суда утопал в золотистом сиянии, таком ярком, будто у них тут собственное солнце под потолком. Блики света отражались от белоснежного мрамора и в первые мгновения ослепили глаза. Огромный объём помещения, куда больше, чем снаружи, и высоченные стены создавали ощущение собственной никчёмности по сравнению с теми, кто восседал на возвышении по центру. Пятёрка богов в немом величии взирали на нас, а мы на них.
— Приветствую вас, дети Кемета, — торжественную тишину разрезал чистый голос Тота. Я некстати подумала, что Принигонда никогда прежде не сталкивалась ни с одним из его последователей. Ибисоголовый бог развернул свиток папируса и коротко заглянул в него. — Срок вашего договора ещё не истёк, зачем вы пришли сюда?
— И мы вас приветствуем, достопочтенный суд, — я вежливо кивнула. — Дело в том, что нам нужно этот самый договор аннулировать.
С места резко поднялась Сехмет:
— Божественный договор не слова из песка, их нельзя сдуть по желанию. Требую наказать наглецов!
— Тише, Сехмет, — попросила Маат. — Мы ещё не знаем причин столь смелой просьбы. Говорите. — Последнее слово было адресовано нам, и я ощутила, как Шарлатан легонько подтолкнул меня вперёд. Логично. Я инициатор этой встречи, мне и речь держать.