Ольга Шо – Возлюбленная Калугина (страница 35)

— Ничего, это пройдёт, — процедил Жёстков, удивлённо смотря на Киру, явно не веря в то, что она могла так сильно полюбить его врага Калугина, — у тебя кроме меня никого не осталось, Кира.

— Вашими же стараниями. Вы виноваты в смерти мамы и моего брата.

— Та женщина тебе не мать, а тот пацан-неудачник не брат, Кира. Мы с тобой уедем отсюда, далеко уедем, и ты всё и всех забудешь. Начнёшь новую жизнь со своим отцом и новым мужчиной.

— Какая ещё новая жизнь? Думаете, что это так легко? Невыносимо трудно выжить после того, как твоя жизнь переломилась пополам, и почти невозможно пережить это ещё раз. Истинное горе словами не выскажешь, настоящую боль рукой не нащупаешь. Вы лишили меня семьи. А сейчас хотите отнять у мужчины, которого я люблю.

— Я подарю тебе настоящую семью, Кира.

— Что я вам такого сделала, что вы продолжаете терзать меня? Отпустите меня. Если я вам хоть немного дорога, как дочь, то отпустите.

— Нет, Кира. А от этого — он ткнул пальцем в её слегка округлившийся живот, — необходимо избавиться.

А вот теперь Кире стало по настоящему страшно, в голове зашумело, если бы не сидела, наверное бы упала. Что этому мерзавцу понадобилось от её малыша?

— Я н-не понимаю, что значит избавиться?

— Срок какой? — холодно спросил он.

— Почти двадцать недель, протянула девушка, смотря на холодную маску, стывшую на лице Владимира.

— Ты хоть понимаешь, что ублюдок Калугина нам с тобой не нужен, М? Мы уедем в Испанию, Кира, там у меня есть дом и капиталы, а ещё деловой партнёр. Ты выйдешь замуж за его сына. Я уже договорился. Но вот с довеском там ты не нужна. Понимаешь?

Кира в ужасе смотрела на этого, так называемого папочку, который был для неё хуже врага.

— Я не выйду замуж за вашего человека. Почему вы так ненавидите Владислава? Что он вам сделал?

— А я всех ментов презираю, Кира, а этого особенно.

— Ментов? — Её глаза удивлённо устремились на Владимира.

Жёсткий оценил реакцию девушки, а потом засмеялся.

— Прекрасно, твой Владислав уложил тебя в свою кровать, а ты, дура, вбила себе в голову, что любишь его, но при этом совершенно не знаешь этого мужчину. Но ничего, я выбью всю эту дурь из твоей хорошенькой головки, дочка.

— Я не понимаю.

— Твой Владислав, не успел и институт окончить, как сразу же полез туда, куда его не просили. В министерстве внутренних дел он проработал около десяти лет, взлетел до капитана, а потом стал пахать на ФСБ, за последние два года получил звание майора. Я ведь и сам многое не знал о нём, Кира, но та информация, которую ты достала для меня, пролила свет на многие вещи. У Калугина обострённое чувство справедливости, он слишком принципиален и горд, приставуч и не знает своего места. Он мой враг, Кира. С ним ни у тебя, ни у меня не может быть ничего общего, включая и этого плода, — он снова указал рукой в направлении её живота.

Кира молчала, лишь часто моргала, осознавая ту информацию, которую ей сейчас выдал Жёсткий. Теперь-то она поняла, откуда Влад так хорошо знает Жёсткого и ему подобную мразь. Он с самой юности во всём это вертится.

— Влад твой враг, но не мой.

— А ты упрямая, вся в меня, — довольно процедил Владимир.

— От вас у меня нет ничего. Вы меня совсем не знаете.

— Я твой отец, Кира.

— Лучше бы я никогда не знала такого отца. Я не признаю вас отцом.

Скрипнула дверь. В дом вошёл ещё один мужчина. Ему было лет пятьдесят и он мгновенно приблизился к Жёсткому, едва ли не кланяясь тому в ноги.

— Хорошо, что ты приехал, Коля, здесь надо решить одну проблему, — он ткнул пальцем в живот Киры, отчего у девушки мороз по коже пошёл.

Мужчина напялил на нос очки, приблизился к Кире, но девушка отошла от него, попятившись назад.

По одному щелчку пальцев Владимира к Кире с двух сторон подошли двое мужчин, схватив её за руки. Жёсткий удовлетворительно кивнул.

— Что надо сделать? — спросил мужчина в очках.

— Аборт, Коля, — процедил Жёсткий.

— Какой срок, вижу, что у девушки уже живот виден.

— Около двадцати недель, — ответил Владимир.

Кира увидела, как у этого Коли глаза округлились. Он посмотрел недоумённо на Жёсткого.

— Но это же уже большой срок. Плод хорошо развит и…

— Заткнись, Коля, — гаркнул на него Жёсткий, — я тебя вызвал сюда не лекции по гинекологии слушать. Я желаю, чтобы ты вытащил это из моей дочери! — палец Владимира вытянулся в направлении живота девушки, которая стояла и едва ли сознание не теряла от ужаса. — И ты — вытащишь. Я хочу услышать, как ты это сделаешь и больше ничего.

Кира смотрела на своего мучителя и понимала, что этот мужчина не Богдан. Он привык решать всё и сразу жёстко и быстро. От него она не спасётся. Девушка просто не видела выхода из этой тупиковой ситуации. Отчаяние накатывало подобно гигантской волне.

— Так как, Коля? Ты гинеколог с большим стажем, не думаю, что для тебя это будет проблемой. Реши это дело, а я в долгу не останусь, впрочем, как всегда.

— На таком сроке я могу лишь вызвать преждевременные роды, спровоцировав таким образом выкидыш.

— Сколько времени это займёт?

— Немногим больше суток.

— С моей дочерью после этого всё будет в порядке?

— Я не могу дать гарантий, но почти уверен, что всё будет благополучно.

Кира недоумённо смотрела на этих мужчин, которые спокойно обсуждали каким образом лучше убить её ребёнка и совершенно ничего не могла сделать, чтобы предотвратить это.

— Меня устраивает. Приступай.

— Что? — у Коли снова очки на нос полезли, — я должен осмотреть девушку, а после уже…

— Так осматривай, чего медлишь, болван! Ты привёз с собой всё необходимое для того, чтобы вытащить из неё этот плод.

Коля кивнул и направился к Кире, которая готова была глаза ему выцарапать.

-Не смей приближаться ко мне старый хрыч, — крикнула она, ударив мужчину ногой в коленку.

— Уймите её, положите на кровать, — процедил Жёстков, обращаясь к своим парням.

— Отпустите! — девушка силилась вырваться, обдавая Жёсткого ненавидящим взглядом. — Какой же ты отец после этого? Ты же внука своего убить хочешь. Как ты можешь?

— Мне не нужен ублюдок Калугина в качестве внука, Кира, ты ещё поймёшь, что это только на благо. У тебя будут дети от того, от кого я скажу.

— Да я проще вены себе вскрою, чем буду что-то снова делать по твоей указке! — выкрикнула она.

Владимир бросил на девушку внимательный взгляд. Она отчаянно силилась вырваться от мужчин, которые её крепко удерживали за руки.

— Ты не сделаешь этого, Кира.

— Если ты убьёшь моего ребёнка, то сделаю, вот увидишь! А потом и тебя убью.

— Ты не сможешь.

— Я же твоя дочь, полагаю, что на многое способна, на это в том числе.

Глава 28

Владислав был весь на нервах. Где находится Жёсткий он так и не смог выяснить.

— Влад, чем я могу помочь? — спросил Слава, докуривая сигарету, — у тебя нет ничего на Владимира Жёсткого.

— Ты больной, Слав, да? Как это нет? Этот гад на глазах двоих агентов, а именно: моих и Артура, прикончил Марата Булатова и ещё нескольких парней. Я дам показания, Артур даст.

— Ваших слов не хватит, Влад. По крайней мере, надолго не хватит. Возможно, что Жёсткого найдут, его посадят, но он же отмажется, Калугин, улик нет. Я общался с полковником. Он дал добро, ты можешь начинать отрабатывать Жёсткого.

— Слава, пусть засунет себе в одно место своё это «добро». Пока мы будем искать с чем можно подкопаться к Жёсткому, он что-нибудь сделает с Кирой. У меня нет времени, я не могу ждать.