Как своенравных духов укротить.
И он берёт свой в колокольцах бубен,
Дар предков – ничего ценнее нет.
И ропщут духи – не один загублен
Был их собрат шаманом в вихре лет.
Ведь в бубне сила прежних поколений
Великих камов, знавших в силе толк.
И вот запел шаман! И в гневном пенье
Бьёт в бубен, повергая духов в шок.
«Коварные, уйдите прочь! Немедля!
Пенькой заговорённой вас свяжу!
Опутаю, как колья, цепью медной,
Шаманской плёткой крепко накажу!»
Бьёт колотушкой он, бьёт исступлённо,
А бубна власть страшней, чем кандалы.
И каждый дух, камланьем усмирённый,
Спасенья ищет под покровом мглы.
Пожар ещё гуляет по урману,
Как злой разбойник, душегуб лесной,
Но час придёт, и сдастся он шаману,
Как духи под расколотой луной.
18–19 апреля 2024 г.
Удел поэта
Об осени давно всё сказано.
Но нет, поэт не остановится!
Блеснуть он хочет новой фразою,
За образом внезапным гонится.
Ах, осень! Ливни шаловливые
И ветер золотисто-лиственный!
Пора звучащая, игривая,
Нрав не обретшая воинственный.
И ей не терпится натешиться
Игрой, причудами, нарядами,
Чтоб долго помниться отечеству
Пейзажной мудростью, парадами.
Поэт торопится за мыслями,
Стремясь облечь их в одеяния.
А осень потчует нас рислингом,
И что ей – рифмача дерзания?!
С библейских лет всё обусловлено:
Бледны слова перед божественным,
И то, что осенью промолвлено,
Поэт опишет лишь посредственно,
Хоть стилем оплетёт торжественным.
19 апреля, 18 июня 2024 г.
Если ты бредёшь, как пилигрим
В роскошном прошлом был ты мной любим,
Но патиной, как медь, покрылась память.
В какой глуши бредёшь ты, пилигрим,
Гремя в ночи раскаянья цепями?
Но может, совесть-колокол молчит,
Растаял звон его в пустыне дальней?
И ты родился вновь – невинен, чист,
И так далёк порог исповедальный!..
А может, стал ты шустрым сизарём
И, как красавец, избалован кормом.
И не тебе стоять пред алтарём,
Законам нравственным всю жизнь покорным.
Но всё равно ты мной давно прощён!
И в океане праведной Сансары
Да будет буйный нрав твой укрощён,
Чтоб бич судьбы не наносил удары!
Отраву-боль не причиняй другим,
Тем, кто тебя как дар небесный холил.
А если ты бредёшь, как пилигрим, 
