Ольга Шевченко+ – Правовая доктрина регулирования труда в сфере профессионального спорта и пути ее реализации в России. Монография (страница 4)

И. С. Якимова¹⁴³ предложила рассматривать правовую доктрину трудового договора как:

• официальный подход, предусматривающий толкование правовой природы и сущности трудового договора в рамках и направлениях, заложенных в российском трудовом законодательстве;

• научно-теоретический подход, позволяющий охарактеризовать правовую природу и сущность трудового договора с позиций правовых, социальных, исторических и иных теорий, имеющих место на современном этапе исследования;

• функционально-аналитический подход, в рамках которого выводы относительно правовой природы и сущности трудового договора определяются через анализ его структуры и функций как трудоправового института и документа.

М. Д. Собянина¹⁴⁴ под правовой доктриной понимает принцип и структуру трудового права, но определения этим явлениям не дает. Ряд ученых вообще формально употребляет термин «правовая доктрина», без конкретизации его значения и сущности¹⁴⁵.

К. Л. Томашевский¹⁴⁶ предлагает рассматривать доктрину трудового права в широком смысле – как синоним науки трудового права, и в узком смысле – как определенную концепцию, теорию или школу в рамках науки трудового права. Он, в частности, выделяет концепцию единого трудового правоотношения, концепцию множественности (расщепленности) трудовых правоотношений, а в зарождающейся философии трудового права – позитивистскую, социологическую и естественно-правовую школы (теории) трудового правопонимания и т. д.

Такое понимание доктрины трудового права разделяют А. М. Лушников и М. В. Лушникова¹⁴⁷. Они обосновывают это тем, что практическая юриспруденция связана с правореализацией, а реализовать можно только нормы права или право в позитивном (узком) смысле.

В широком смысле термин «доктрина» употребляется для обозначения: а) учения, философско-правовой теории; б) мнений ученых-юристов по тем или иным вопросам, касающимся сущности и содержания различных юридических актов, по вопросам правотворчества и правоприменения; в) научных трудов наиболее авторитетных исследователей в области государства и права; г) комментариев кодексов, отдельных законов, «аннотированных версий» (моделей) различных нормативных правовых актов.

Е. С. Шугрина связывает правовую доктрину с юридической техникой или правилами и приемами составления и оформления правовых актов¹⁴⁸.

В правовой литературе к формам выражения правовой доктрины также относят: юридические конструкции, юридические догмы, правовые позиции и правовые преюдиции¹⁴⁹, общее мнение юристов, право юридической экспертизы, программное право, право, основанное на обещаниях, и т. д.¹⁵⁰

Проведенный обзор демонстрирует многоаспектность явления доктрины, многогранность соответствующего явления. Поэтому представляется важным, наряду с детальным исследованием элементов доктрины в отдельных их проявлениях («гранях»), изучить ее в качестве правового явления применительно к теме исследования.

По нашему мнению, правовая доктрина – это концепция, совокупность теорий, принципов, заложенных в основу механизма регулирования общественных отношений, получившая официальное признание в нормативных правовых актах, договорных и обычных нормах, позволяющая определить перспективные направления законодательного развития. Поэтому в настоящей работе правовая доктрина будет рассматриваться как:

• система теоретических и научно обоснованных взглядов и положений, имеющих прикладное значение, основная задача которых состоит в сохранении традиций науки трудового права и преемственности идей в сочетании с интеграцией передовых взглядов и обобщений правоприменительной практики в целях эффективного применения норм права;

• система концепций, принципов права, норм и актов мягкого права (актов саморегулирования спортивных федераций), обладающих доктринальным характером;

• сущность и содержание трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений в профессиональном спорте, основным элементом которых является спортивный результат.

С целью более полного постижения сущности правовой доктрины и выработки ее дефиниции необходимо установить соотношение понятия доктрины с родственными ей источниками (формами) права.

1. Доктрина и судебная практика. По нашему мнению, доктрина и судебная практика не совпадают, но могут соотноситься при обобщении этой практики либо включении в судебное постановление доктринального положения.

Один из авторитетных исследователей российской правовой системы, В. Н. Синюков, полагает, что в последние годы имеет место устойчивая тенденция к усвоению элементов судебного права. «Эта тенденция не противоречит исторической традиции отечественной правовой культуры и при продуманной реализации будет способствовать большей социальной устойчивости национального права России, ныне весьма уязвимого от политических кампаний и верхушечных законодательных вмешательств»¹⁵¹.

2. Доктрина и принципы права. Полагаем, что доктрина является основой для выработки принципов права; в отличие от доктрины, принцип нормативно закреплен и имеет обязательный характер.

Согласно наиболее распространенной трактовке принципы права – это основные, исходные начала, положения, идеи, выражающие сущность права как специфического социального регулятора¹⁵². В самом общем приближении связь принципов и доктрины очевидна: принципы, как и доктрина, – это идеи и теоретические положения. Вместе с тем соотношение доктрины и принципов имеет более сложный характер.

Доктрина – это та среда, в которой проявляется диалектическое единство правовых принципов и правовых норм¹⁵³. Действительно, юридическая доктрина – это идеи, суждения и обоснованные начала, которые выводятся непосредственно из юридических норм, их смысла и задач правового регулирования. И в этом контексте они выступают фундаментом права.

В связи с этим позволим себе не согласиться с утверждением А. А. Васильева о том, что правовая доктрина «преобладает по юридической силе по отношению к другим источникам права»¹⁵⁴.

3. Доктрина и регламентные акты спортивных федераций. Юридическую природу этих актов, хотя они упоминаются в ст. 16 Федерального закона «О физической культуре и спорте в Российской Федерации»¹⁵⁵, однозначно определить затруднительно. Безусловно, они оказывают влияние на правовые институты и отношения, но в то же время их нельзя отнести к юридически обязательным источникам права. Полагаем допустимым применить к этим актам используемое в международном праве понятие «акты мягкого права» (soft law). У последних отсутствует элемент императивности, их применение основано прежде всего на авторитете тех субъектов, от которых они исходят.

Вопрос о видах источников любой правовой системы – это вопрос не столько теории, сколько практики, эффективности их использования. От того, какие теоретически и практически значимые акты признаются и используются в качестве источников права и как они классифицируются, в значительной мере зависит жизнеспособность, а вместе с тем и эффективность правовой системы.

Несмотря на то что проблемы, касающиеся различных видов источников трудового права, изучаются давно, в этой сфере остается довольно много нерешенных вопросов. Один из них – место в числе источников трудового права и роль регламентных актов спортивных федераций. В юридической науке этому вопросу до сих пор не уделено достаточного внимания.

Следует согласиться с высказыванием И. О. Снигиревой, что само признание государством актов (норм) спортивных федераций в качестве регулятора общественных отношении наделяет их юридической силой, придает им правовой характер, поскольку именно воля государства придает такой норме качество такого акта. Поэтому следует говорить о санкционировании государством правового значения таких норм и актов¹⁵⁶.

Доктрина – это стабильно востребованные, обоснованные в течение определенного времени практикой и разработанные на ее основе учеными-юристами положения, конструкции, идеи, принципы и суждения по проблемам права, которые опосредованно, через писаные формы права, приобретают известную юридическую силу и регулятивные свойства.

В контексте настоящего исследования вполне приемлемо понимание правовой доктрины регулирования труда в профессиональном спорте как элемента правовой системы государства, имеющей научно-прикладной характер и непосредственно регулятивные возможности. Правовая доктрина строится на межотраслевом, синергетическом подходе, который включает в себя систему идей, принципов, представлений, научных установок.

Доктрина составляет основу регламентных актов спортивных федераций.

Дерегулирование, глобализация, широкая популяризация профессионального спорта поставили под вопрос адекватность применения к этим отношениям формального, трудоправового механизма регулирования и выдвинули на первое место метод неформального, «мягко-правового» регулирования – гибкие, широкие по охвату, быстро разрабатываемые и внедряемые регламенты спортивных федераций. По мнению ряда исследователей, этот процесс – лишь одна из граней более широкой тенденции формирования целого спектра международных договоренностей-обязательств (commitments), которые часто квалифицируются как «мягкое право»¹⁵⁷.

Единая концепция «мягкого права» пока не выработана. Современной проблематикой «мягко-правового» регулирования в различных областях занимаются К. Брамер¹⁵⁸, Дж. Голдсмит и Э. Познер¹⁵⁹, Д. Царинг¹⁶⁰, М. Фраттиани и Дж. Патисон¹⁶¹, А. Шафер и Р. Поллак, Р. Каустьяла, К. Эбот и Д. Снидал, Р. Андорно, А. Д. Амато, С. Бунчич и М. Филипович и др.