Ольга Шерстобитова – Ветер самоцветов, или Не влюбляйтесь в фейри (страница 26)

Тристан сделал вид, что жутко заинтересован пейзажем, проплывающим за окнами. Видимо, решил совсем не вмешиваться в объяснения Дана с родителями.

– Отец, мы знакомы с Ингой несколько дней. И да, я сделал ей предложение.

Родители Дана и Триса переглянулись.

– Ей угрожает опасность? – тихо спросила Мариса, будто иной причины для решения своего сына не видела.

– Да. Инга обладает даром горицвета, – не стал спорить Дан.

Резкий вздох Марисы, цепкий взгляд Ренара. И я почувствовала себя вещью. Особой ценной вещью. И противно так стало, что захотелось сбежать и бросить это все… Как же хочется домой, кто бы знал!

– Но полагаю, предложение ты сделал не по этой причине, – заметил Ренар, улыбаясь.

– Разумеется. Я в Ингу с первого взгляда влюбился, – тихо ответил Даниэль. – Мне показалось, я ждал ее всю свою жизнь. И даже крылья без нее в тягость.

Вот же… Да в Дане просто умер великолепный актер! Но почему сердце предательски бьется от этих слов? И готово верить… Глупое!

– Вы ведь знаете, как это бывает, верно? – обезоруживающе улыбнулся фейри.

– Нари Инга, – обратилась ко мне матушка Даниэля, – я вижу, сын дал вам сменные рукава…

– Мама, Инга их сама выбрала! – воскликнул Тристан, перестав делать вид, что наш разговор его не волнует.

– Правда?

– А вы считаете, я не могла этого сделать? – не выдержала я.

– Простите, нари Инга, я вовсе не хотела вас обидеть. Я люблю своих сыновей, искренне желаю им счастья. У нас с Ренаром нет никого и ничего дороже них на всем белом свете. И если ваши чувства столь же глубоки и сильны, как у моего мальчика…

Она замерла, явно ожидая моего ответа. Даниэль и Тристан напряглись. Казалось, сам воздух в карете стал гуще, и в нем вот-вот полетят искры.

– Мама, не смущай Ингу, пожалуйста, – перебил Даниэль, не дав ответить. – Мы почти приехали.

Карета остановилась. Сначала вышел герцог Ренар, подал руку жене, потом выскользнули Тристан и Даниэль. И напоследок – я, зацепившись за что-то подолом платья и чуть не упав. Жених, впрочем, поймал, прижал к себе.

– Не ушиблась? – тихо, так, чтобы слышала только я, прошептал он.

– Нет, – пролепетала в ответ.

– Моей маме говори либо правду, либо молчи.

– Как в суде, – хмыкнула я.

– Помнишь, я говорил, что у каждого фейри есть дар, Инга?

Он взял меня под локоть, неспешно направляясь по аллее через благоухающий сад, наполненный дивными ароматами, к белокаменному особняку.

– Да.

– Мама обладает даром распознавать ложь. Любую. Большая часть преступлений в королевстве раскрывается с ее помощью.

Хм… Похоже, насчет суда я была права.

Мариса, будто почуяв, что говорят о ней, повернулась. И Даниэль, улыбаясь, склонился к моей руке.

– Но ты же ей солгал, – тихо заметила я, когда мы пошли дальше.

– В чем? – поинтересовался Даниэль, не сводя глаз с назойливого, лимонного цвета мотылька, порхающего возле его лица.

– В том, что меня любишь. У нас могут быть проблемы.

– Не будут, не волнуйся. Если ты искренне веришь в свои слова, дар матушки не сработает.

То есть на тот момент Даниэль верил, что у него ко мне есть чувства? Впрочем, почему я опять удивляюсь? Фейри наверняка знает обходные пути. За свои годы изучил дар матери.

– А какой дар у вашего с Тристаном отца?

Даниэль отогнал мотылька, нахмурился.

– Он способен чувствовать металл. Любой металл, который прячется глубоко под землей. И отливать из него зачарованные мечи его учили лепреконы. А те… те еще пройдохи!

Хм…

Я хотела было поинтересоваться, какой дар у самого Даниэля, но не успела. Мы уже подошли к особняку. В гостиной, где оказались, было уютно и светло. Под витыми арками потолка располагалась круглые люстры, а на низеньком столике горело несколько свечей. Мебель была изящной, сплошь из светлого дерева, а кресла обиты темно-зеленым бархатом с золотой вышивкой. На такую и присесть-то страшно! И еще в комнате стояло несколько ваз с дивно пахнущими цветами, похожими на колокольчики.

– Ужин будет подан через десять минут, – сказала Мариса, скидывая плащ и оказываясь в сверкающем изумрудами платье. И даже рукава, тоже сменные, были усыпаны камнями. – Ваши комнаты приготовлены. Полагаю, нари Инга, вам с моим сыном нужны покои на двоих?

И так задумчиво и оценивающе на меня посмотрела.

– Как вам будет угодно, – пролепетала я, абсолютно не зная, как себя с ней вести. – Можно мне вымыть руки?

– Разумеется. Вас проводит Лайра, наша экономка.

Тут же в дверях, будто ждала этого, появилась женщина средних лет в идеально отглаженном переднике поверх серого платья, наглухо застегнутого под подбородком.

Мы поднялись на второй этаж, Лайра показала мне покои Даниэля, поинтересовалась, не нужна ли ее помощь. Получив отрицательный ответ, исчезла.

Я прижалась к стене, рассматривая обстановку, идентичную той, что была в комнате Даниэля в особняке, где мы жили. Красивая строгая мебель, пушистый ковер, в котором утопали ноги, огромное зеркало, кровать под тяжелым балдахином. Смотрела и пыталась успокоиться. И руки, разумеется, вымыла, раз уж поднялась.

Спускаться не хотелось, но деваться некуда. Если мы с Даниэлем договорились помогать друг другу, слово надо держать. Из гостиной доносились голоса, взволнованные и не особо счастливые.

– Даниэль, мы правда желаем тебе добра! Но что если она тебя околдовала?

Разумеется. Вот специально явилась в этот мир с подобной целью.

– Мама, прекрати!

– Почему ты не готов рассмотреть этот вариант? – спокойно поинтересовался Ренар. – Ты же всегда действовал разумно. Подумай и сейчас.

– Когда я ее нашел раненую в лесу…

– Что?

– Ингу принес к нашему дому Харавель. Она попала в Малируну из другого мира.

– И ты так легко в это поверил? А если она хочет прибрать к рукам твое состояние, и ее интересует лишь титул герцогини?

Прелестно! Не было печали… Хотя, если вспомнить, кем является моя горячо любимая бабушка Аглая… Доля истины в словах родителей фейри есть. И если они в это верят… Хоть тысячу раз тверди, что все случайно, их сомнения только усилятся.

– Знали бы вы, как Дан уговаривал Ингу на заключение помолвки! Она вообще сомневается во всем! В том числе и в чувствах Даниэля! – весело добавил Тристан.

– Сын, ты уверен, что твой выбор правилен? – поинтересовался Ренар. – Мы не желаем тебе зла.

– Знаю, отец. Но да, уверен. И поверь, матушка, – обратился Даниэль к Марисе, – когда я Ингу нашел, она не подозревала о том, кто я. Я ей даже не особо был нужен. Просто портал ее обратно не пустил.

И вздох такой тяжелый, горестный…

– Ты что, применил чары? – В голосе Ренара послышалась ярость. – И удерживаешь ее силой? Сын, это недостойно фейри!

Как интересно… Значит, был возможен такой поворот событий?

– Нет, конечно. За кого ты меня принимаешь? Инга смирилась с тем, что меня любит.

Ага, обязательно.

– Мы с ней будем счастливы.

– Свадьба когда?