Ольга Шерстобитова – Мой желанный мужчина (страница 33)
Не отвлеклась. Не переключилась. И сила, по-прежнему откликаясь на мои эмоции, бушевала. Помимо привычных шариков, летающих за мной, пока я плавала, время от времени в бассейне поднималась волна, скользя следом.
Да и как тут успокоиться, если все мысли об Эрике и переключиться на что-то другое просто не выходит. А если и получается, то на весьма небольшой промежуток времени. И толку-то от этого?
Мужчина из-за моего признания в любви потерял контроль над силой. И так ничего мне и не ответил. Ни словечка ни сказал. Почему? В голову лезли варианты один другого страшнее, смешиваясь с переживаниями за Эрика, который неизвестно как себя чувствует.
Я подплыла к ожидающей меня девушке, проследила, чтобы бежавшая следом поднятая волна, рассыпалась и не задела Нику, и только потом выбралась из бассейна. Ухватилась за полотенце, лежащее на скамейке, вытираясь.
– Как Эрик? – не удержалась от вопроса. – Что с ним? Он восстановил контроль над силой? С ним все в порядке?
В глазах девушки мелькнули непередаваемые эмоции, разгадать которые до конца я не смогла. И удивление, и растерянность, и что-то еще непонятное.
– Не переживай, он пришел в норму. Маркус, если что, поможет, – отозвалась она.
Я вздохнула с облегчением. В глубине души верила, что Эрик справится с чем угодно, и уж, тем более, с собственной силой, но не паниковать не могла. С трудом сдерживалась эти часы, чтобы не отправиться на его поиски и не набрать его по лиару. И я бы так и поступила, только что вот ему скажу? Сомнения просто съедали меня все это время.
Так, надо хоть немного попытаться переключиться с этих мыслей и поблагодарить Нику за ответ.
– Все-таки какая ты чудесная, Ника! – заметила я, отжимая волосы. – Другая на твоем месте высказала бы мне, что думаю не о себе, а о мужчине.
Ника едва заметно покачала головой.
– Я приготовила травяной чай и заказала пирожных. Раз уж остальные способы релаксации на тебя, похоже, не действуют, попробуем иной метод, – сказала в ответ.
– Облопаться пирожными? – хмыкнула я.
– Почему бы и нет? – подмигнула Ника. – Неужели откажешься?
– Нет, конечно. Признаться, за эти часы я проголодалась, – ответила я.
– Тогда, полагаю, запеченная рыба и салаты тоже будут весьма кстати. Мне и самой-то не удалось пообедать, столько дел навалилось…
– Чем-то могу помочь? – спросила, стараясь поддержать Нику.
– Да, справлюсь. Не в первый раз. Уже привыкла.
На этом разговор прервался. Я ненадолго нырнула в раздевалку, чтобы переодеться, высушила волосы и вышла к терпеливо ожидающей меня Нике. Мы перешли из одного блока, где располагался бассейн, в другой.
Он был совсем небольшой, но весьма уютный. Стены, покрытые сине-белой мозаикой, складывались в узор, напоминающий морские волны. Несколько светильников мягко рассеивали свет. У одной из стен пристроилась парочка мягких диванчиков с множеством подушек. Перед ними стоял низкий столик, на котором расположились контейнеры с едой и большой чайник, исходящий паром.
Какое-то время мы просто ели и изредка переговаривались на незначительные темы, а после Ника протянула руку к чайнику, разливая по кружкам ароматный горячий напиток, и потянулась к пирожному.
– Что у вас случилось с Эриком, расскажешь? – поинтересовалась осторожно.
Я сделала глоток невероятно вкусного чая, вздохнула.
– Все сложно.
– Ну, это я уже знаю. Чтобы два ариата с третьим уровнем дара потеряли контроль над силой… Эту ситуацию придется разрешить, Николь. Иначе такими темпами, я опасаюсь, мы скоро станем жить под водой и вынуждены будем эволюционировать, отращивая жабры.
Я не удержалась и хихикнула. Все-таки, несмотря на сложившуюся ситуацию, Ника смогла смягчить ее.
– Тебе рассказать, чем закончилось мое признание в любви? – спросила я, чувствуя, как во мне снова рождается буря.
В этот момент из кувшина поднялась вода, и я потратила время, чтобы вернуть ее обратно.
– Давай лучше разбираться с самого начала. Сдается, дело сейчас не только в этом. У тебя ведь случился непростой период. Цунами, внезапно проснувшийся дар, страх перед земным правительством…
– И встреча с мужчиной, перевернувшим всю мою жизнь, – тихо добавила я, решаясь.
Мне, пожалуй, действительно, не мешало выговориться.
– Знаешь, когда мы с Эриком впервые столкнулись на том острове на Каллиастре, я посчитала его сумасшедшим.
Ника замерла, потом отломила пироженку, и в глазах ее вдруг заплясали смешинки.
– Ну, а кто нормальный станет так рисковать своей жизнью, спасая кого-то? Причем Эрик не отступил даже тогда, когда у него силы были на исходе. И уже не понять, в какой момент сработало это ненормальное притяжение к нему. То ли тогда, когда Эрик уверенно загородил собой меня и весь мир, уберегая от угрозы, то ли когда прижалась к нему, потому что просто хотела поделиться теплом, поддержать…
Я выдохнула, отправила в рот кусочек пирожного, так и не выныривая из своих воспоминаний. Ника молчала, явно давая мне возможность продолжить.
– Я и не думала, что мы вновь встретимся. А когда Эрик появился в номере моей гостиницы, снова защищая, только уже не от цунами, а от земного правительства, я словно в бездну рухнула.
Ника повертела в руках кружку.
– А дальше чувства стали ярче, усилились. Да и как иначе? Этот мужчина все время же рядом. Заботится обо мне, решает мои проблемы, терпеливо учит, работаем опять же вместе. Я уже молчу про особенности наших откатов, которые не оставляют выбора. И все же… зря я, похоже, призналась ему в любви.
– Почему ты так решила?
– Потому что этим довела самого лучшего и желанного для меня мужчину на свете до потери контроля над силой.
В этот момент вода, откликаясь на мои эмоции, выплеснулась из кувшина.
– И потому что он мне не ответил.
– В смысле, на твои чувства не ответил? – поинтересовалась Ника, встревоженно смотря на меня.
– Если бы я знала точный ответ на этот вопрос! В тот момент вообще было не разобраться. Глаза темные, ливень за щитом хлещет, а он молчит.
– Так, теперь и я запуталась. Давай по порядку, как все произошло.
Я рассказала, разумеется, и про признание, и про поцелуй, и про молчание Эрика.
В какой-то момент поднялась, прошлась по комнате, даже не пытаясь сосредоточиться и убрать летающие шарики воды. Вернулась обратно к Нике.
– Все совсем плохо, да? – тихо спросила подругу, по лицу которой бегало немало эмоций.
– Да у меня просто слов нет!
Я грустно улыбнулась, знакомая ситуация.
– Ну, серьезно, Николь. Допустим, я могу еще объяснить, почему он не ответил на твой поцелуй. У не готового к твоему признанию мужчины наверняка в этот момент взбунтовалась сила, и он сосредоточился только на том, чтобы взять над ней контроль, но потом… Вот почему он молчал?
– Не знаю. Ника, он действительно сейчас в порядке? – вновь поинтересовалась я, кусая губы и не зная, почему тогда никак со мной не свяжется.
– Да. Маркус вроде собирался его даже на какое-то задание отправить. И все же… Николь, тут явно что-то не то.
– Ты про молчание Эрика?
– Да.
Ника вновь разлила чай, и, пока я пила его, параллельно убирая водные шарики, заполнившие маленькое пространство, подруга жевала пирожное, о чем-то размышляя.
– Полагаю, Эрик просто… ну, не привык он к такому. Может, ему, вообще, никто раньше не признавался в любви.
Я замерла, уставившись на Нику. Такое мне и в голову не приходило. Сильный, уверенный, смелый, благородный мужчина… К тому же весьма красивый и терпеливый. И пройти мимо такого? Да я не смогла пройти мимо, даже когда этого всего о нем не знала, полетела, как бабочка на огонь.
– И еще… ты же его ученица, Николь. Эрик, наверное, просто не знал в тот момент, как поступить, растерялся, был в шоке.
– Или он ничего ко мне не чувствует, – тихо заметила я, выплескивая наружу один самых больших своих страхов.
– Этого Эрик тебе не сказал. И его сердце, кстати, до встречи с тобой точно было свободно, уж я знаю наверняка.
В голосе Ники была такая убежденность, что я невольно приободрилась. Доела надкусанную пироженку, сделала глоток ароматного чая.
– То есть мне не сожалеть о признании в любви и не считать, что эта идея – добиться взаимности от мужчины, глупая? – спросила я, вертя в руках пустую кружку.
– Однозначно. Если тебе важно мое мнение, то я считаю, ты поступила правильно, что сказала о своих чувствах. Ты была честна и с ним, и с собой, – сказала Ника, слегка откидываясь на подушки. – Как много людей способны на такое? Ну, должен же Эрик это оценить! Да и сожалений, что не решилась, не открылась, не рискнула точно уже не будет.
– С этой точки зрения я на этот вопрос не смотрела, – уже искренне, чувствуя облегчение, улыбнулась подруге. – У меня появилось столько сомнений…