Ольга Шерстобитова – Мой желанный мужчина (страница 21)
Только смысл жалеть о том, что уже произошло? О том, что остался жив, встретил эту удивительную девушку, вместе мы спасли столько жизней на том острове…
И сейчас уже имело значение только одно:
– Чем я могу ей помочь? – спросил, с трудом отрывая взгляд от Николь и переводя его на целителя Дария.
– Нужно убрать последствия вашего отката, со своим она справится, – отозвался он, сверяясь с какими-то данными. – Да, это лучшее из решений, – подтвердил тут же. – Доза вакцины, рассчитанная для вас, нар Эрик, наре Николь вполне подойдет.
Я на миг закрыл глаза, делая глубокий вдох и выдох.
– Что-то не так?
– На меня не действует вакцина. Есть определенные… особенности, – уклончиво ответил я, решив не вдаваться в подробности о своем проклятье, они сейчас ничем не помогут Николь. – Кассандра разрабатывает для меня индивидуальную вакцину, но она пока на уровне эксперимента.
– Хм… Это, конечно, усложняет нам дело, – заметил Дарий. – Но, думаю, выход есть. Судя по вот этим данным, – целитель показал на непонятные мне голограммы с цифрами и схемами, – сила и у вас, нар Эрик, и у нары Николь не просто одного уровня, но они еще и тесно связаны. Осмелюсь предположить, что подобное произошло, когда вы оба оказались в критической ситуации, и жизнь одного из вас висела на волоске.
То есть все мои предположения были верны. А как бы я хотел ошибиться!
– У нара Нарана и нары Эльзы в свое время при первой встрече произошло нечто схожее, но там способности разные, поэтому откат перетянуть невозможно. У вас же… ситуация несколько иная.
– Я могу забрать откат обратно? – уточнил, прикидывая варианты.
– Нет, – покачал головой целитель. – Но вы можете поделиться силой, и она поможет вашей подопечной справиться с последствиями, погасит их.
– Хорошо, – я впервые за все это время почувствовал, как внутри ослабевает напряжение, а сила не стремится вырваться из-под контроля и разнести весь целительский центр. – Что я должен делать, чтобы поделиться силой?
– То же, что в свое время делала нара Николь, когда передавала ее вам.
Полная. Нескончаемая. Бездна. Вот как это называется.
Наверное, выражение моего лица стало совсем непередаваемым, потому что Дарий не удержался и спросил:
– Что-то не так?
Да все не так!
– Николь в тот момент делала мне искусственное дыхание, а после обнимала, – сознался я, не увидев смысла это скрывать.
– Отлично!
Дарий потер ладошки, словно для него сказанное было тем, что требовалось.
– Слияние должно быть безболезненным, не потребуется каких-то сложных процедур, – пояснил он, поймав мой очередной, надо полагать, угрюмый взгляд. – Отключайте приборы, – велел Дарий своим помощникам, и вскоре Николь оказалась с одним-единственным датчиком на руке, фиксирующим ее состояние. – Мы вернемся через несколько минут, нар Эрик.
Я не сразу осознал, почему все это сделано, зачем нас оставили наедине, понадобилось несколько мгновений. Вдохнул поглубже, подходя к Николь и присаживаясь на ее постель. Все еще бледная… И, если бы не это обстоятельство, она казалась бы спящей. Вот как я ей объясню свои поцелуи, когда она придет в себя? И тот факт, что она перетягивает на себя мой откат, а я бессилен это изменить?
Впрочем… сейчас это неважно. Главное, чтобы Николь пришла в себя.
Еще один вдох – и я склонился к Николь, находя ее губы. Мягкие, теплые, нежные… Меня ударило навылет сразу же, разобрало на атомы от одного-единственного прикосновения. И я замер, даже не пытаясь остановить эти ощущения, лишь пережить их. Разбираться, почему реагирую так остро и так ярко, даже не попытался.
Вдох. Николь не отозвалась на мой первый поцелуй никак, разве что меня коснулось ее едва заметное дыхание.
Вот же бездна! Давай же, Николь, приходи в себя! Давай!
Я лишь на мгновение оторвался от ее губ, а после обжег их снова. Сильно, горячо, почти болезненно…
И вновь ничего.
Да что же это такое-то!
Прикосновение пришлось повторить и вновь усилить. Позволить себе невозможное – пропасть в этих поцелуях, дышать Николь, желать каждой клеточкой себя, чтобы она открыла глаза.
В какой-то момент я отпустил силу, просто почувствовал, что это будет правильно, что сейчас она не разнесет весь мир, устремится к Николь. Так и случилось. Моя способность обволокла и меня, и Николь, спеленала нас в кокон, стала живой водой. Но отметил я это, отвлекшись лишь на мгновение, а после снова окунулся в поцелуй. Отдавая и отдаваясь ярким и непривычным чувствам, которым так и не нашел названия.
Я еще не успел оторвать своих губ от ее, чтобы нормально вдохнуть, как запищали приборы, а Николь открыла ясные голубые глаза. Наверное, так и выглядит моя личная бездна, но до чего же она, оказывается, прекрасна.
Из темноты меня вырвало прикосновение к моим губам. Жадное, сильное, какое-то ненормально отчаянное. Будто я тут умираю, и меня пытаются вытащить с грани. Старательно, без шанса сдаться, обжигая поцелуем так, что горело все тело, и ненормальное желание растекалось по венам.
Вдох. Я открыла глаза и пропала в аквамариновом шторме глаз Эрика. И в следующие мгновение мои руки оказались в его волосах, пальцы запутались в прядках, и наши губы снова встретились, разрушая всю существующую до этого реальность. И остановить этот, уже совершенно другой – медленный, чувственный поцелуй оказалось просто невозможно. Поддаться ему, покориться, застонать от сладости…
Я уткнулась в плечо мужчины, силясь отдышаться и прийти в себя. Но сделать это, когда под твоей ладонью гулко и бешено бьется сердце Эрика, а его сила буквально пропитывает тебя, было невероятно сложно.
Осторожно отстранилась, делая несколько глубоких вдохов.
– Как ты себя чувствуешь, Николь? – раздался голос Эрика, в котором сквозила легкая хрипотца.
Я уставилась на него, потому что, ну, вот ни в одной моей фантазии мужчина не должен задавать такого вопроса после того, как поцеловал женщину. И что за ответ он от меня ждет? Сейчас мне отчаянно хотелось ухватиться за подушку и опустить ее на чью-то голову. И я бы так и сделала, если бы в глазах мужчины не плескалась неподдельная тревога.
– Ты никак не могла прийти в себя, Николь. Как выяснилось, ты перетянула на себя мой откат, полагаю, не в первый раз. Он наложился на едва проснувшийся твой, – сказал Эрик, не сводя с меня взгляда. – Единственный способ тебе помочь в такой ситуации… это передать часть своей силы через тактильный контакт.
Как-как он назвал наши поцелуи? Тактильный контакт? Я его сейчас убью.
Все остальные его слова, кроме этих, почему-то никак не укладывались в моей голове. Эрик же замолчал и продолжал смотреть на меня, словно ждал хоть какой-то моей реакции. А я медленно осознавала реальность и вспоминала, как потеряла сознание. Так он, получается, мне свою энергию через поцелуй передавал? И вроде бы я должна быть благодарна за спасение, но внутри по-прежнему плескалась злость.
– Николь…
– Спасибо за помощь, я в порядке, – кивнула, старательно гася негативные эмоции и прислушиваясь к своему организму.
А что еще ему ответить? Этому мужчине, который так назвал наши поцелуи?
Рассказать про то, что сердце бешено колотится, губы горят, а все тело требует продолжения? Ну уж, нет!
– Дарий, – позвал Эрик, оглядываясь, и я только сейчас заметила, что в палате, где нахожусь, – трое целителей.
Один из них, тот самый, к кому обратился Эрик, невозмутимо щелкал голограммами.
– Что там с показаниями?
Вот вы встречали мужчину, который несколько минут назад целовал вас так, словно вы для него все в этом мире, а после интересовался лишь какими-то вашими показаниями? И вроде понимаю, что в моей ситуации – когда я упала в обморок и наверняка заставила Эрика волноваться, все логично, но до чего же злит!
– Все неплохо. Сейчас сделаем повторные анализы, проверим, но я и так вижу, что кризис миновал.
Целитель подошел ко мне, взял кровь, запустил в анализатор. Эрик все это время практически неподвижно сидел рядом и молчал. Я старательно унимала злость и яркое непроходящее желание к моему наставнику. И, пожалуй, справилась бы в разы быстрее и лучше, если бы ладонь Эрика не лежала на одеяле рядом с моей, едва меня не касаясь.
– Откат сошел на нет. Ваша сила, нар Эрик неплохо помогла нейтрализовать последствия, – улыбнулся Дарий, разглядывая какие-то таблицы и схемы.
Хм…
– Нара Николь, я вижу, что ваше самочувствие почти в норме, в центре вас оставлять не стану. Сейчас вколем дополнительный витаминный комплекс, вам не помешает, ну, и… я бы настоятельно рекомендовал вам побыть рядом с наром Эриком до утра, чтобы стабилизировалось состояние. Прикосновения ни в коем случае не исключайте.
А я-то еще раньше считала, что самая большая моя трагедия – это потеря любимой работы и проснувшийся дар. И думала бы так и дальше, если бы мне не начал нравится Эрик, а несколько минут назад я бы не узнала, каковы на вкус его поцелуи.
– Хорошо, – за нас обоих ответил Эрик, и я чуть не подпрыгнула на месте. – Я все проконтролирую.
– Даже боюсь это представить, – не удержалась я.
Эрик уставился на меня, его аквамариновые глаза потемнели, и от его пронзительного, изучающего и не скрывающего этого взгляда, сердце заполошно забилось.
– Если что-то пойдет не так, – разорвал напряжение между нами целитель Дарий, – у вас есть мой номер, нар Эрик, смело набирайте. И наре Николь его тоже перешлите, пожалуйста. На всякий случай.