Ольга Шерстобитова – Мой темный принц (страница 9)
На мгновение задумалась. Неужели это и есть то самое важное, о чем маг говорил? И мысли о нем позволят вернуться из полета. Правда, ему об этом знать не следует. И так у нас все сложно. Почти невозможно.
Хвост в этот раз высыхал дольше обычного, почти час. За это время Лир принес воды из родника, изжарил мясо какой-то птицы, которую подстрелил при помощи фиолетовой магической молнии, и вскипятил воду, добавив в нее тот же набор листьев, что и раньше. Время уже явно давно перевалило за полдень.
Искупалась, называется. Счет не то что минутам потеряла – часам. Увидев, что хвост почти исчез, Лир бросил мне плащ, и я прикрылась.
Мы снова отправились в путь. Погруженные каждый в свои мысли, двигались медленно, не особо спешили. Я любовалась лесом, вдыхая смолистый запах. Иногда возникали непроходимые заросли, и мы делали передышку, прежде чем через них пробираться. Ближе к вечеру набрели на полянку с земляникой, и я бросилась ее собирать. Лир хмыкнул, протянул маленькую тарелку и спокойно сидел в тени, пока я радовалась такому простому занятию. Ягоды мы ели уже на ходу.
К заходу солнца Лир снова подстрелил пару птиц, развел костер, причем, решив помочь, хворост для него собирала я. Ладно хоть ощипывать добычу не заставил, сам справился. Пока я умывалась у родника, сделал охранный круг. Скорость у Лира была поразительной. Я же мысленно вздыхала, что нигде нельзя поплавать, поразмять хвостик. Очень уж хотелось, да и силы к концу дня иссякали. Быстро я привыкла к тому, что теперь русалка! Даже иначе отказывалась себя воспринимать.
Когда солнце село, Лир достал кусок непонятной железяки, которой было суждено стать моим кольцом. За кругом опять собралась нечисть. Днем она не показывалась, пряталась. Лир объяснил, что их силы не всегда откликаются в светлое время суток, они слабеют. Нечисти с каждой ночевкой становилось все больше. Она просила о помощи, звала на разные голоса, обещала не тронуть, но я была непробиваема. Интересно, что Лир эти голоса не слышит. Он сам об этом сказал, когда спросила.
– Они выбирают тех, кто послабее, – ответил маг, не отвлекаясь от колдовства, которым был занят.
И не заметил, как обидел, задел в душе что-то болезненное. Понятное дело, я не сильнее его, но зачем так жестко и грубо об этом говорить?
Чтоб тебя ледяной водой окатило, мой темный маг! И взвизгнула, едва нас обоих накрыло потоком. Откуда он тут взялся-то? Я застонала, уставившись сначала на сине-зеленый хвост, потом – на потухший костер и мокрого, раздраженного Лира.
– Я смотрю, полет даром не прошел, – сердито сказал маг. – Если уж решила поколдовать, можно было со мной посоветоваться, к примеру. Или хотя бы предупредить, дополнительную защиту наложил бы.
– Это не я сделала.
– Да ты что? А почему вода полилась? Что пожелала? Пить?
Я помотала головой. Ни за что на свете не скажу правду.
– Ариадна!
И как можно быть таким? Одновременно и невыносимо нежным, когда дело касается поцелуев, и пугающе злым, если все идет не так, как хочешь?
– Пока не скажешь, одежду не дам, два последних комплекта, кстати, осталось, и костер не разожгу, посиди и подумай над своим безалаберным поведением, – рявкнул мужчина и ушел под дерево.
Невыносимый тип! И характер отвратительный. А уж мнит себя… Тоже мне нашелся манипулятор. Одежду он не даст. Ну погоди, сам без нее останешься. Дождешься! Штаны с рубашкой с тебя исчезнут вмиг.
– Ариадна, – вырвал меня из грез о мести голос мага.
Лир стоял злой, раздраженный, в одних трусах. Куда же он одежду дел, интересно?
– Тебе кажется это смешным? – спросил он, пронзая взглядом и явно давая понять, что подействовала моя магия.
Ой, мамочки! Это ж я подумала, а оно, получается, исполнилось? Да, ледяная вода была бы лучше.
Я взвизгнула, потому что из ниоткуда снова полилась вода. Ну я-то ладно, и так как потрепанная мышь, но Лир… Только в себя пришел, а я опять его порадовала колдовством и добрым пожеланием.
Я бы убежала, если бы могла, но хвост не дал. Лир ехидно посоветовал не думать, пока не научусь контролировать мысли. Интересно, это как? Я настолько поразилась его предположению, что не сразу сообразила расспросить Лира о моей магии.
Оказывается, она только просыпалась, и пока расцветет, пройдет еще немало времени. Я постаралась не думать, как справлюсь, если сила вырастет. Чтобы хоть как-то помочь магу, пожелала ему сухой одежды. Через мгновение Лир завопил так, словно я его утюгом приложила, но одежда на нем высохла. Ругаться не стал, только обреченно вздохнул.
Подошел к потухшему костру, нашел сотворенное кольцо. Протянул на ладони тонкий простой обруч. Маленький, но способный забрать у меня все, что так берегу.
Молча надела.
– Я наложил на украшение заклинание, которое будет наполовину блокировать магию. Пока кольцо не снимай. Не хватало нам еще потопа, чтобы спать в болоте, или пожара. Снять его без моей помощи не сможешь, чары не позволят.
Лир отошел к костру и молча улегся спать. Вот тебе и раз! Я, значит, тут сижу со своим хвостом, мокрая, взъерошенная и растерянная. И нечисть еще под боком бушует. А он даже не попытался помочь! Попробовала зажечь костер – не вышло. Снять кольцо не смогла, как ни старалась. Одежды никакой. Наколдовать – никак. Взять негде. Ну и ладно! Кланяться тоже не буду. Пойду завтра по лесу голой. Пусть любуется.
А сейчас так посплю. С хвостом в обнимку. Вот ведь злыдень! Пользуется ситуацией. Ничего, мы еще посмотрим, кто кого.
Глава четвертая
Уснуть я не смогла, сколько ни старалась. Во-первых, беспокоили сумбурные мысли, во-вторых, через час похолодало. Я попыталась пробраться к Лиру, но он, видимо, во избежание неприятностей, отгородил себя какой-то магией. Даже не добудилась. Попрыгала, сделала зарядку, согрелась. Легла снова – замерзла. Опять попрыгала, подвигалась вдоль защитного круга, веселее некуда просто – это голышом-то! Чтоб тебя! Выругалась. Вслух. Лир и ухом не повел. Зато нечисть завывала на все лады. Красота, ничего не скажешь.
–
И я не выдержала. Надоели уже до зубовного скрежета! Которую ночь из-за них трясусь от страха, строя предположения, на что чудища способны, одно другого хуже. Да и жалко мне ее, хоть что тут делай! Не просто же так просит, если поразмыслить. Наверное, если бы не безобразное поведение мага, я бы никогда не решилась спросить:
– Что случилось? Объясните.
Все равно ведь не сплю. Хоть послушаю. Нечисть оказалась совсем рядом, в двух шагах от меня.
– Нас прокляла ведьма много лет назад, – пропищала кикимора, которую я для себя еще в первый раз как предводительницу обозначила.
Глаза зеленые, словно весенний лес, кожа бледная, а наряд – листья да лесные цветы.
– Кого это – вас?
– Нечисть.
– Всех, что ли? – уточнила я, припрыгивая, чтобы согреться.
– Да. Мы раньше жили иначе. Питались рыбой, мелкими животными, плодами да ягодами. Никого не трогали. С нами дружили и люди, и маги, – добавила вторая, стоящая рядом.
– И что дальше произошло? – полюбопытствовала я.
– Ведьма хотела погубить русалку, – ответил главный леший, шелестя молодыми побегами березы на руках.
– Русалку? Зачем? – удивленно спросила я и даже остановилась, замерев на месте.
– Ты ничего не знаешь. Молодая еще, – ответил один из водяных, тоже, видимо, главный. – История русалок непроста. Ты уже слышала об их магии и о том, что в них течет серебряная кровь Аранатариэль и что русалки бессмертны. Вы же – чистый свет. В вас нет зла, только добро. Русалки милосердны, хоть и нечисть.
– А почему нечисть? – спросила я, впитывая новую информацию.
– Потому что у тебя хвост, – усмехнулась стоящая рядом с водяным кикимора. – А люди и маги предвзято к такому относятся.
Кикиморы дружно захихикали, а строй водяных забулькал то ли от смеха, то ли неодобрительно.
Уму непостижимо! Нечисть, оказывается, умеет смеяться!
– А ты как думала? – спросил леший, словно читая мои мысли. – Это люди все испоганивают да маги. А мы просто прокляты, и красота и добро нам не чужды. Сколько пытались людям помогать, да толку-то…. Жадные они. Вот проклятие и действует все сильнее.
Я задумалась.
– Так зачем русалка ведьме?
– Она желала бессмертия, – ответил леший.
– Желала?
– Она уже давно мертва, ведьма-то. Бессмертия ей не досталось. Мы ее с водяными обманули, русалку спрятали, помогли красавице. А ведьма-то прознала, осерчала, заточила наш дух да померла, а проклятие никто снять не в силах. От нее, злыдни, и пылинки не осталось, только дом в подземном озере стоит, – добавил главный водяной, усаживаясь на землю возле защитной черты.
– А как там оказался дом? Или она там и жила? И как можно получить бессмертие?
– Если бы мы могли объяснить все, что живет в этом лесу! Много зла в ведьме было, вещей да зелий она немало по-настоящему могущественных да страшных хранила. Когда сгинула, ее дом накрыла лесная магия, пылал огнем зеленым да ярким он почти час… Видимо, уничтожила ворожба фей все, что могла, а что не получилось, вытянет со временем вода. Оттого и перенеслось жилище ведьмы на дно озера.
Я вытаращила глаза, опять поражаясь силе неведомой магии, живущей в лесу. Мне чаща все равно казалась обычной.