Ольга Шерстобитова – Мой таинственный герой (страница 4)

– Это Дин Крамер и Ранк Олир с кафедры военных.

Оба парня, затянутые в черную форму, с любопытством меня разглядывали. Враждебности я не чувствовала, хотя они выглядели немного устрашающе. Оба рослые, мощные, с крупными чертами лица.

У Дина справа от уха до подбородка тянулся едва заметный шрам. Короткие черные волосы и темные глаза придавали немного разбойничий вид.

Ранк же полная противоположность: светловолосый, зеленоглазый и улыбчивый, что несвойственно парням его профессии. Это немного сбивало с толку.

– Это Вероника Лазарева с факультета психологии, менталист, – коротко представил нар Аран, и в воздухе уже предсказуемо повисло напряжение.

Как-то подсобрались военные, мгновенно исчезли веселость и игривость Ранка, насторожилась Снежана, придвигаясь поближе к Дину.

– Итак, раз все в сборе, даю последние инструкции и указания, – словно не замечая реакции студентов, сказал нар Аран. – До Ариаты вам добираться неделю.

– Неделю? – удивилась Снежана. – Я читала, что почти четыре месяца.

Парни, похоже, тоже были в курсе расстояния, которое необходимо преодолеть, быстро переглянулись.

– Ариаты оплатили двадцать гиперпрыжков, – спокойно пояснил нар Аран.

Ранк присвистнул. У меня нервно дернулся глаз. Ариатская Звездная Академия столь богата, что может потратить целое состояние на подобный комфорт для чужих студентов? Или же тут есть какой-то подвох, о котором мы не знаем?

Странно даже то, что провожает нас только нар Аран, декан моего факультета, а руководителей остальных да и тех же кураторов здесь нет.

– Вы сделаете четыре пересадки. Покидать космопорт, дожидаясь следующего рейса, запрещено в целях вашей же безопасности. Это ясно?

Мы, конечно, отозвались согласием, хотя, сдается, каждый из нас хотел бы побывать на других планетах.

– Проживание и питание оплачены, командировочные перечислены на ваши счета, расписание рейсов, а также информация для связи со мной в случае непредвиденных обстоятельств скинуты на лиар. В космопорту Ариаты вас встретят, но если возникнут трудности – я на связи в любое время суток.

Военные коротко кивнули, Снежана, нервничая, сжала кулаки. Декан Аран внимательно оглядел нас, коротко попрощался, покидая подземную парковку, и мы загрузились в флаер.

Маршрут в него был уже заложен, управление тоже настроено автоматическое. И, едва мы вылетели из туннеля и покинули студенческий городок, озаренный ночными огнями, внизу потянулись пустыни, испещренные кратерами.

До космопорта предстояло лететь полчаса, и Дин и Ранк обернулись к нам со Снежаной, устроившимся на задних сиденьях.

– Ну и что вы по этому поводу думаете? Мне одному кажется поездка странной и непонятной? – уточнил Дин.

Снежана поморщилась и демонстративно вздохнула.

– Надеюсь, больше чем на пару месяцев мы там не задержимся. Все-таки кое-кому диплом получать…

– Нам сказали, если все пройдет благополучно и мы вдруг решим остаться на Ариате, выдадут его и так, – хмыкнул Ранк.

– Не знаю, как вы, а я собираюсь вернуться. У меня тут, между прочим, жених остался, – высокомерно заявила Снежана.

– Я бы не надеялся на возвращение, – тихо и уверенно сказал Дин.

– Почему? – спросила блондинка.

Я в разговор не вмешивалась, только слушала и делала выводы. В отличие от Снежаны мне предстоит сделать все возможное, чтобы остаться на Ариате.

– Я слышал, на Ариате живут несколько землян. И кто знает, по доброй ли воле они задержались на планете, – ответил Дин.

Тут он посмотрел на меня, сощурился и спросил:

– У тебя какие ментальные способности, Вероника?

– Чтение мыслей и небольшой дар к телекинезу, – осторожно отозвалась я.

– Это хорошо. Особенно первое. Нам не помешают лишние уши, – хмыкнул Дин.

– И даже не страшно иметь дело со мной? – не выдержала я.

Дин пожал плечами.

Я прикусила губу и сжала пальцы в кулаки. Сдается, подружиться с кем-то из этих ребят вряд ли получится. Снежана грезит вернуться на Рейв к жениху, Дин и Ранк летят разузнать секреты ариатов и передать их своему руководству. Мне даже не нужно глубоко копаться в их мыслях, ответы лежали на поверхности.

Не желая продолжать разговор, я повернулась к окну и стала смотреть на пустынные земли, над которыми мы летели, и на темно-синее небо. Пейзаж однообразный, но кто знает, что ждет нас на Ариате?

В космопорту мы пробыли недолго и практически сразу оказались на транспортнике. Каюта, которую мне предстояло делить со Снежаной, была небольшой. Необходимый функционал загружался при помощи сенсорной панели. Блондинка оказалась недовольна, даже порывалась позвонить своему отцу, чтобы изменить условия проживания, но все же сделать это так и не решилась. Поймав ее мысли, узнала, что у отца новая жена, а с мачехой девушка не ладит. Одна из причин ее бегства заключалась в бунте против родителя.

Меня каюта полностью устраивала. Кровати, небольшого столика и санитарного блока вполне хватит для проживания на ближайшие пару дней. Да и лишних денег, чтобы переплатить за комфорт, не имелось. Родители оплачивали мою учебу, накоплений у них почти не осталось. Немного их денег, то, что я сберегла из стипендии, да командировочные – вот и все мои финансы.

Пока ждали отлета, я залезла в лиар, побродила по Межгалактической сети и прочитала информацию, что скинул декан Аран. Первая пересадка через два дня, вторая – через день, а следующие две – в последние сутки перед посадкой на Ариате. Расписание лекций и практик нам должны дать уже в академии.

Прозвучал механический голос, просивший всех пассажиров остаться в каютах, пока корабль не взлетит. Игнорируя недовольство Снежаны всем чем можно, я снова нырнула в Сеть. Надо найти и прочитать информацию об Ариате. За ту последнюю неделю, что я провела на Рейве, было совсем не до поисков. Я жила в постоянном напряжении и страхе. В любой момент обретенные способности могли выбраться из-под контроля, и что тогда делать? Особенно осторожной приходилось быть на тренировках, где шансов спровоцировать страх имелось в разы больше. К счастью, все обошлось, и я смогла продержаться эти дни.

Итак, что же там интересного про Ариату?

Сведений в Сети почти не нашлось. Меньше тысячи лет назад на планету упали метеориты и изменили климат Ариаты. У растений появились редкие свойства, возникли новые виды животных, часть озер стали целебными. И вот именно тогда и сама раса подверглась трансформации. Ариаты обрели способность к менталистике. Судя по найденным данным, тех, кто владел телекинезом, среди них было больше, чем тех, кто мог читать мысли.

Ариатой на данный момент управляли три лидера, четвертого они пока не избрали. Именно правители и заключали с Межгалактическим советом разного рода сделки. О самих ариатах вообще было два слова – замкнутые и уверенные в себе.

Полазив какое-то время в Сети, все еще надеясь найти хоть что-то интересное, я отправилась на общую палубу полюбоваться на звезды. Панорамные окна оказались небольшими, но любопытствующий народ, среди которого было немало студентов, толпился возле них.

– Так мы ничего не увидим, – неожиданно раздался за моей спиной голос.

Я обернулась.

Девушка примерно моего возраста, с копной рыжих волос и россыпью веснушек естественного происхождения, приветливо улыбнулась.

– Рената Тарасова, землянка, студентка последнего курса факультета космобиологии, – представилась она.

Я поздоровалась и назвала себя, не скрывая своего дара к менталистике. Рената, впрочем, отреагировала вполне спокойно.

– У меня дома два старших брата-близнеца обладают телекинезом. Я уже привыкла, – отмахнулась она, догадываясь, что я невольно прочитала ее поверхностные мысли. – Так что, если тебе нужно что-то запустить в воздух, не стесняйся. Что я, летающих диванов и шкафов никогда не видела?

Я рассмеялась, потому что иначе с этой живой и любопытной девушкой не получалось. Рената широко улыбнулась, сверкая карими глазами.

– Вообще-то я читаю мысли, как ты заметила. Телекинезом владею весьма посредственно и только если сильно сосредотачиваюсь. Эта грань моего дара совсем крошечная.

– У меня нет никаких страшных секретов, – отмахнулась она. – Да и если есть, вряд ли ты пойдешь рассказывать о моих шалостях в академии отцу. Он, кстати, один из пилотов этого корабля.

Хм…

Тут меня случайно толкнул кто-то из студентов, пробирающихся к иллюминаторам, чтобы сделать снимок-голограмму, и я чуть не упала.

Рената проворно подхватила меня, не давая удариться.

– Ты как? Не ушиблась?

– В порядке, – отозвалась я.

Девушка оглянулась, посмотрела на толпу студентов и сказала:

– Знаешь что, пойдем-ка отсюда. Я знаю одно вполне уединенное и спокойное место, ничем не хуже этого.

Сопротивляться было бесполезно, и я позволила Ренате утянуть меня вглубь корабля. Некоторое время мы петляли по коридорам, поднимались на лифте и, протиснувшись через небольшое пространство, оказались на абсолютно пустой палубе. Этот куполообразный кусок корабля был словно отрезан от всего мира. И над головой, и передо мной все пространство затянуто сверхпрочным стеклом, сквозь которое виднелись звезды.

– Ну как?

– Восхитительно! – искренне отозвалась я.

– Но проход бы неплохо расширить. Я пролезла в него с трудом. В скором времени придется садиться на диету. А я так люблю булочки и горячий шоколад! – вздохнула Рената.