Ольга Шерстобитова – Мой единственный мужчина (страница 24)

Его глаза цветом напоминали всю ту же бирюзу, но изрядно выцветшую, хрупко-ледяную, и взглядом мужчина буквально меня резанул.

– Ты почему не спишь? – в голосе звучало больше усталости, чем удивления.

– Тебя ждала, – неожиданно даже для самой себя созналась я. – И приготовила ужин. Будешь?

Я внезапно почувствовала сильную неловкость от того, как пронзительно Рафаэль на меня смотрел, и вопрос задала почти шепотом.

Мужчина не ответил, сделал шаг и вдруг пошатнулся. Ухватился за стену рукой, тяжело задышал. Я оказалась рядом с Рафаэлем быстрее, чем думала, от страха за него, применив мгновенное перемещение.

– Не прикасайся ко мне, – резанул он, не давая даже поинтересоваться, что происходит. – Иди к себе, Гвен. Пожалуйста.

Голос Рафаэля звучал хрипло, цвет глаз по-прежнему оставался непривычным и малость пугающим.

– Ты ранен? – не выдержала я и тут же прикусила губу, осознавая, какую глупость сказала.

У Рафаэля же третий уровень дара, действует мгновенная регенерация.

– Нет, – отозвался он.

Убрал руку, затянутую в перчатку, со стены, глубоко вдохнул и сделал несколько шагов в сторону коридора. То, что они дались ему с усилием, было видно и без слов. Когда мужчина вновь пошатнулся, я тут же бросилась к нему.

Навстречу вдруг полетели энергетические сгустки, и я не успела опомниться, как в следующее мгновение Рафаэль буквально снес меня с ног, притискивая к стене и закрывая собой.

Где-то в комнате раздалось шипение, что-то загрохотало, и практически сразу же запахло паленым. Но все это тут же сошло на нет, потому что ощущение от мужского тела, горячего и сильного, буквально вдавившего меня в себя, было острее и ярче любого погрома.

Я вдохнула запах Рафаэля, наслаждаясь этим и едва ли не теряя связь с реальностью.

– Гвен, – тяжело дыша, позвал Рафаэль. – Я сейчас опасен. Уходи, ради всех звезд. В идеале, тебе бы вообще переночевать в другом месте. Давай я наберу Гастона и попрошу проводить тебя к Нарану с Эльзой.

Что?

Я выпуталась из его рук ровно настолько, чтобы заглянуть в глаза. Рафаэль ничуть не помог, даже не ослабил хватку, и по стене от его руки потянулась энергетическая сетка. На лбу мужчины выступил пот.

И только сейчас я, наконец, поняла, что происходит. У Рафаэля шел откат от использования силы. Именно в таком состоянии, как у моего мужчины, контролировать дар, практически нереально. Как он вообще еще на ногах стоит?

– И не надейся, – ответила тихо.

– Гвен, – рыкнул он, и обшивка стены под его руками начала осыпаться.

Тут я сделала то единственное, что сейчас могла. Прижалась к нему сильнее, обнимая, согревая, давая понять, что он не один.

– Гвен, вот что ты сейчас творишь? – прошептал Рафаэль, даже не делая попытки расцепить наши объятия.

– А что я творю? – спросила, погладив его по спине.

– Как минимум, мешаешь мне выполнить пункт договора, в котором я обещал тебе безопасность, – отрезал он.

Стена под его руками снова начала осыпаться, часть энергии превратилась в сгустки и исчезла где-то в гостиной, круша ее.

– Я, наоборот, помогаю тебе его не нарушить. Сейчас как раз нахожусь в самом безопасном месте на свете.

Мышцы Рафаэля напряглись, словно окаменели. Неожиданно одним прикосновением он вскинул мой подбородок, заставляя смотреть в его невероятно прекрасные даже в это мгновение глаза. Не знаю, что он искал в моем взгляде и что нашел, потому что в следующий момент на меня обрушился его поцелуй. Властный, подчиняющий каждым прикосновением, горячий. Устоять перед этим напором оказалось просто невозможно, да я и не пыталась. И тем ошеломительнее было, когда поцелуй вдруг изменил тональность, стал чувственным, глубоким и каким-то запредельно нежным.

Когда Рафаэль меня отпустил, я, тяжело дыша, все еще цеплялась за него, опасаясь, что сползу прямо по стенке, не устояв на ногах. До этого поцелуя я даже не подозревала, что в моем мужчине спрятано столько огня и страсти! И что он может быть со мной таким…

Рафаэль отпустил меня, глубоко вдохнул, лишь на миг прикрывая глаза. И, ничего не говоря, отцепился от стены. Бросил усталый взгляд на разгромленную гостиную и, пошатываясь, явно с трудом удерживаясь от желания схватиться за стену, направился в свою спальню.

Едва он скрылся за дверью, я встряхнула головой, пытаясь прийти в себя. Оглядела комнату с поломанной мебелью, покореженные стены и пошла на кухню, где до этого готовила ужин.

Губы все еще жгло от того поцелуя, сердце никак не желало успокаиваться и стучать ровнее. Поплескав на лицо холодной воды в надежде, что это поможет, собрала для Рафаэля ужин и постучалась в его комнату. Не дождавшись ответа, переживая, что с ним что-то может случиться, вошла внутрь.

В спальне царил полумрак, горел лишь светильник у безукоризненно застеленной кровати. На столе, прикроватной тумбочке, кресле – абсолютно никаких вещей, всюду чистота и идеальный порядок. Прислушалась к шуму воды в ванной и пристроила поднос рядом с постелью. Подумав, скинула покрывало, встряхнула подушки и расправила простынь. Я уже собиралась уходить, когда из ванной вышел Рафаэль в одном полотенце на бедрах. Я буквально врезалась в него взглядом, на время забыв, как дышать. И вроде бы практически раздет он, а голой себя почувствовала я.

– Ты что тут делаешь? Уходи, – устало велел он, добираясь до кровати.

Нет, вот сколько можно меня прогонять?

– Поешь, сейчас принесу горячий чай, – ответила я, игнорируя его пристальный взгляд и исчезая за дверью.

Пока готовила напиток, прошло всего немного времени, но, когда я вошла в спальню мужчины, Рафаэль съел ужин и кутался в теплое одеяло. Чай я наливала в тишине. Протянула ему кружку, и на руках Рафаэля тут же вспыхнули перчатки.

– Сними, на меня твой дар не действует, – тихо заметила я.

– И именно поэтому я должен тобой рисковать, Гвен? – только и спросил он, делая глоток чая и как-то блаженно зажмуриваясь.

Я покачала головой, отмечая, что Рафаэля пробирает легкая дрожь, и отправилась на поиски пледов. Лишними они сегодня точно не будут. Когда вернулась, Рафаэль уже провалился в сон, то и дело беспокойно ворочаясь. У него то вспыхивали на руках перчатки, то исчезали, куски одеяла осыпались пылью, а несколько энергетических зарядов попали в стены комнаты.

Переживая и не зная, чем я еще могу ему помочь, кроме еды и запасных пледов, подошла ближе, уворачиваясь от небольшого заряда. Набросила на Рафаэля плед, затем еще один. Потянулась, чтобы их поправить, и его руки вдруг оказались на моей талии. Штаны и нижнее белье осыпалось пылью, и в следующий момент я очутилась в руках Рафаэля, а после уже и лежащей под ним.

Сдавленно пискнула, осознавая, что белья на мужчине никакого нет, а остатки моей одежды канули в неизвестность, зажмурилась, не зная, что делать в такой ситуации.

– Рафаэль, – осторожно позвала, утыкаясь ему в плечо.

Он, так и не выходя из состояния сна, простонал и развернулся, буквально оплетая меня собой, давая прочувствовать его тело и запах, и затих. Несколько мгновений я лежала, не шевелясь, пытаясь прийти в себя и не думать о том положении, в котором сейчас находилась. Никогда я еще не была так одуряюще близка к мужчине. Горела в его руках, хотя он сейчас просто спал, и с трудом пыталась собрать мысли.

Получалось не то чтобы очень, я то и дело отвлекалась на Рафаэля. Выдохнув, решила выбраться из его постели, но меня тут же прижали крепче, а ладонь заскользила по позвоночнику, медленно и как-то успокаивающе поглаживая. Я вновь замерла и через время, когда с ладони исчезла перчатка, вдруг ощутила небывалое умиротворение и какую-то особую правильность происходящего.

С пальцев Рафаэля больше не срывались сгустки энергии, через пару минут выключился светильник, и все, что осталось – это мужчина рядом. Какой-то беззащитный сейчас, несмотря на уровень дара, доверивший мне свое бьющееся сердце, такой мой…

Я так и не заметила, как уснула.

Глава восемнадцатая

Утро началось с непонятного шума и чьего-то «ох». Я распахнула глаза и тут же пропала во взгляде еще не отошедшего ото сна и немного растрепанного Рафаэля. Следующими ощущениями стали его руки, по-прежнему обнимающие меня, и моя нога, закинутая на него.

Я вспыхнула моментально, чувствуя, как жар заливает мое лицо. Вот что он сейчас про меня подумает? Я боялась и представить. В мыслях сразу нарисовалась неприглядная сцена, когда студентка забирается в постель к ректору, чтобы получить определенную выгоду. Я с трудом сдержала отчаянный стон и постаралась для начала хотя бы немного отодвинуться и всеми силами не думать, что мы под единственным, уцелевшим пледом абсолютно раздетые.

Сделать это не получилось, Рафаэль притиснул меня к себе еще крепче, немного приподнялся.

– Доброе утро, мама.

Что? Тут еще и мама? Я как-то сразу вспомнила непонятный шум перед самым пробуждением и тут же нашла ему объяснение. Ситуация стала напоминать вселенскую катастрофу в отдельно взятой квартире.

– Глазам своим не верю! Раф, неужели ты…

– Мама, – Рафаэль оборвал предложение, явно опасаясь продолжения.

– Хочешь сказать, я рано обрадовалась? – задала она, на мой взгляд, весьма странный вопрос.

Рафаэль, что было еще подозрительнее, не ответил.

– Что случилось-то? – поинтересовался у родительницы, как ни в чем не бывало.