Ольга Шерстобитова – Мой драгоценный мужчина (страница 23)
Моя сила откликалась на нее невыносимо чутко, оплетая щитом при малейшей опасности, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы это останавливать. Но что самое поганое, на кареглазую реагировали не только мои способности, но и эмоции. Каждый раз в груди поднимался такой ураган чувств, что разобраться с ним уже просто не предоставлялось возможным. Если раньше там было одно раздражение и порой злость за это на самого себя, то теперь… Я словно обжигался об нее. Раз за разом. Так, что меня разбивало на искры, выворачивало наизнанку, не давая нормально дышать.
До этого я еще надеялся на усиленные тренировки, чтобы разобраться с происходящим со мной, но теперь окончательно лишился этой иллюзии.
Я прикрыл глаза, чувствуя, как по кончикам пальцев оживает сила, напоминая о своем присутствии и о том, что Харт рядом.
Но винить ее в происходящем я просто не могу. В отличие от меня, кареглазая все эти дни вела себя едва ли не идеально. Беспрекословно слушалась инструктора, выполняя все требуемые действия, в спорных ситуациях оставляла решающее слово за мной, предложила несколько интересных вариантов взаимодействия наших сил для выполнения задания.
Едва ли не идеально…
Едва ли…
Если бы иногда не эти ее беспокойные глаза, порой вынимающие из меня всю душу. Если бы не эти случайные прикосновения, которых она, казалось, во время тренировки даже не замечает, в то время, как меня от них чуть ли не ломает… И если бы не ее ненормальная доверчивость ко мне, едва знакомому мужчине, которую я ощущал каждый момент, что мы находились рядом.
Да чтоб тебя! Даже не видя кареглазую, даже осознавая, что через несколько минут начнется инструктаж по Космическим играм, отогнать от себя мысли и сосредоточиться на деле так и не получается. Да мне с силой, когда она проснулась в первый раз, было справиться легче, чем с этим душевным разладом!
Я сделал несколько вдохов, выравнивая дыхание и отсекая все эмоции и чувства. Сейчас единственное, о чем я должен думать, это работа. Я бросил взгляд на полигон, заметив, что к нам приближаются Маркус и правитель Наран, и повернулся к остальным одаренным ариатам, сосредотачиваясь только на предстоящем задании.
Я смогу. У меня просто нет другого выхода. И сразу же после Космических игр начну решать проблему под названием «Миранда Харт».
Глава пятнадцатая
Крис даже не смотрел в мою сторону, а огонь бежал под кожей, щекотал искрами. Но за последние дни, что мы проводили вместе на тренировочных полигонах, готовясь к очередному заданию, к этому ощущению я уже привыкла. И пусть собственные чувства приходилось сдерживать неимоверными усилиями, все время переключаться на контроль над эмоциями, быть рядом с этим мужчиной для меня оказалось таким немыслимым счастьем! И да, оно того стоило!
На площадке с загруженными реальностями появились правитель Наран и Маркус Веэйрас. Одетые, как и все мы, в черные защитные костюмы, собранные и решительные. Коротко поздоровались с собравшимися одаренными, развернули голограмму с реальностями Космических игр, каждому показывая его участок и давая последние пояснения.
– Вопросы? – уточнил правитель Наран.
Их ни у кого не оказалось. Нас уже несколько раз инструктировали и предоставили известную информацию по злодею.
– Тогда перемещаемся в реальности, – велел он.
Я поймала непроницаемый взгляд Криса и приблизилась к нему. Мы, как и все остальные ариаты, разбитые на пары, мгновенно переместились каждый на свою площадку. Пока программа считывала информацию с лиаров, открывая доступ, я почти не дышала. Крис находился так близко, что его рука немного касалась моей, и ощущения внутри были почти запредельными.
Наконец, доступ в реальность открылся. Крис шагнул первым. Я, сделав вдох, последовала за ним. Замерла, пока он настраивал второй уровень, разработанный специально для одаренных. Он представлял собой небольшой туннель, где-то метр шириной, проходящий вдоль маршрута участников, позволял нам оставаться незамеченными, но наблюдать за играми, и, если требуется, вмешаться.
Под красивыми пальцами Криса уверенно мелькали цифры и команды, но я на них даже не смотрела, зная, что мой мужчина справится с этим сам. Мне бы хоть на миг попытаться оторваться от разворота этих сильных плеч и от шеи, которую так хочется погладить пальцами, скользя ниже по позвоночнику.
Крис вдруг обернулся, сверкая невозможно яркими золотистыми глазами. Я замерла, потеряв нить реальности. Когда он так на меня смотрит, я забываю даже свое имя.
– Готово, лейтенант Харт, – холодным голосом, от которого захотелось закутаться в теплый плед, произнес он. – Идемте.
Мы шагнули в туннель, и в маленьком пространстве оказались практически прижаты друг к другу. И даже ведь иначе не встанешь, Крис наблюдает за участниками справа, я – слева.
– Четверть часа до старта, проверяем снаряжение, – распорядился Крис.
– Да, капитан, – отозвалась я.
Прикрепленные бластеры, широкий браслет с бусинами, в которых энергия нара Диара. Сжать одну над раной участника – и случится мгновенная заморозка, позволяющая целителям вытащить бедолагу. На другой руке – у меня точно такие же бусины, только с моей энергией, и они способны взорвать небольшую скалу, если требуется.
– Спиной ко мне, Харт, – велел Крис, и я послушалась, понимая, что сейчас он будет проверять непроницаемость моего костюма.
В этой разработке явно чего-то не предусмотрели, раз целостность можно проверить лишь на спине тремя прикосновениями.
Первое. Чуть ниже плеча. И жар начинает покалывать пальцы от осознания происходящего. Едва ощутимый шелест, подтверждающий, что все в порядке.
Второе. В центре спины, на позвоночнике. И я с трудом сдержалась, чтобы не сжать покалывающие от силы пальцы в кулак.
И третье. На пояснице. Обжигающе-острое, оголяющее каждый нерв, заставляющее кусать губы, чтобы не выдать своих чувств.
– Все в порядке, лейтенант, поворачивайтесь, – распорядился Крис.
И едва я это сделала, сверкнул глазами, становясь ко мне спиной. А можно мне успокоительного? И побольше.
Тихий вдох, я нервно сглотнула и прикоснулась к участку рядом с лопаткой. Ничего не произошло.
– Сильнее, Харт, – раздался раздраженный голос Криса, и я послушалась.
Мои пальцы почувствовали его напряженную спину, и под ладонью разбежались энергетические нити.
Раздался щелчок. И я, унимая жар, положила руку ниже, на вторую точку, старательно сдерживаясь, чтобы не уткнуться мужчине в шею. Пытка просто невыносимая.
И последнее прикосновение, практически разнесшее мое самообладание вдребезги. Были времена, когда обучение на станции мне казалось невероятно трудным, жестким и невыносимым, но как же я ошибалась!
Едва закончилась проверка, я сделала шаг назад и выдохнула:
– Готово, капитан Рейес.
Он развернулся ко мне, глаза сверкнули недобро, пригвождая к месту.
– Бусины с вакциной от отката с собой, лейтенант? – уточнил он.
– Да, капитан.
– Дать мне знать, когда вам потребуется их использовать. Это приказ, Харт.
– Да, капитан, – снова повторила я.
В этот момент объявили начало игр, и слева и справа загрузилась реальность, в которой стали появляться первые участники.
– Харт, здесь заросли яруты, – через гарнитуру предупредил я, раздражаясь, что в этот момент думаю не о раненом тируннатарце, крылья которого утыканы колючками, а о кареглазой.
– Спасибо, капитан.
Я с трудом сдержался, чтобы не переместиться к ней, сила буквально выталкивала меня обратно в безопасный коридор, не давая сосредоточиться на работе.
И ведь знаю же, что на тренировках мы каждый день проходили реальности, где определяли растения, животных, кристаллы, способные повлиять на наш дар, и Харт была на высоте, а все равно беспокойство за нее бьет по нервам, оголяя их до предела.
Я оставил тируннатарца, чтобы его забрали целители, вернулся в коридор, и одновременно со мной переместилась кареглазая. Оглядел ее, проверяя, не пострадала ли, и в очередной раз за последние полчаса испытал облегчение. Костюм защитил, и сама Харт была осторожна.
Какое-то время мы просто наблюдали, как остальные участники преодолевают заросли яруты высотой с десяток метров, и едва препятствие прошел последний из них, реальность сменилась.
Вот же бездна! Лес с кустами огненных роз, лепестки которых при соприкосновении с землей взрываются, и уже семь раненых только на моей стороне, у Харт их в два раза больше. Ну, хоть здесь я могу за нее не волноваться! Уж с ее-то даром справиться с огнем…
Вернулся раньше нее, продолжая наблюдать за теми, кто проходил этот этап. Никого подозрительного среди землян и ариатов пока так и не заметил, на остальные расы, среди которых по большей части были энитейцы, тируннатарцы, гиашты и рантарцы, внимания обращал меньше, их мы не подозревали.
– Капитан Рейес, – раздался в гарнитуре голос Харт.
– Слушаю, лейтенант, – отозвался моментально.
– Подозреваю у одного из землян мгновенную регенерацию, капитан. Под кожей есть характерные следы от колючек яруты, ожогов от огненных роз практически нет, – коротко пояснила она.
– Сейчас перемещусь к вам, лейтенант, ждите.
И тут же сорвался, забывая обо всем на свете. Если на игры пробрался одаренный, и он – наш злодей, это может быть опаснее некуда! Я увернулся от нескольких взрывов, обогнал пятерых участников и оказался рядом с Харт, убирающий огонь возле раненого.