Ольга Шерстобитова – Мое темное счастье (страница 6)

– Я хочу привести дом в порядок, – сказала я под конец, поднимаясь.

– Мы поможем.

– Не хочу пользоваться магией, – сочла нужным предупредить я, наблюдая, как лимфил в очередной раз превратился в белку и ест из рук Глина орехи.

Русалы кивнули, словно ожидали услышать от меня нечто подобное.

– С чего начнем? – спросил Глин.

– Принц собирается мыть полы? – на всякий случай осведомилась я.

Глин рассмеялся и кивнул.

– Так с чего? – спросил принц.

– С башни. Мне там жить.

Мы отправились наверх. Я наколдовала швабры, щетки, веники, чистящие средства с Земли и попросила русалов переместить кровать вниз.

Пока принц занимался транспортировкой моей единственной мебели, мы с Тиром принялись за уборку. Управились к середине дня; засверкали окна, был вымыт потолок и пол, выметена пыль.

– Ты какую мебель хочешь? – поинтересовался Глин, когда мы спустились, чтобы пообедать.

Мое мастерство в приготовлении еды возросло, и мы с русалами ели макароны с сыром и мясной салат.

– Пока думаю, – отозвалась я.

Настроение было преотличное, и когда мы отправились еще раз осматривать комнаты, я стала напевать себе под нос какую-то мелодию.

– Ариадна, у тебя мама была сиреной? – спросил принц, незаметно оказавшийся рядом.

– Скорее всего. Я и Арана спасла песней, – чуть растерянно улыбнулась в ответ.

– Споешь для нас?

Пожалуй, отказываться было невежливо, и я кивнула. После обеда требовалась передышка, да и неплохо бы подумать, как обставить дом.

Едва мы оказались в саду, я заметила, что неподалеку прогуливаются русалы.

– Ну до чего же любопытные создания! – возмутилась я.

– Ариадна, мы четверо суток провели у тебя в комнате, отлучались только, чтобы привести целителя, – тихо пояснил Глин.

Я резко обернулась, уставилась на принца.

– Зачем мне нужен был целитель?

– Мы не смогли тебя разбудить, послали за Юстусом.

– И что же?

– Он посоветовал дать тебе отдохнуть и набраться сил.

– И поэтому на меня все так заглядываются? – не выдержала я.

Глин смутился, а Тит весело хмыкнул, явно что-то предвкушая.

– Они думают, что ты выбрала меня своей парой, Ариадна, – осторожно пояснил Глин и посмотрел в сторону. – У русалов ведь как: один раз – и на всю жизнь!

Я почувствовала, как внутри закипает злость. Решительно поднялась. Глин и Тит тут же подскочили, словно почуяли мое настроение. Молния слетела с моих ладоней сама и сожгла яблоню. Русалы, которые находились за забором, зашептались, но не ушли. Даже хуже! Они с интересом уставились на меня, перестав делать вид, что гуляют.

– Ваш принц предложил дружбу, и я ответила согласием. На этом все. Между нами никогда и ничего большего не будет. Путь к его сердцу свободен. А теперь я прошу перестать проявлять столько любопытства и интереса к моей жизни.

Русалы и русалки заулыбались, захихикали, но с места не сдвинулись. То темное, что давно жило во мне, но усиленно пряталось, встрепенулось, расправило крылья… Нет, я не сотворила молнии, просто вдоль забора вырос березовый лес. Деревья переплелись ветвями, образовав красивый узор и закрывая всю территорию, где находился мой дом, от посторонних глаз. Заклинание на эльфийском я шептала уже спокойно, накладывая особые чары. Теперь никто без моего приглашения не сможешь попасть внутрь.

Глин и Тит стояли молча и смотрели на лес. Даже не стали интересоваться, что за чары я наложила. Вспомнив, что мы не успели добраться до кухни, решительно направилась туда. Внутри так и клокотала злость. На принца, русалов, на ситуацию в целом.

Зачем он сидел возле меня четверо суток? Неужели не понимал, что поползут слухи!

Тит и Глин присоединились, тихо переговариваясь, и ни о чем меня не спрашивали. Видимо, решили дать время остыть.

К вечеру, когда весь дом сверкал чистотой, я спустилась в сад. Эльфийская магия была послушна, чары я призывала легко. Вдоль берез вырастила разноцветные тюльпаны, справа от входа в дом оставила зеленую лужайку, а слева сотворила небольшое озеро, заросшее белыми кувшинками и надежно укрытое по берегам в заросли роз. Не хватало для счастья лишь мотыльков да стрекоз, но и с этим удалось справиться.

Остановилась, рассматривая сотворенное и чувствуя, как внутри растекается горечь. Это место безумно напоминало дом, оставленный там, на поверхности. И в то же время оно было совсем другим. Но пытаться изменить что-то не стала, все равно мои чары, если я применяла эльфийские заклинания, закреплялись и не поддавались уничтожению.

С яблоневым садом я возилась дольше. Выращивала каждое деревце, представляя, как смогу гулять здесь и наслаждаться тишиной и спокойствием. Злость отступила. Я даже не заметила, как снова запела, возвращая в душу мир. Светлая, чистая песня, которую так любила Аранатариэль, лилась свободно и легко. Но в какой-то момент нахлынули воспоминания, и я расплакалась.

Глава третья

Глин приобнял меня, утешая и поглаживая по волосам. Он ничего не говорил, просто стирал с моих щек слезы и ждал, когда успокоюсь.

– У нас есть особый источник, Ариадна. Достаточно испить из него воды, и боль исчезает. Печаль, что хранит твое сердце, утихнет.

Я покачала головой. Это моя боль, моя память, моя жизнь. И я учусь принимать ее со всеми радостями и бедами.

– Если что, если вдруг передумаешь, – просто скажи. Я не стану ни о чем спрашивать, лишь отведу к источнику забвения.

– Испив из него, русалки забывают прошлое? – спросила осторожно.

– Да. Это как начать жизнь с чистого листа.

– Я не хочу забывать.

Глин кивнул, принимая мое решение, отпустил.

– Очень красивая песня, – заговорил принц о другом.

– Песня о красоте мира. Ее любила Аранатариэль, – ответила я.

Тит, который бродил среди яблонь, вдыхая сладкий аромат, замер и направился к нам.

– Ты знаешь звезду?

– Видела в королевском саду ее статую.

– Аран водил? – не удивился Глин, и я кивнула, решив его не разубеждать.

– Какая она? – мечтательно спросил Тит.

– Безумно красивая, – ответила я и создала иллюзию.

Русалы глядели на нее долго, с каким-то необъяснимым трепетом.

– Спой нам еще, Ариадна. У тебя бесподобный голос.

Я не стала отказываться. На небе уже вспыхивали первые звезды, мир менялся, казался нереальным, а душа требовала тепла и света.

– Спасибо. – Глин взял меня за руку и осторожно поцеловал раскрытую ладонь, когда мелодия стихла.

Я проводила их до калитки и обнаружила там толпу русалов в два раза больше, чем раньше. Все были взволнованы. Некоторые вытирали мокрые от слез щеки, другие пребывали в легкой задумчивости.

И что опять за напасть?

– Ариадна! – Из толпы вынырнула миловидная русалка с искусно заплетенной косой. Глаза ее были ярко-голубые, горящие. – Меня зовут Глинда. Извини нас за любопытство. Так сложно поверить, что кто-то из русалов мог использовать эльфийскую магию. У этого народа такие красивые яблони!

– Да и дом вы убирать при помощи магии не привыкли, – хмыкнул Тит, посмеиваясь.

Глинда улыбнулась, снова обернулась ко мне.