Ольга Шамшурина – Король Алмазов (страница 2)

На её родной планете длинные волосы у девушек считались нормой, при условии, что они аккуратно причёсаны. Однако, если волосы распускались по плечам, то это расценивалось как грубое нарушение устава и даже подлежало наказанию. Что касается этого недружественного лагеря, то, как тут относились к подобным вещам, пленница не знала.

«Может, у них тоже так, – размышляла Рута, – просто эти солдафоны молчат. Ну что ж, что есть, то есть. Эти грубияны сами виноваты, что сорвали с моих волос заколку, когда пленили меня».

Ветер вновь вырвал её волосы из-за воротника, но пленница не стала больше их укладывать. «Будь, что будет», – подумала она, украдкой глянув на сопровождающих её солдат.

Они быстро дошли до здания. Чистенькое, светлое и красиво обставленное помещение скорее походило на пансионат отдыха, чем на военный стратегический центр. Техническое оснащение здесь было на высшем уровне. Лёгкий, бесшумный лифт с прозрачными стенками, исполнявший команды по движению руки одного из офицеров, быстро доставил их на нужный этаж.

Когда они вышли из лифта, то оказались на круглой площадке, где располагались ещё несколько дверей разных цветов. Сопровождавшие её подошли к двери зелёного цвета и жестом позвали пленницу. Дверь раскрылась по взмаху руки главного офицера, открыв пространство нового лифта. Все трое зашли внутрь.

В отличие от первого лифта, этот двигался горизонтально, причём с большой скоростью. Через пару минут помещение вдруг заполнилось ярким светом, что заставило Руту от неожиданности зажмуриться. Открыв глаза, она увидела через прозрачные стены симпатичный вид ухоженных двориков, расположенных между большими зданиями, где в прозрачном туннеле на значительной высоте пролетел их лифт.

«Видимо, эти приспособления существенно экономят время на передвижение по длинным коридорам», – подумала Рута, внимательно посмотрев на спокойно стоящих рядом офицеров.

В следующую секунду кабинка лифта нырнула в новое здание, и двери тут же раскрылись. Офицеры, легонько подхватив девушку под руки, вышли из него. Немного пройдя по коридору, они завели её в небольшую, со вкусом обставленную комнату. Там инопланетянку уже поджидали несколько человек. Через переводчика пленнице предложили сесть и стали задавать вопросы, но Рута решила молчать.

«Мне нужно выждать время, – думала она. – Надо, чтобы прошли сутки, и наш корабль успел уйти в недосягаемую зону. Ведь по моим личным параметрам вражеские разведчики могут его запеленговать».

Из разговоров офицеров Рута поняла, что они думают, будто пленная не знает их наречия. А медик, который делал ей перевязку, по-видимому, не сообщил никому о её языковых способностях, решив, что инопланетянка, кроме слова «спасибо», не знает ничего большего.

«Моё молчание сейчас мне выгодно, – продолжала размышлять она. – Это может поспособствовать тому, что меня переведут в какую-нибудь лечебницу, откуда я смогу без труда сбежать к аборигенам».

Переводчик продолжал задавать ей вопросы, но Рута оставалась молчалива. Это насторожило офицеров, которые начали переговариваться между собой вполголоса, недоумевая, почему инопланетянка не отвечает.

Не добившись от неё ничего, в конце концов офицеры решили оставить пленную в покое и вызвать к ней психологов. Теперь Рута вновь осталась одна. Она огляделась и прошлась по комнате. Здесь, как и в вертолёте, не было окон. Это светлое помещение, освещённое встроенными в потолок светильниками, напоминало какой-то медицинский бокс или изолятор, где было всё жизненно необходимое: стол, топчан, а за узкой дверью – санитарный узел.

«Вот и хорошо, – думала она. – Офицеры наконец-то ушли. Теперь я смогу тянуть время».

Но вскоре, с тем же переводчиком и ещё одним парнем, видимо, из обслуги, который принёс фрукты, в комнату вошёл психолог. Он всячески пытался разговорить пленную, ловко подкидывая вопросы и создавая доброжелательную атмосферу. Дважды девушка чуть не поддалась его уловкам, но, вовремя спохватившись, смолчала, тщательно взвешивая каждое его слово.

После неудачных попыток завести разговор психолог с переводчиком так же покинули помещение. Рута взглянула на часы, которые висели на стене, и, утомившись от переживаний этого дня, легла на топчан. Свет в комнате сразу стал тускнеть, создавая сонную атмосферу. Она подняла взгляд на уже неяркие потолочные светильники и, не заметно погрузилась в глубокий сон. Периодически просыпаясь, девушка замечала, что кто-то приносит ей обед и ужин, но её аппетит, словно куда-то улетучился, и ей совершенно не хотелось есть.

Изолятор

Так продолжалось более суток – это Рута заметила по электронным часам, которые, сменяя цифры, тихо помигивали над входом в изолятор. По какому исчислению шли часы – по-местному или по времени их планеты, её не интересовало. Главное, она видела, что прошли сутки; часовой механизм на её костюме также показывал это. Пленница не могла сориентироваться по дневным показателям, так как комната, где находилась она, не имела окон.

«Ну вот, я подстраховалась, теперь точно уж прошли сутки, – думала девушка. – Теперь можно действовать».

Рута встала с топчана, и направилась на поиски санузла, где была приятно удивлена изысканностью этой цивилизации. Такого она не видела у себя на планете даже в самых дорогих гостиницах.

«Красиво жить не запретишь, – вздохнув, подумала пленница. – Техника у них хорошая, но вот как принять душ? Всё моё тело прямо кричит о необходимости такой процедуры. А будь что будет…»

Рута решительно сняла свой костюм, повесила на торчащие в стене крючки, рядом разместила нижнее бельё и, глубоко вдохнув, ступила в душевую кабинку. Стеклянная, тонированная в нижней части, дверь сама закрылась за ней.

Как только инопланетянка разобралась в новом для себя устройстве и отрегулировала температуру воды, она с ужасом заметила через верхнюю прозрачную часть двери, что вся её одежда, оставленная у входа в душевую кабину, исчезла в проёме стены вместе с крючками, на которых та висела. Испуг охватил пленницу, но тёплая вода с её благодатным воздействием начала успокаивать, смывая накипевшие тревоги.

«Ну и ладно, – подумала Рута, – буду ходить голая. У них тепло, даже жарко, а при желании завернусь в какую-нибудь простыню».

Отбросив тревоги, она решила насладиться благодатью падающей тёплой воды. В это время на одной из стен вдруг появились тюбики, размещённые в прозрачной корзиночке с яркими разноцветными рисунками.

«Ух ты, какая прелесть, наверное, это шампуни и гели», – подумала она, вчитываясь в названия.

Эти гигиенические средства, которые очень порадовали Руту, оказались ароматными, и, с радостью открывая крышечки, она вдыхала приятный запах, выдавив чуть-чуть на ладошку, размазывала по рукам и плечам. Она всегда любила воду: душ, купание в бассейне или, ещё лучше, в чистом водоёме, который всегда казался ей настоящим спасением от забот и невзгод.

Вволю наплескавшись и почувствовав лёгкое утомление, девушка отключила воду и, к своей радости, заметила, что из стенки, так же тихо, как и исчезла, появилась её одежда, а к ней в дополнение – пушистое полотенце.

«Что ж, нормально, сервис что надо. Наверное, чтобы случайно не забрызгать одежду, её убирают… – подумала Рута, – хотя нет, двери и стенки душевой кабины изолируют от воды. Интересно, тогда зачем же это действие?»

Она протянула руку, и дверца душевой кабинки открылась, предоставляя возможность взять полотенце. Вытерев лицо и волосы, пленница только сейчас заметила, что её одежда была безупречно чистой. Бесследно исчезли огромные пятна на коленях её полётного костюма. Эти тёмные следы остались после того, как Рута сбежала с Энди от бушевавшего вокруг землетрясения. Тогда она споткнулась и упала на хвойное дерево, испачкав костюм липкой смолой. Позже на эти пятна попала пыль, и они выглядели ужасно. Будучи всё-таки женщиной, она из-за них чувствовала себя неловко. Даже здесь, во враждебном лагере, старалась по возможности прятать свои грязные колени.

«Вот спасибо», – улыбаясь, подумала девушка, подсушивая феном и причесывая свои длинные, слегка кудрявые волосы, одновременно поглядывая в небольшое зеркало и в зеркальное отражение стен.

Повесив на крюк полотенце, краем которого слегка отжала взмокшую повязку на руке, она надела приятно пахнущее свежестью и нежным дезодорантом своё нижнее бельё и, словно бы обновлённый, костюм.

Выйдя из душевой, Рута походила по совершенно пустой комнате, где на какое-то время её оставили в покое военные и психологи. Не найдя, чем заняться, пленница легла на свой топчан и вновь уснула, проспав почти сутки. Это она заметила, проснувшись и взглянув на по-прежнему безупречно работающие часы её костюма, несмотря на стирку. Мигающие настенные часы в комнате, где она продолжала оставаться, забытая, к её радости, всеми, показывали тоже, что прошёл день.

«Конечно, очень странно, что я так долго спала, – размышляла Рута, лёжа, – хотя можно найти этому объяснение. Мы очень переволновались из-за этого полёта, с теми трудностями, которые возникли на пути, устроив несколько бессонных ночей, а плюс ко всему моё положение… – Рута вздохнула и села. – Ну ладно, отдохнула – теперь надо действовать. За это время меня больше не тревожили, видимо, что-то выжидают. Но что бы там ни было, спасибо и за это. Мне нужно было отдохнуть. Они всё же достаточно толерантны. У нас на планете такого блага не позволили бы, из пленников обычно быстро выбивали информацию. А там уж в зависимости от содержания её и отношение. Но чаще всего этим бедолагам не позавидуешь».