Ольга Шах – Айлин (страница 2)

Часовой на Смотровой башне увидел наше приближение, и решётка на воротах медленно поползла вверх, наш отряд медленно, по одному, втягивался в узкий проход, во внутреннем дворе послышались резкие приказы и распоряжения. А я, пританцовывая от нетерпения, ждала, когда смогу подняться на высокое крыльцо, попасть в собственные покои и просто принять горячую ванну.

Позади меня суетилась кормилица, отдавая приказы о том, чтобы мои вещи были доставлены в малые покои, а с мебели были сняты чехлы и проветрены все комнаты. Я улыбалась, поднимаясь по узкой лестнице. И пусть этот дом гораздо меньше и менее комфортен, нежели замок дяди Ангайда, именно здесь я всегда чувствовала себя дома… и пусть сама крепость задумывалась просто как оборонная цитадель, я была благодарна отцу за то, что он твёрдо настоял на том, чтобы сделать её жилым домом. Хоть и напоминающим немного казарму.

Моих сил хватило только на то, чтобы принять ванну, вытереться большим полотенцем с помощью верной кормилицы, и рухнуть в кровать. Дорога в горах всегда очень утомляла меня, а ещё постоянные перестраховки – и подавно…

Следующее утро наступило для меня раньше, чем я планировала. Просто Брина решила, что нет лучшего времени для того, чтобы заняться пересмотром моего гардероба, чем раннее утро.

- Вот, это очень милое платьице! – тихонько бормотала она, что-то выискивая в моей гардеробной – И леди не надевает его уж год, а то и больше. Стало быть, не нужное оно ей…

Я сонно открыла глаза и увидела горизонт, на котором ярким диском вставало солнце.

- И чего тебе не спится, кормилица? – недовольным и хриплым ото сна голосом поинтересовалась я, приняв полусидячее положение.

Глава 2

Я косо смотрела на Брину, которая медленно выплывала из моей гардеробной, прижимая к себе какие-то цветастые тряпки.

- Ой, а ты уже проснулась, птичка моя? – заулыбалась она – А я тут, дай думаю, платьица твои переберу да выброшу ненужные. А то только место занимают, и всё тут. Да ты сама посмотри!

Я посмотрела, конечно, на то, что мне предлагала кормилица. Летнее платье в её руках было весьма миленьким, хоть я и не могла вспомнить ничего такого в своём гардеробе, а всё дело в том, что нарядов у меня – бесчисленное множество, и запомнить какой-то конкретно часто просто не было возможности, особенно, если надевала его всего лишь пару раз. А сейчас я с сомнением любовалась на предложенное платьице. И зачем его выбрасывать, интересно?

- Я вот, что подумала – раз ты кое-что не носишь, так я отдам вдове одного из наших солдат? Она будет аккурат фигурой, как ты, моя птичка! Если ты… ну… если… хотя, ты права, очень, очень нужный тебе наряд…

Брина стушевалась и не знала, куда ей деваться, она просто стояла и потеряно мяла в руках выбранные вещи.

Я с кряхтением соскребла себя с постели и медленно подошла к гардеробной, после чего уставилась на свою одежду.

- Как все эти вещи здесь оказались? – проворчала я, быстро стаскивая свои наряды с вешал – Ужас, просто ужас! Брина, я надеюсь, что ты немедленно избавишься от этого ненужного хлама.

Та мигом повеселела и закивала головой.

- Вот! И я об этом! Как знала, что ты будешь не против. Ты уж прости меня, что разбудила тебя не ко времени, я же тихонько хотела… ка бы я знала, что тебя побеспокою…

Я только махнула рукой – подумаешь, какая ерунда. Как говорит кузина: «Кто рано встаёт, тому Бог подаёт»! Для меня сложна эта аллегория, но смысл в том, что ранний подъём сулит долгий и плодотворный день. Я чувствовала себя вполне выспавшейся и поэтому спустилась вниз. Увидевший меня папенькин ординарец сообщил, что он ещё не возвращался с проверки утреннего дозора.

Я почувствовала, что у меня развязаны руки, и отправилась на кухню. На кухне у нас уже много лет командовала тётка Алиша, баба несговорчивая и вздорная. Но готовила она неплохо, во всяком случае, ни у кого её стряпня нареканий никогда не вызывала. И, кроме того, почему-то находилось немного людей, желающих отправиться в нашу крепость.

Как бы то ни было, но я решила слегка разнообразить наше меню, и поэтому сейчас уверенным шагом двигалась в сторону кухни. Судя по запаху жарящегося бекона и печёной брюквы – готовится завтрак. Я открыла дверь обвела взглядом суету, творящуюся перед моими глазами, и ощутила подъём настроения. «Это я удачно зашла!» - решила я и растянула губы в довольной улыбке.

- Леди Айлин? – удивился поварёнок, который волок бадью с водой на плиту.

Ещё двое переглянулись, но промолчали. Я же царственным наклонением головы поприветствовала всех и подошла к столу, где рубилось мясо и овощи для завтрака. Тётка Алиша была уже наготове и недобро смотрела на меня исподлобья.

- Доброе утро, леди! – пробурчала она, осматривая меня самым внимательным образом – А мы тут… кухарим, значит.

- И вам не хворать! – отрезала я тоном кузины Полли.

Кухарка встрепенулась, но явной угрозы пока не ощутила.

- И что же сегодня будет у нас на завтрак? – поинтересовалась я, рассмотрев в большом чане куски сала и зелень.

- Так… как обычно, стало быть – кухарка стала загибать пальцы, немного напоминающие коротенькие колбаски – бараний рубец с луком, рагу из брюквы и рыбный молочный суп.

Я закатила глаза и тяжело вздохнула.

- То-то и оно, что «как обычно»! Полина, моя кузина и дочь лорда Ангайда, приехала из континента и была просто поражена убожеству и простоте подаваемых блюд нашего стола. Да если бы вы только видели выражение её лица, когда в замке её папеньки ей предложили попробовать пироги с горохом и фасолью! Нет, она, конечно, слишком хорошо воспитана для того, чтобы выразить вслух своё недовольство! Вместо этого она просто показала нам новые утончённые блюда польской кухни. Поэтому решено – сегодня же испробуем новинки – отварное яйцо и поджаренный хлеб с маслом. Ну, а для особо непривередливых можно добавить немного мяса.

По пухлому лицу поварихи было сложно сказать наверняка, как она относится к моим словам, поэтому я решила просто сообщить сложные рецепты блюд для завтрака.

- Яйцо куриное мы моем и после этого кладём в кастрюлю и ставим на огонь. Готовым это блюдо считается через небольшое время после закипания воды. Поджаренный на сливочном масле хлеб можно подавать без гарнира, так положено.

Тётка Алиша переминалась с ноги на ногу, в её голове происходила нешуточная борьба – с одной стороны, приказ был более чем ясен, и ослушаться его она не посмела, хоть в её глазах я прочла желание отправить меня с моими новшествами, куда подальше. С другой стороны – если она вот так, за здорово живёшь, просто кивнёт и скажет, что всё будет исполнено, то, как же её репутация бесстрашной поварихи? Дилемма. Но я в любом случае, решила не дать ей шанса обдумать мои слова, поскольку развернулась и отправилась к выходу, спросивши напоследок, всё ли понятно.

Поварята загалдели, уверяя, что я объясняю свои мысли на редкость внятно. Я улыбнулась и выплыла из кухни. Не думаю, что тётка Алиша всё исполнит, как следует. Не та у неё натура, потому как «деды наши так не делали, и мы не будем». Я шла и мысленно усмехалась – жить по заветам предков – это, безусловно, хорошо… если предки у тебя адекватные. Но лично мои были из клана Маккармейг, что само по себе уже не очень хорошо. А, учитывая, что отца часто называют «Рыжий Топор» - и вовсе навевает на мысли…

Я зашла в малую столовую и изящно опустилась на стул, который торопливо отодвинул для меня батюшкин ординарец.

- Доброе утро, милая! – сиял улыбкой отец и тяжело плюхнулся на свой стул – Отчего столь ранний подъём?

- Как отчего, папенька? – я скривила лицо – Когда беда у меня, и я вся в расстройстве пребываю!

Отец поёрзал на стуле и стал мучительно перебирать в уме причины, которые могли нанести мне столь сильную душевную травму.

- И что же случилось? – наконец, выдавил он, не придя к какому-то однозначному решению.

- Мне совершенно нечего надеть! – я закатила глаза к потолку – Просто совершенно! Это просто безобразие! Я велела собрать все эти ненужные тряпки и убрать с глаз моих куда подальше, чтобы они не расстраивали меня. Авось, они кому-нибудь и пригодятся, да только я так больше не могу! Поэтому-то я и решила, что в первый же торговый день отправлюсь на тракт и куплю себе тканей, а затем Брина может мне сшить новые платья взамен старых. Примерка новых платьев меня всегда немного успокаивала.

Милорд Эйлбарт задумчиво пожевал губами, подбирая слова, чтобы описать своё отношение к моей беде, но потом махнул рукой. Возможно, его мои обновки тоже наводили на лирический лад. Впрочем, никакой другой реакции на свои слова я и не ожидала – отец был весьма равнодушен к моим бедам и нуждам, почему-то искренне считая их глупостью и блажью. И он выходил из всех непонятных ситуаций привычно и просто – просто удовлетворяя мои прихоти. Распахнулась дверь, и стали подавать завтрак. Папенька заметно повеселел и даже потёр руки. Я улыбнулась и стала рассматривать то, что получилось у поваров.

Собственно говоря, выглядело совсем недурно – яйца в моей тарелке были совершенно такие же, как и те, что готовила Полина. Во всяком случае, внешне. Впрочем, как и тосты. Я внимательно наблюдала затем, как отец рассматривает какую-то интересную котлету. Н-да уж… как я и предполагала, тётку Алишу просто так не сломать – зря я, наверное, говорила, что можно добавить мяса. Просто я не подумала о том, что бедное яйцо можно очистить, обмакнуть в мелко порубленное мясо, и так запечь. Вышло яйцо, печёное в мясе. Но отец, вопреки моим надеждам, не стал ругать повариху за столь отвратительное блюдо, а с видимым удовольствием принялся за завтрак.