Ольга Сергеева – Чужая кровь (страница 9)
В селе каждый знал друг друга в лицо. Для жителей Светлояра настала ночь, которую впоследствии никто не мог забыть. Отец Николай, бросившись к двери, выбежал на улицу и, охваченный паникой, начал искать дочь. Тревога охватила всех. Друзья и соседи, забыв о празднике, объединились, чтобы найти Аню. Люди обошли все окрестности и заснеженные поля. Её нигде не было. К селянам присоединился дядя Василий, староста Светлояра, который всегда был в курсе всех дел. Чтобы лучше организовать людей, он собрал всех жителей на площади, разделил на группы и выдал всем фонари.
Поиски продолжались несколько часов, но безрезультатно. Подруга Ани, Лена, с которой девочка училась в школе, сказала, что видела, как Аня шла к лесу. Не теряя времени, отец Николай повёл группу в указанном направлении, но и там ничего не нашли, только набрали полные сапоги снега. Николаю оставалось лишь молиться, надеясь, что дочка была в безопасности. Люди из соседнего села, узнав о случившемся, присоединились к поискам. Они звали Аню, но их голоса тонули в тишине ночи. Когда глубокая ночь опустилась на землю, только яркие звёзды, словно слёзы на чёрном небе, смотрели вниз на их безуспешные поиски.
После безрезультатных поисков родители Ани сообщили в полицию. Сначала в местном отделении к делу отнеслись с осторожностью. У правоохранительных органов пропажи несовершеннолетних девушек, несмотря на безупречную биографию, меньше всего вызывали настороженность: «Ну и что, что дочь священника, ну и что, что скромная и праведная, гормоны, Рождество, загуляла, вернется…». Однако через три дня после того, как исчезла Аня, дело передали в Москву. Там тоже началось всё сначала. Капитан Крылов, заместитель начальника отдела Южного округа, усмехнулся, когда получил информацию о пропаже дочери священника.
– Еще одна девчонка сбежала от родителей. Небось папаша в строгости держал, в целомудрии… Хм-хм… А это им надо, современной молодежи?
Он просмотрел отчет. Аня была известна в Светлояре как всеобщая любимица, но основанием для паники это для него не являлось. В таких случаях, чтобы найти сбежавшую, обычно хватало суток. Крылов взглянул на дату исчезновения. Три дня. Настороженность начала усиливаться по мере того, как капитан углублялся в изучение отчета. В Светлояре были обеспокоены все: друзья Ани, утверждавшие, что девушка не могла просто так уйти; соседи, подтверждающие, что более чистой души в их селе не было; не говоря уж о родителях и братьях, которые места себе не находили.
Сначала Крылов назначил для расследования небольшую группу, почувствовав интуитивно, что дело может принять необычный оборот. Полицейские опросили учителей Ани, родителей и знакомых девушки. Каждый из них говорил о ее любви к людям, животным, природе, о ее мечтах и светлом характере, о том, что она никогда не оставляла никого без внимания, была отзывчивой и примерной. Однако то, где она может находиться в настоящее время, никто указать не мог.
Отец Николай был в отчаянии. Во время службы, которые он не прекращал, он обратился к своей пастве:
– Братья и сестры, от всего сердца благодарю вас за помощь в поисках Ани, помолимся же за ее скорейшее возвращение к нам!
Люди, помня, как отец Николай всегда заботился о них, как все любили его дочь, с еще большим старанием принялись за поиски девушки. Не только в соседних селах, но по всему району были развешены объявления с фотографиями Ани, уже совершенно чужие люди, не знавшие ее, обыскивали окрестности. В полицию начали поступать анонимные звонки. «Я видела ее!» – дрожал от волнения голос на другом конце провода, и волонтеры бросались на заброшенные фермы, в коммунальные квартиры, даже по несуществующим адресам. Но всё было безрезультатно.
На следующий день разослали ориентировки, и патрули, объезжая окрестности, начали досконально проверять каждый уголок. В бесконечные расспросы о пропавшей были вовлечены знакомые, соседи семьи Берестовых и просто прохожие. Все говорили одно и то же – Аня была улыбчивой и доброй, всегда помогала другим, но никто ее не видел после того, как она вышла из церкви накануне Рождества. В Светлояре напряженная атмосфера стала обычным явлением. Полицейские с блокнотами в руках стучались в каждый дом, показывали фотографию Ани и спрашивали:
– Эта девушка пропала, вы ее видели?
Обескураженные люди удивлённо смотрели на офицеров полиции. Почему они говорят о ней, как о неодушевленном предмете? Как они не понимают, что это не простое исчезновение? Но ничего конкретного никто предположить не мог. С наступлением вечера, когда солнце начало опускаться за горизонт, патрулирование становилось более интенсивным. В каждом переулке можно было услышать:
– Если вы вспомните что-то или увидите что-нибудь подозрительное, сообщите нам.
Эти слова стали звучать как мантра. Отец Николай уже не бегал по окрестностям, а стоял на пороге своего дома, в растерянности глядя на проезжающие по улице полицейские машины. Группы волонтеров тоже не знали, куда им еще пойти, лишь собирались во дворах, обсуждая дальнейший план действий. Николай знал, что не может сдаться. Информация появилась в местных новостях. После этого родители Ани, находящиеся в состоянии отчаяния, вместе с волонтерами решили начать собственное расследование. Они снова обходили все места, где бывала их дочь, снова опрашивали знакомых и друзей, надеясь найти хоть какую-то зацепку.
Каждый новый день приносил лишь очередные страхи и вопросы. Отец Николай, не теряя надежды, молился каждый вечер о том, чтобы его дочь вернулась домой. Каждое утро, перед тем как выйти на улицу, он думал, что сейчас увидит Аню. Исчезновение девушки стали обсуждать в соцсетях, и вновь, когда появлялись сообщения, что кто-то видел ее в соседнем городе, сердца родителей сжимались от неоправдавшихся надежд. Когда же туда отправлялись, чтобы проверить информацию, несмотря на усталость, их ждало новое разочарование. Начала укрепляться уверенность, что девушка стала жертвой преступления.
Просматривая отчеты, Крылов заметил несколько совпадений. Местные жители во время опросов упоминали о незнакомой машине, которую в день исчезновения Ани видели неподалеку от села. Изучили записи с расположенных на въезде камер видеонаблюдения и обнаружили, что в Светлояр действительно въезжала машина с неместными номерами. Но мало ли машин въезжает в село? Стоит ли быть уверенными, что дело не обошлось без криминала? Снова бесконечные опросы, еще больше сеющие панику:
– Нет в нашем селе места для таких ужасов, неужели бедная девочка стала жертвой злых людей?!
Всё же полицейским удалось добиться от одного местного охотника информации о странных звуках, похожих на сдавленные крики, которые были слышны со стороны леса в тот вечер, когда пропала Аня. Он оправдывался, что сначала не придал этому значения и лишь теперь осознал всю серьезность ситуации. Полицейские снова разделились на группы и еще раз организовали масштабную операцию по прочесыванию леса, надеясь найти хоть какие-то улики. И снова они ничего не нашли. С каждым часом уверенность в том, что девушка стала жертвой преступления, только укреплялась.
Глава 7. Похоже, у нас серия
В кабинет капитана Николая Семеновича Евдокимова вошла женщина, одетая в простое темное пальто. Сидящий за столом следователь, едва взглянув на женщину, благодаря своей интуиции сразу понял, что сейчас произойдет нечто необычное. Женщина выглядела взволнованно, но не настолько, чтобы внушать беспокойство. И все же… Капитан приготовился услышать то, о чем ему впоследствии предстоит крепко задуматься.
– Здравствуйте, – сказала женщина. – Мне сказали обратиться к вам.
– Ну что ж, раз сказали, проходите, – приветливо подбодрил посетительницу следователь и представился: – Капитан Евдокимов.
– Моя фамилия Разумова. Вера Николаевна, – ответила женщина.
– Прошу вас, Вера Николаевна. Что у вас за беда?
– Понимаете, у нас по всему району расклеены фотографии девушки, Маши Ивановой, – сказала женщина. – Написано, что она пропала.
– Да, да, да! Вы ее видели? – обрадовался капитан.
– Нет, девушку я не видела. Но там описаны ее приметы. Да и на фотографии видно. Ее волосы. Они светлые.
– Так, и что же? – Евдокимов не понимал, к чему клонит женщина.
– В листовке… ну, в той, что на столбе висит… написано, что волосы у девушки редкого золотистого оттенка. Это особая примета такая.
– Верно, так сказали ее родители. А какое это имеет отношение…
– У моей сестры такие же волосы и голубые глаза, – сказала Вера и заерзала, пытаясь отыскать носовой платок в карманах пальто.
– Продолжайте, – сказал Евдокимов.
– Моя сестра, Надя, она немного… ну, с нервами у нее с некоторых пор были проблемы. Всё успокоительное пила, даже к врачу ходила. Тот посоветовал ей обратиться к психиатру, но она боялась, всё говорила, вдруг в психушку упекут. И вдруг она пропала.
– Как пропала? – Именно в этот момент в голове капитана прозвенел первый тревожный звоночек. – Когда это случилось?
– В том-то и дело, что я не знаю. Последний раз мы виделись больше недели назад. Тогда Надя мне сказала, что ей хотелось бы уехать в деревню. Она собиралась пожить вдали от суеты и отдохнуть. Честно говоря, я ей не поверила, но на всякий случай стала отговаривать. Говорила ей: «Куда ты поедешь, как ты будешь жить одна?» Несколько дней назад позвонила ей, а телефон не отвечает. Вне доступа. Господи, думаю, ведь эта ненормальная и вправду способна уехать в какую-нибудь глушь, где связи нет!