Ольга Рыжая – Целительница для воина (страница 3)

Лута сладко застонала подомной и призывно выгнулась, и не стал ее разочаровывать, уверенно вошел до самого конца ее лона и наклонившись приласкал языком сначала один сосок, а затем второй, сделал первое движение бедрами и стал медленно двигаться, постепенно ускоряя темп, наслаждаясь видом стонущей от наслаждения девушки и подпрыгивающую от каждого толчка груди девушки.

Какой-то частью своей души, понял, что, вдовствующая жена воина, жаждала сильного и уверенного в себе любовника, который станет ее брать мощно, быстро вколачиваясь до самого конца. Поэтому я подался назад, почти выйдя, а затем вошёл одним махом, снова вырвав из груди целительницы громкий стон желания, и уже более уверенно взявшись за бедра девушки принялся вколачивать в нее свой член.

А Лута от этого вцепившись руками за край стола стонала и кричала, от удовольствия. Девушку брали грубо, властно, уверенно, а ей все нравилось, ведь в том соитии не было принуждения и боли, а была только жаркая страсть с парнем которого она сама захотела и отдалась ему настолько глубоко, что сейчас была только стонать от удовольствия, ощущая, как ее растягивает огромный член и толчками таранит ее лоно.

Немного изменив позу и угол проникновения, чтобы молодая кожа на члене и бедрах подвергалась меньшему трению о такое прекрасное, влажное и тугое лоно девушки-целительницы. Шире расставив ноги, принялся двигаться, словно поршень, вколачивая свой член в глубины Луты. Я чувствовал, как влажная горячая щелочка, туго обхватывает мой член, словно не желая отпускать, задевая внутри женского лона определенные точки удовольствия, даря нам обоим невероятное наслаждение, тем самым срывая с губ девушки громкие стоны страсти.

Но как это бывает, после воздержания долго продержаться я не смог. Стоны, и шлепки влажных тел, заполнившие кухню, и осознание, что эта горячая женщина теперь моя, слишком быстро вознесли меня на вершину блаженства. Моя прекрасная Лута последовала за мной с громким криком наслаждения. Я тоже не скрывал своих эмоций и удовольствия. Но на этом я не собирался останавливаться, и бурно кончил прямо в девушку, мысль о ребенке отозвалась теплом в моей душе.

ГЛАВА 3

Лута

Стоны, и шлепки влажных тел, заполнили кухню, Фео сделал несколько быстрых толчков и громко застонав начал бурно кончать прямо в меня, и именно в этот момент, я вознеслась на волнах удовольствия на самый высокий пик удовольствия, протяжно застонала, почувствовав, как сжимается и пульсирует в сладострастной истоме мое лоно, высвобождая давно забытое наслаждение.

– Фео, это было прекрасно! Я так давно не была с мужчиной и так давно так хорошо мне не было…, – произнесла тихо, едва придя в себя после прекрасного оргазма.

– А сейчас будет еще прекраснее! – подхватил на руки и понес на свою кровать. А затем перевернул меня на живот, поставив так, что моя попка торчала в его сторону.

– Решил сменить позу? Похвально!

– Да, Лута – голубушка, хочу тебя в такой позе взять, но сначала приласкать, – прошептал мне на ушко парень, и начал медленно ласкать меня пальцами, теребя пальцами мой комочек нервов от чего я прогнулась еще сильнее и застонала от удовольствия.

Нашептывая мне на ушко разные пошлые словечки, он продолжал ласкать меня между ножек от чего я стала вся влажной и готовой снова принять его большой член. Фео видимо тоже это понял и отстранившись, проложил дорожку поцелуев вдоль позвоночника.

Одним плавным движением вошёл в меня на всю длину, и я не смогла сдержать похотливый стон удовольствия, а затем и вовсе расслабленно легла головой на сложенные руки и с нескрываемым наслаждением застонала в голос. Как только член парня вновь начал таранить мое лоно.

Феогонт крепко держа меня за бедра начал быстро двигаться, постепенно наращивая темп толчков. Почти выходя, а затем снова загоняя в меня свой ствол, чувствуя, как крепко сжимает лоно, словно не желая отпускать.

Парень принялся долбить меня своим мощным членом, громко шлепая бедрами и низом живота о мою попку, слыша влажные звуки лона, я возбудилась еще сильнее и при каждом толчке я громко кричала и стонала от удовольствия.

Я буквально таяла под этими мощными толчками. Мое тугое, забывшее мужскую ласку лоно, жадно хваталось за его большой и толстый член, что заполнял всю меня изнутри, и который, словно не зная усталости долбил меня с такой же скоростью, как в начале. Лоно пульсировало удовольствием, уже привыкшее к крупным размерам мужского органа.

В один момент он ухватил меня за волосы, но не грубо и резко, как делал это муж, а очень нежно, больше для привлечения внимания, заставив запрокинуть голову и тут же впился мне в губы страстным поцелуем, соединив наши стоны наслаждения в один. Мне было очень хорошо, внутри меня все продолжало пульсировать от оргазмов наслаждения.

Все тело сотрясалось под мощными толчками, грудь раскачивалась из стороны в сторону, а волны удовольствия протекали из заполненного до предела лона до самой макушки и кончиков пальцев.

Феогонт же, сам находившийся на грани, почувствовав пульсации женского лона, начал ещё сильнее вдалбливать свой член, желая еще раз с новой силой услышать такие приятные слуху громкие стоны и крики наслаждения, и парень даже не подумал вытаскивать, он намеренно излился своим горячим и таким невероятным наслаждением глубоко в лоно девушки.

Ощущение того, как раздулся и запульсировал член внутри меня несло такое сладкое и давно забытое чувство приятной истомы после любовных утех, почувствовав, как начало разливаться в меня горячее семя, к своему удивлению, вдруг поняла, что совсем не против родить ребенка от Феогонта, и эта мысль словно молния пронзила не только сознание, но и лоно, и я вновь взлетела к небесам наслаждения и расслабляюще приятной неги удовольствия.

Только надо, чтобы об этой страсти никто не узнал, иначе мне придется держать ответ перед старейшинами.

На следующее утро я отправилась в дом семьи Феогонта, чтобы поведать семье, как здоровье их отпрыска. Ривона уже несколько раз присылала вестник, с просьбой прийти и рассказать о том как продвигается лечение ее сына.

Дверь мне открыла сама Ривона, увидев меня она всплеснула руками и принялась суетиться, приглашая в дом и усаживая за стол.

– Лута милая, присаживайся. Как он? – тут же встревожено спросила женщина, сев за стол напротив и требовательно уставилась на меня, но на секунду отвлеклась, услышав наверху шум.

– А ну исчезли! Продолжайте вышивать, я потом сама все вам расскажу, нечего подслушивать! – коротко рыкнула Ривона на младших сестёр Фео, которые показались на лестнице ведущей на второй этаж. – Представляешь, говорят чужак в поселке объявился, в старом доме Трифона поселился, то ли сын он ему был, то ли внук, одни боги разберутся, пришлось к делу приставить, чтобы лишний раз на улицу не выходили, так они такими важными резко стали, – покачала женщина головой. -Но не об этом сейчас разговор, – коротко качнула она головой. – Как там Феогонт?

– Всё хорошо. – успокаивающе улыбнулась. – Ошпарило его конечно хорошенько, но всё в порядке. Кожа восстановиться, даже шрамов не будет.

– А… – неуверенно начала Ривона.

– Что? – вопросительно подняла я бровь, уже догадываясь, о чем она хочет спросить.

– А как он… У него же живот, ноги и… – всё так же неловко пробормотала мать парня, хотя от сильной характером Ривоны слышать такую неуверенность было необычно, но затем она видимо собралась и подняв уверенный взгляд, спросила в лоб. – У него же все его мужское хозяйство ошпарило. Он потом с женщиной возлечь сможет? Внуки у меня от него будут?

– Сможет, пострадала только верхняя кожа, яички в полном порядке, пострадала только кожа. Насчет внуков, это не ко мне, – пока во всяком случаи, добавила про себя невольно вспомнив как Фео глубоко изливался во мне.

– Спасибо, что лечишь его. Он пока у тебя побудет или ему уже можно возвращаться? – спросила Ривона.

– Думаю, еще пару дней побудет, – ответила спокойно, а у самой внизу живота разлилось легкое возбуждение. Эти два дня будут очень страстными.

– Спасибо, Лута. Вылечи парня, сама знаешь, мы в обиде не оставим, – уверенно произнесла Ривона.

– Ничего не надо, кузнец уже за все заплатил, – вспомнила мешочек серебряных монет на дне корзинки с едой. – Но от красивого платья на будущий праздник урожая не откажусь, я тоже в долгу не останусь! – положила руку на стол собираясь прощаться и уходить.

– А… Слушай… Даже не знаю, как спросить…, – снова стала смущаться Ровена.

– Спрашивай прямо, – мягко улыбнулась, удивляясь странной робости собеседницы.

– Понимаешь, Фео он же… такой красивый стал… А тут такое… Ты говоришь шрамов не будет… На животе и на ногах… А на этом?

– Ааа… Вон ты о чём, – усмехнулась и наклонившись к Ривоне, тихо сказала. – Не переживай. Всё у него с этим в порядке. И там тоже шрамов не будет. Вылечу и будет как новенький. На то я и целительница, чтобы исцелять и лечить и шрамов не допускать! – добавила я уверенно.

Женщина немного покраснела от моего заявления, и еще раз поблагодарила за лечение.

На том и распрощались, и каждая отправилась по своим делам. Быстро пройдясь по торговым лавкам и купив некоторые мелочи, возвращалась домой чувствуя, как между ног горячо, от предвкушения очередного «лечения» Фео.