Ольга Рыбкина – У подножия горы (страница 4)

Как и Селена он был безумно рад рождению детей, возлагал на них огромные надежды, мечтал о том, как все они будут счастливы. Он окружил заботой и любовью свою жену, в благодарность за подаренное счастье быть отцом.

С самого рождения этих детей окружала любовь. Любовь сразу двух родителей, казалось бы так обычно, но с другой стороны так редко в их сложном мире. Селена стремилась рассказать детям все, что сама считала главным в жизни. Для нее было важно, чтобы дети знали, что такое любовь, добро, счастье, справедливость и достоинство. Она тщательно отбирала легенды, которые с огромной любовью читала им перед сном. Замечала любые огрехи в их воспитании и, старалась вовремя их исправить. Своими частыми, но весьма справедливыми замечаниями, она хотела привить в них самоуважение и дисциплину.

Ей повезло, ее очень любил муж. Отец ее детей был не только не равнодушен к процессам воспитания, но и сам активно в них участвовал. Иногда перед сном, Селена закрывала глаза и думала о том, как ей повезло. Как несказанно ей повезло в том, что она любит и любима. Когда муж ласков и искренен с ней. Когда он с нежностью относится к их детям. И даже то, что она королева, не затмевало ни на секунду ее глубокого женского счастья. И лишь единственный человек во всем замке изредка заставлял ее погрустить.

Королева-мать, несмотря на все усилия Селены, большую часть своего свободного времени старалась уделять внукам. В них она видела второй шанс, данный ей жизнью, на то, чтобы исправить все прошлые ошибки, которых она видела немало для себя в воспитании собственного сына и, наконец, получить достойных наследников ее королевства. Твидор был по ее мнению слишком добр, слишком щедр и мягкосердечен. Практически во всех его поступках она видела слабость и мягкость характера, которые по ее мнению не должны отуманивать разум достойного монарха. Не реализовав свои амбиции в собственном сыне, она искренне надеялась проделать это с внуками. Больше всего ее внимание занимал маленький Георг, так похожий на своего отца в детстве. Такой же любознательный и заводной, игривый и веселый он никогда не оставался без внимания и заполнял своим присутствием все пространство какой-то неуемной и светлой энергией. Королева-мать очень любила наблюдать за его играми. В отличие от его матери она никогда не одергивала его за грубость или неуважение, так как искренне считала, что уважать должны были его, а не наоборот. Георг очень любил оставаться с бабулей. Он делился с ней секретами, посвящал в планы следующего дня. В ее присутствии он как-то особенно чувствовал свою величественность, что не могло не нравиться маленькому ребенку. Королева-мать не требовала от него отчета о сделанных заданиях или мгновенного и беспрекословного повиновения. Все, что от него требовалось лишь играть и веселиться, ибо жизнь будущего короля, по мнению его бабушки, не должна быть омрачена такими понятиями как совесть или ответственность.

Все это не могло не огорчать Селену. Она не раз пыталась поговорить с Твидором, о пагубном влиянии бабушки на их сына, но это не казалось ему чем-то действительно серьезным. Он знал о прениях матери и жены и, поэтому всячески старался избегать этой темы, ведь повлиять на это было не в его королевской власти.

В своем сыне он видел просто ребенка, которому нужно дарить ласку и любовь. Что поистине не мало, но иногда родителям трудно замечать очевидное.

Юная Эмма не во многом в этом возрасте отличалась от Георга. Она была так же подвижна и весела. Любила шалить вместе с ним и смеяться. Но, в отличие от брата, она никогда не позволяла себе лишнего. Она прекрасно знала, кем является, и что все вокруг – это ее подданные, однако, как и у матери, у нее было какое-то врожденное достоинство, которое помогало ей правильно себя вести в той или иной ситуации. Нередко она сама поправляла Георга, настолько умело насколько это может сделать ребенок. Она очень любила своего брата. И он отвечал ей тем же. Она так же любила и свою бабулю, однако та, держалась с ней сдержанно. В Эмме она, прежде всего, видела ее мать и это было сильнее даже любви к собственной внучке. Но юная принцесса не обижалась, точнее сказать она этого и не особо замечала в силу своего возраста и того, что общаться с бабушкой ей было особо не интересно. Именно поэтому она частенько оставляла их с Георгом наедине.

Как и ее брат, она любила больше играть, чем заниматься, но и к занятиям старалась подходить как к игре. Ее пытливому уму было всегда интересно все новое и, поэтому простое занятие всегда дополнялось множеством вопросов. Свободное время она много поводила с мамой в саду. Она обожала, когда мама ей читала или рассказывала, что-нибудь интересное. Сад был местом для игр и веселий. Местом, где она чувствовала себя свободной и живой.

Больше всего на свете она любила выезжать из замка, в саду которого ей был уже знаком и исследован каждый куст. И эта возможность предоставлялась ей довольно часто.

Отец не раз брал их с собой в походы. Традиция, выбираться хоть раз вместе с войском за драконами была очень любима всеми членами королевской семьи. Хотя, по сути, всем остальным она доставляла втрое больше хлопот, чем радости – для маленьких Эммы и Георга не было ничего лучше.

Только одни подготовки к такому походу занимали несколько дней. Должно было быть сделано все, чтобы во время него королевская семья ни в чем не нуждалась и оставалась под надежной защитой. Защитой не от врагов, будь то соседи или разбойники, защитой, прежде всего от самих драконов, которые не очень разбирались, какой именно крови является попавший им на зуб человек. Для охраны королевской семьи, вместе с ними на охоту выходило чуть ли ни половина всего войска, включая так же большую часть драконьей армии. Последние были нужны для усмирения своих же сородичей, а так же быстрых маневров, если это было необходимо.

Нетрудно представить, что вместе со всем этим количеством народа, приходилось передвигаться и немалому количеству обслуги, которая везла необходимое продовольствие и утварь. Но разве могло кого-то все это интересовать. Король вышел на охоту и эти приказы не обсуждаются.

В своих детях он, прежде всего, хотел воспитать воинственный дух и сплоченность, которые так необходимы для жизни в этих краях. Он хотел, чтобы они росли не в иллюзиях по поводу того, что происходит вокруг, а участвовали в самих событиях непосредственно. Для управления этим могущественным королевством недостаточно лишь книжных знаний и тренировочных навыков. Необходимо лично вникать в некоторые процессы, чтобы прочувствовать сердцем все то, чем живет их народ. Но так рассуждал Твидор. А для его наследников, уютно устроившихся в своей роскошной карете, вся эта поездка была одним большим приключением, ни в коем случае не умоляющих ее достоинств в глазах юных путешественников.

Одетые по-походному, в доспехи и прочую необходимую защиту они чувствовали себя настоящими войнами. И даже маленькая Эмма, несмотря на то, что была девочкой, очень любила представлять себя одним целым вместе с этим величественным войском, которое их окружало. Она ощущала себя великой, бесстрашной воительницей, которая способна справится с любыми преградами на ее пути. Как жаль, что ее детским мечтам однажды суждено будет сбыться. Пока же вместе с братом она с неподдельным интересом изучала из окна кареты, все, что окружало их в этом поистине увлекательном путешествии.

– Папа разрешил мне взять кинжал! – нарушил молчание Георг, приподнимая полы своего плаща.

– Не может быть! – воскликнула Эмма – самый настоящий кинжал?

– Да, – гордо ответил Георг, – теперь я настоящий воин. И смогу тебя защитить.

– Ух, ты, какой красивый. А мне ничего такого не разрешал,– немного расстроилась Эмма. Но юный брат, увидев ее тоску, поспешил утешить.

– Я поделюсь с тобой, если будет нужно, но все-таки девчонкам кинжалы не полагаются, ты же знаешь. Защищать – обязанность мужчин! – он гордо поправил толстый ремень, на котором держалось крепление к кинжалу, как бы добавляя еще большей важности своим словам.

– А что ты будешь делать, если дракон нападет на тебя? – не без интереса спросила Эмма.

– Я ударю его кинжалом прямо в сердце, – гордо заявил Георг.

– А ты знаешь, где у дракона сердце?

– Конечно! – ответил Георг, и тут же сам засомневался в своих словах. Но главное было не подать виду. Ведь отец наконец-то увидел в нем война, а истинные войны знают и умеют все.

– И тебе не будет его жалко? – продолжала спрашивать Эмма.

– Нет,– ответил Георг, – если он нападет сам, значит сам и будет виноват.

– А мне было бы жалко, – фантазировала принцесса.

– Конечно, ты же девчонка! – весело ответил Георг и поцеловал сестренку в лоб. Он очень любил ее за ее нежный и добрый характер. Отец научил его бережно относиться к сестре и матери, что было очень трепетно наблюдать при его общении с ними.

– Смотри, Георг, по-моему, мы приехали,– запрыгала от счастья Эмма.

– Ура! Будем разбивать лагерь! Бежим, Эмма, скорее! – и они пулей выскочили из остановившейся кареты.

Проделав не малый путь до долины озер, вся процессия была сильно измождена, необходимо было быстро установить лагерь, чтобы дать людям отдохнуть. Все желали этого больше всего, но только не Эмма с Георгом. Казалось, время, проведенное в пути, никак не отразилось на их самочувствии, а лишь наоборот запитало еще большей энергией. Для них, все, что их сейчас окружало, было каким-то волшебным. Дышало невероятным воздухом свободы, которого так иногда не хватает в стенах их родного замка.