Ольга Рузанова – Всего лишь бывшие (страница 10)

– Я в больницу пошла! Я с сегодняшнего дня на больничном, Ксюш!..

Зажав телефон между ухом и плечом, толкаю дверь нашего кабинета. В нем сыро и прохладно, потому что мы забыли вчера закрыть окно.

– Думаешь, в это кто-то поверит? Считаешь Росса идиотом? Он не идиот, Саша!..

– Я. Заболела, – выдавливает раздраженно, – Мне все равно поверите вы или нет. Я имею законное право на больничный и выйду на работу со справкой от врача.

Я скидываю вызов и бросаю телефон на стол. Бессильная ярость давит на виски.

Сегодня мне как минимум придется наведаться в приемную Давида, чтобы забрать договоры с подписи и унести новые. А еще в одиночку доделывать отчет.

Сука.

Я знаю, как она ходит на больничные. Сама пару раз оформляла через нее, но… поступить так со мной сейчас…

Я зла до дрожи.

Росс звонит по служебному перед перерывом на обед. Сам.

Мои пальцы трясутся, когда я принимаю вызов.

– Слушаю.

– Жду Колесник у себя, – говорит Давид ровным безэмоциональным голосом.

– Она заболела. Ушла на больничный.

– Не удивлен, – отвечает он, – Зайди за договорами.

– Кхм… – горло саднит от того, с каким усилием из него выходит каждое слово, – Оставь их в приемной, пожалуйста. А я оставлю у секретаря новые договоры на подпись. Их всего два.

Вместо ответа в трубке раздаются короткие гудки.

Нет, он все-таки идиот, если решил использовать грубость в качестве щита. Будь я такой, как пять лет назад, он меня не остановил бы.

Быстро распечатываю договоры и кладу их в папку. Раньше мы отправляли их электронкой секретарю Родимцева, но теперь нам велено приносить их в распечатанном виде лично и быть готовыми к уточняющим вопросам.

Причесавшись у зеркала, я слегка щипаю щеки кончиками пальцев – слишком бледными они выглядят. Не хочу, чтобы мое внутреннее состояние отражалось на внешнем виде.

Это удел неуравновешенных, не умеющих контролировать реакции своего тела малолеток.

– Добрый день, – здороваюсь с Валерией негромко.

Она кивает мне, не переставая клацать по клавиатуре, и указывает взглядом на лежащую на углу ее стола папку с подписанными договорами.

– Отлично… – бормочу, забирая ее, – А эту оставлю на подпись, окей?

В момент, когда я собираюсь поменять их, слышу позади звук приближающихся мужских шагов. Узнаю его мгновенно.

Внутренне ощетинившись, застываю.

– Зайди, – велит Давид, шагнув мимо меня.

Его подавляющая энергетика сносит ударной волной.

Сначала окунает в кипяток, а в следующую секунду пронзает ледяными иглами.

Затылок и плечи каменеют.

Словив полный любопытства взгляд Валерии, забираю обе папки и захожу в кабинет вслед за Россом. Кажется, он не слишком озабочен вопросом конспирации.

– Закрой дверь, – просит он, обходя длинный стол и усаживаясь во главе него в кожаное кресло.

Делаю то, что он сказал и, подойдя ближе, кладу перед ним договоры на подпись.

– Присядь, – ровным прохладным тоном.

В груди начинает штормить. Короткие команды Росса вызывают ярое отторжение. Я уже давно не его ручная собачонка, готовая ради ласкового слова ходить на задних лапках.

– Подпиши договоры, и я пойду.

– Минуту, – бросает он, что-то печатая в телефоне.

Затем он звонит кому-то, требуя понижения кредитной ставки, и только после этого смотрит на меня.

Пристально. Долго. Не скрывая интереса.

Моя кожа горит, пока я вынуждена терпеть это.

– Твоя начальница действительно заболела, и таким образом она пытается избежать ответственности? – спрашивает, наконец, – Она тоже ищет новую работу?

– Я не знаю, – отвечаю тише, чем мне хотелось бы.

– Не знаешь?

Молчу несколько секунд, группируясь и собираясь с силами.

– Я не знаю ответа ни на один из твоих вопросов.

– Прикрываешь ее?

– Нет.

Не знаю, видит ли он, как меня разрывает от злости. Колесник все-таки подставила меня!

– Кто из вас двоих курирует договор с МакМаркетом?

Так и не занявшая ни один из предложенных стульев, я стою в двух метрах от его стола. Нарастающий в ушах шум начинает путать сознание.

– Колесник? – догадывается, не дождавшись ответа.

– Да. Подпиши договоры.

Давид двигает папку к себе, открывает ее и читает первый из них.

– Эти стоит проверить? – поднимает на меня глаза.

Пять лет слишком мало для того, чтобы забыть его взгляд, его руки и голос. Но я отлично справлялась, пряча эти воспоминания настолько глубоко, что в последний год была уверена, что их больше нет.

– Проверь, если хочешь. Я зайду позже.

По серьезному лицу Росса пробегает тень эмоции, которую я не могу распознать. А затем он ставит печати и подписи в каждом договоре.

Закрывает папку и двигает ее по столу.

– Как поживаешь, Ксения? – спрашивает вдруг, откинувшись на спинку кресла.

– У меня все отлично, – отвечаю, не собираясь задавать встречного вопроса.

– Ты повзрослела.

– Если это все, то я пойду, – забираю документы, – Мне нужно будет отлучиться сегодня ненадолго, но к вечеру рассчитываю закончить отчет.

– Собеседование? – догадывается сразу.

– Да.

Чуть сощурив глаза, Давид делает петлю взглядом по моим шее и груди и спрашивает: