Ольга Рузанова – Принцесса в Бодунах (страница 19)

– Смотри, чтобы сок не вытек, – напутствует Антон.

– Сок?..

– Бульон, – поясняет он, – Обхвати губами место укуса и всасывай его в себя.

Я наклоняюсь над тарелкой, делаю, как он велит, и мне приходится приложить все усилия, чтобы не закатить глаза от удовольствия.

Срань господня, это самое вкусное, что я пробовала в жизни! В десять раз вкуснее красной икры, которую я просто обожаю, и в сотню раз вкуснее сопливых устриц.

– Нравится? – проникает в ухо тихий голос Баженова.

Я вскидываю взгляд и замираю. Блеск его глаз и застывшая на лице полуулыбка пробирают до дрожи. Бедра самопроизвольно сжимаются.

Эй… это что такое?..

Очевидно, растерянность на моем лице заставляет его улыбнуться шире.

– Вкусно?

– Сойдет, – буркаю, откусив кусочек побольше.

Мои щеки пылают, а Иуда продолжает пялиться на меня, и в итоге я не выдерживаю.

– Что?..

– Ты смешная.

– Обхохочешься, ага… – тянусь к кружке и делаю большой глоток чая со вкусом каких-то ягод.

– У тебя в городе, наверное, и жених имеется?

– Конечно, Антош, – облизываю губы, заправляя прядь волос за ухо, – И жених, и целая армия поклонников.

– Такая популярная? – заламывает бровь.

– Очень популярная. Это в ваших Бодунах красоту не ценят…

Баженов молча кусает чебурек и сосредоточенно его жует. Естественно, это гораздо важнее и приятнее, чем подтвердить то, что я действительно красивая.

– И где же твоя армия сейчас? Почему не ищут свою королеву? – усмехается он, – Нашлись дела поважнее?

– Ну, почему же?.. – распрямляю плечи, – Рафаэль, мой жених, сейчас заграницей. Как только вернется, примчится за мной на белом Мерседесе.

– Ммм… – Баженов протягивает руку и подушечкой большого пальца касается моего подбородка, – Сок побежал.

Пыхнувший в лицо жар, стекает вниз, обжигая шею и грудь. Я едва не давлюсь чебуреком.

Этот Иуда – сексуальный гад.

Глава 16

Василина

Я не знаю, как это работает, но после чебурека меняются даже мои впечатления от шоппинга.

Нормальный магазин – по местным меркам. Да и с кроссовками Антон обещал помочь. Нет повода расстраиваться.

Сидя с ногами на переднем пассажирском его внедорожника, я улыбаюсь. Салон пропах чебуреками, потому что я заставила его купить еще шесть штук взамен капкейков, которые от меня, наверняка, ждут. Конечно. Я ведь очень заботливая.

– Антон, у тебя есть девушка? – решаюсь спросить только в рамках взаимообмена информацией.

– Конечно, – роняет негромко, коснувшись взглядом моих губ.

Если это правда, то мне жаль бедняжку, потому что, кажется, Баженов на меня запал.

Элегантным жестом убираю волосы от лица и опускаю ладонь на коленку. Антон, косясь, следит за каждым моим движением. Не все с ним так печально – у деревенщины прекрасный вкус.

– И где она?

– В соседнем селе, – отвечает неопределенно таким тоном, словно не хочет говорить о ней.

Я тактично замолкаю, но меня хватает всего на несколько секунд.

– А… она знает, что ты других девушек по чебуречным водишь?

– Не знает, – дергает бровью Антон.

– Ай-яй-яй, Антош…

– А твоя армия в курсе, что ты лопаешь чебуреки с левым мужиком?

Я откидываюсь на спинку сидения и прикладываю руку к щеке. Она горячая.

Ох, черт… Это очень плохо, что близость Иуды так сильно будоражит? Что сказал бы Рафаэль, узнай он о том самом чебуреке?

– Но… мы же ничего такого не делали, верно? – спрашиваю, перехватив его взгляд, – Нам нечего стыдиться?

Мое лицо продолжает пылать, а участок кожи на подбородке, которого коснулся его палец, пульсирует и горит особенно сильно.

– Ничего такого, – подтверждает Антон и добавляет спустя паузу, – пока…

– Что?! – вспыхиваю я, – Ты о чем вообще?!

Засранец весело хохочет, а я подвисаю на его ровных белоснежных зубах и острых клыках.

Как у вампира.

Пф-ф-ф…

Зажмурившись, сглатываю. В чебуреках, случайно, ничего галлюциногенного не было?

– Кстати, – говорит он, – Если хочешь, можем заскочить на кладбище.

– За-зачем?..

– Проведать покойную бабу Нюру.

Закусив обе зубы, чтобы не рассмеяться, я смотрю в лобовое стекло.

– Ты мне теперь всю жизнь ее вспоминать будешь?

– Ладно, не кипятись. Не будем больше о покойниках.

Возвращаемся в Бодуны уже сильно после обеда. Это не может не радовать, потому что я очень надеюсь, что меня, уставшую и обессиленную изматывающим шоппингом, уже не загрузят сегодня работой.

– Антош, возьми, пожалуйста, мои покупки, – прошу, забирая бережно накрытые сверху газетой чебуреки.

Лощеное лицо кандидата в депутаты Картошкина Петра Ивановича на ней приняло на себя весь чебуречный удар и потонуло в огромном жирном пятне.

– Кто любит чебуреки? – громко спрашиваю я, остановившись у входа в огород.

Моющая ноги около бочки Виталина, подкатив глаза, морщится. Настя, оглянувшись, голодно облизывается. Не даром, что сестра Людмилы.

– А где эти… как их?.. – щелкает пальцами в воздухе Нина, – Канкейки твои?

– Капкейки? – поправляю я, – Капкейкошная сегодня была закрыта, поэтому вот… чебуреки!.. Будете?

– Да, – звучит нестройное, вызывая у меня довольную улыбку.