Ольга Росса – Попаданка для принца драконов (страница 3)

Пересиливая страх, я двинулась к выходу.

– Абра, ках нат, – прошептала тихо Раина. – Сашисс манар.

Я ничего не поняла и решила всё же выглянуть наружу. Когда просунула голову через разрез ткани, ахнула. Над оазисом, словно огромный мыльный пузырь, светился голубой переливающийся купол. Что это?

Мужчины в белых балахонах спешно выстраивались вдоль окружности этого самого купола, держа в руках огромные мечи, клинки которых тоже светились голубым.

На нас кто-то напал? За куполом пустыня в темноте не просматривалась, но жуткий шелест доносился со всех сторон. Что же это?

Огромный варан кинулся из темноты прямо на свет, и зверя отбросило назад. От ужаса я закрыла рот ладонью. Со всех сторон нас атаковали жуткие чёрные твари, которые бились шипастыми головами о вспыхивающий от ударов купол.

Глава 3. Пустыня

Ящерицы нападали снова и снова, пытаясь пробить купол. Мужчины стояли, держа наготове свои светящиеся мечи, и ждали. Вдруг огромный варан вспорол шипами защиту, в ней образовалась дыра. Он отступил назад, и в брешь тут же проворно хлынули более мелкие ящеры, разбегаясь в разные стороны. Воины замахали оружием, обрубая гадам головы, но некоторые ускользали и убежали вглубь лагеря. От страха и отвращения я закусила губу, наблюдая за битвой, но боялась возвращаться в повозку. Так хоть я слежу за ситуацией.

Скорпионы не стояли без дела. Увидев свору варанов, они стали отбиваться с помощью длинных хвостов. Жала, словно копья, силой ударяли по тварям, пробивая им хребты. Преимущество было на стороне обороняющихся. Ящеры пока не достигли кибиток.

Один мужчина выскочил в центр прямо перед повозками. Я узнала его: это был тот самый похожий на араба мужчина, который навестил меня первым. Он держал в руке крупный камень неправильной формы и склонился над ним, что-то бормоча себе под нос. Потом бережно положил камень на землю и отступил на пару шагов.

– Ашрес! – крикну он, и все воины тут же заткнули уши руками, побросав свои мечи.

Артефакт – это явно был он – вспыхнул красным, и режущий уши вой раздался по лагерю, разрывая барабанные перепонки. Меня охватил ужас, боль разрывала голову от нестерпимого звука. Я прижала ладони к ушам, стало немного легче. То, что воинам также приходилось терпеть боль, я поняла по их скривившимся лицам.

Вой, идущий от камня смешался с ором ящеров, которые извивались в страшных мучениях. Из их ушей текла коричневая кровь, у более мелких тварей из пасти разлетались кровавые брызги. Мозги ящеров просто взрывались от вибраций артефакта. Видимо, воздействие на них оказалось более мощным, чем на крупных сородичей.

Через минуту камень погас, и вой прекратился. Твари валялись мёртвым грузом у ног воинов. Мужчины устало поднимали мечи с песка.

– Какой кошмар. Всё кончено, – облегчённо выдохнула я, убрав руки от ушей, и завалилась обратно в повозку. – Что это было? Что за твари?

Я задала вопросы своим соседкам, но те только мрачно смотрели на меня, не понимая слов.

В лагере звучали возбуждённые голоса мужчин. Надеюсь, к утру уберут этих дохлых тварей.

Женщины снова легли на подстилки, укутавшись в лоскутные одеяла. Я решила последовать их примеру и вернулась на своё место. Под одеялом было теплее и комфортнее. Надеюсь, больше сюрпризов ночью не будет. Уснуть от увиденного кошмара долго не получалось. Я постоянно прислушивалась к каждому шороху за повозкой. Мужчин ещё было слышно. Только к утру они угомонились, и тогда я уснула.

Разбудила меня соседка, толкнув в спину.

– Абра, ахта, – позвала она меня. Кажется, «абра» являлось обращением ко мне.

Я еле разлепила веки и уставилась на женщину. Что ей нужно от меня?

– Ахта, – махнула она на выход. – Сале бин дар.

Каким-то шестым чувством я поняла, что караван скоро двинется снова в путь и я не смогу сходить в туалет до следующего привала. Женщина потянула меня за руку из повозки. На песке я не увидела трупов тварей, видимо, их успели убрать и выкинуть за пределы оазиса. Мужчины жарили на костре мясо в большом чане. Надеюсь, не тех ящеров, что на нас напали. Хотя если они съедобные, то почему нет.

Я оказалась права. Стоило только вернуться в повозку, как молодой парень принёс нам поднос с нежным горячим мясом. Не успела я доесть вкусный завтрак, и кибитка тронулась с места – наш караван двинулся в путь. Солнце ещё только собиралось встать из-за горизонта, но воздух уже стал плотнее и суше, а скоро начнётся и настоящая жара.

Следующий привал случился в самый солнцепёк. Караван остановился возле разрушенного комплекса то ли храма, то ли дворца. Белые стены и колонны были местами целые, они дарили тень, в которой и укрылся обоз. Обед снова состоял из того самого жареного мяса. И я догадывалась, что все же пустынники сделали запас из уничтоженных варанов. Но мне уже было всё равно, лишь бы кормили и поили.

Шестой дней мы ехали по пустыне, изнывая от жары и замерзая ночами от холода, хотя в повозке под одеялом было достаточно комфортно. Больше на лагерь никто не нападал, я спала спокойно, но чутко и без сновидений. Мои соседки пренебрежительно относились ко мне, не пытались даже общаться, только по необходимости тараторили на своём языке, как будто я могла понять их.

Всю дорогу я размышляла о том, как попала в эту жуткую пустыню и что мне делать, но не находила ответа, всё больше убеждаяась в том, что угодила в магический портал и оказалась в чужом мире. Жуткие огромные скорпионы, светящиеся мечи, почти как у джедаев2, ночные твари, что хотели сожрать нас, – всё это наводило на определённые мысли. Другой версии у меня не имелось. Пока мы не выбрались из пустыни, думать о побеге было рано. Нужно дождаться, когда караван доберётся до какого-нибудь населённого пункта, а там буду действовать по обстоятельствам.

Я, как обычно, сидела на своей подстилке, когда в повозку влез мужчина, тот самый, которого женщины называли Рамез. Он хищно улыбнулся и двинулся ко мне. Я попятилась назад, но бежать мне некуда.

– Абра, нат ласс де, – приказным тоном проговорил араб и вытащил из-за пояса наручники из белого металла.

– Нет, нет! – закричала я, понимая что он хочет сделать.

Глава 4. Пленница

Сильные пальцы грубо обхватили мои запястья. Вмиг кандалы защёлкнулись на моих руках, вспыхнув красным светом, а потом погасли, словно и не было ничего.

– Абра, шадж мар, – довольно ухмыльнулся мужчина и покинул кибитку.

– Говнюк, – прошипела я, чувствуя, как крепко браслеты обхватили мои запястья, – не причиняя боли, но в то же время прижимаясь вплотную к коже.

Я взглянула на них, держа руки перед собой. Ни замка, ни какого-либо намёка на то, что он там вообще есть. Цельные широкие кольца, как будто литейщик их создал прямо на моих руках.

– Чёртов гад, – ругалась я от души. Всё равно эти две кукушки не понимали русский. В глазах женщин читалось превосходство и удовольствие, как будто они радовались моей неволе.

Так мы проехали ещё где-то с полчаса, а потом я услышала доносившийся снаружи шум. Это были звуки жизни. Кажется, мы въехали в населённый пункт. Людской гам, стук колёс о каменную дорогу, и кибитка мелко затряслась, словно мы ехали по брусчатке. Ну вот и всё, моя судьба скоро решится. Это скоро наступило слишком быстро и неожиданно.

Повозка резко остановилась, я качнулась и упала ничком. Пока я возилась, чтобы встать, меня подхватили за шиворот и грубо выволокли из кибитки. Рамез встряхнул меня, как мешок картошки, и поставил на ноги.

Я огляделась. Однотипные двухэтажные домики из обмазанных глиной стен примыкали вплотную друг другу на узкой улочке. Караван куда-то делся, стояла только одна повозка, из которой меня вытащил араб.

– Абра, сам тах, – махнул он и прошёл через арку вглубь дома.

Руки дёрнулись вперёд, словно к ним привязали невидимую верёвку и потянули за неё. Я сопротивлялась как могла, – запястья обожгла острая боль. Поджав упрямо губы и повинуясь силе, я пошла за мужчиной. Что это за наручники такие?

Мы минули длинный тёмный коридор и оказались в небольшой комнате со скромным убранством. Круглый стол из простого необработанного дерева, который потемнел от времени, пара низких табуретов и красный ковёр с растительным орнаментом посреди пола. Единственное окно без признаков стекла.

За столом сидел высокий араб в сером балахоне и тюрбане. Его морщинистое бронзовое лицо свидетельствовало о том, что хозяину дома перевалило за седьмой десяток.

Мой спутник низко поклонился и что-то подобострастно затараторил на своём языке, иногда поглядывая на меня. Явно говорит обо мне. Второй его слушал внимательно, не перебивая. Когда Рамез закончил свою длинную речь, араб в сером поднялся и медленно подошёл, разглядывая меня тёмными глазами так, словно пытался проникнуть в душу.

– Абра шахля, – растянул он губы в довольной улыбке. – Рамез, гаш несс.

Вдруг меня охватило оцепенение, я не могла пошевелиться. Холодная дрожь прокатилась волной вдоль тела. Мужчина что-то тихо пробормотал, не отрывая взгляда. В голове натянулась струна и со звоном лопнула. В глазах заискрило, а в ушах зашумело. Я не выдержала напряжения и упала прямо на ковёр, потеряв сознание.

– Давай, вставай, хватит лежать, – недовольно пробормотал издалека скрипучий голос.

Я распахнула глаза, ничего не понимая. Где я? Что это за место? Воспоминания нахлынули неожиданно, сердце быстро забилось в груди. Открыв рот, я глотала воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Надо мной склонился тот самый старик в серой хламиде. Что он сделал со мной?