Ольга Росса – Падшая (страница 3)

Братья не простили меня за то, что я отказалась от даров дракона. Папа тоже меня немного пожурил – с богатым приданым у меня были неплохие шансы выйти замуж даже за дэрла. Но потом вздохнул и сказал, что приданое мы сами заработаем, проклятого драконьего золота нам не надо. И братьев отругал за алчность и эгоизм.

Месяц я не выходила из дома, стыдно было показаться людям на глаза. Вся деревня и город знали, что дочку господина Вулада Соунга обесчестил дракон. Люди сочувствовали, но в тайне завидовали, думая, что дракон отвалил семье кучу золота. И долго ещё не верили в то, что я отказалась от даров, подозревая отца в скрытности.

Больше всего я боялась того, что мои лучшие подруги Алекса и Диана перестанут общаться со мной. И мои страхи сбылись. Девушки меня не навещали, на мои записки не отвечали. Но я их не виню, скорее всего, родители благородных девиц запретили им дружить с падшей девушкой, какой меня считали все жители Клейтона.

Благодаря маме и отцу, их поддержке, я стала постепенно выходить из дома, появляться в магазинах, в библиотеке. Поначалу знакомые и просто прохожие смотрели на меня, кто с сочувствием, кто с пренебрежением. Но ещё через месяц всем стало плевать на меня, и люди перестали обращать на меня внимание, я стала для них пустым местом.

Однажды августовским вечером, когда папа приехал в деревню на выходные, мы сидели в гостиной. Мама в который раз перечитывала письмо от своей сестры, Витания вышивала воротник для моего старого платья, чтобы хоть как-то освежить его. Папа с важным видом сидел в кресле и листал газету. Я же читала энциклопедию по Иттихадии, далекой южной стране, откуда папины корабли раньше возили чай и пряности, которые не растут на территории нашей Империи.

Загадочная, непознанная до конца, Иттихадия привлекает путешественников и любителей приключений, которые потом пишут книги о своих открытиях. Вот и автор энциклопедии, которую я читаю, расписывал удивительный мир, где никогда не бывает зимы, растут самые вкусные диковинные фрукты, а ещё там производят ткани из шёлка и тончайшего хлопка. Обычаи, религия и устройство общества Иттихадии коренным образом отличаются от наших представлений о мире. Мне вдруг отчаянно захотелось уехать подальше от Клейтона, от Валезии и самой Империи.

Весной мне исполнилось девятнадцать лет, а я ещё нигде не была, даже в столице. И о далеких странах мне остается только мечтать. Удел всех девушек Империи выйти замуж, желательно удачно, родить пару-тройку детишек и сидеть дома, воспитывать любимых чад, пить чай с подругами и обсуждать местные новости, перемывая кости остальным жителям Империи. Ждать мужей с работы или из путешествия, так как Клейтон портовый городок, где мужская половина населения в основном занята мореходством.

Но такой удел мне уже не грозит. И теперь я не знаю, радоваться или нет, что вторжение дракона изменило ход моей судьбы.

– Папа, ты нашёл человека на должность секретаря? – спросила я родителя о делах.

– Нет, милая, – вздохнул отец, листая газету. – Никто не хочет работать за те гроши, что я могу платить.

– Тогда возьми меня на работу, – затараторила я, чтобы отец не успел меня перебить. – Мне платить не нужно. Я прекрасно образованна и могу справиться с должностью секретаря.

– Что?! – строго посмотрел на меня папа поверх очков. – Иледа, думай, о чём говоришь!

– Какой позор! – воскликнула мама. – Чтобы моя дочь работала в порту?! Не бывать этому!

– Мама, ну, какой позор в моем положении? – вздохнула я нетерпеливо. – Теперь я могу позволить себе такую роскошь, как работа. И никто не будет меня в этом упрекать.

– Ах, Иледа! – всплеснула руками маменька. – Да тебя никто замуж не возьмет из дэрлов, если ты будешь работать!

– И не надо! – выкрикнула я в сердцах. – Меня всё равно никто не возьмёт замуж без приданого!

Папа съёжился при упоминании о деньгах.

– Но, девочка моя, тогда ты останешься старой девой, – возразила мама.

– Мама! – я подскочила с дивана. – Лучше остаться старой девой, чем всю жизнь выслушивать от мужа, что я досталась ему порченой!

– Иледа! Что ты такое говоришь? – округлил глаза родитель.

– Папа, ты прекрасно знаешь, что я говорю правду.

– Милая, мы не дадим тебя в обиду… – начал отец меня утешать.

– Папа, пожалуйста, позволь мне помочь тебе, – я подошла к нему и умоляюще посмотрела в его серые глаза. – Неужели ты зря дал мне образование? Ты будешь экономить на зарплате секретарю, а я принесу пользу семье. Заодно отвлекусь от грустных мыслей.

– Как же твоя честь? Что скажут люди? – упрямился он.

– Папа, какая честь? – устало произнесла я. – Ниже падать мне уже некуда, мое имя и так склоняют на всех углах Клейтона. Прошу тебя, дай мне шанс, я хочу изменить свою жизнь и не гнить дома, а ещё хуже рядом с нелюбимым мужем.

Отец сурово посмотрел на меня, обдумывая предложение.

– Хорошо, будешь работать в конторе моим секретарём, – вздохнул он, сдаваясь.

– Вулад! Ты сошел с ума! – запричитала мама. – Ты погубишь нашу дочь!

– Анна, Иледа права, ниже падать ей некуда. Дракон обесчестил её. Что может быть хуже? – сурово ответил папа. – Замуж без приданого её никто не возьмет, а за нэра я не отдам дочь. Пусть хоть пользу для семьи принесёт, может, заработаем ей приданое.

Я облегченно вздохнула – решилась моя дальнейшая судьба.

***

В городе мне нравилось больше, чем в деревне. Никто не выражал открыто пренебрежение ко мне, прекрасно понимая, что моей вины нет в том, то произошло. Ведь дракон сам меня выбрал, как многих других несчастных девушек. Но дороги в лучшие дома Клейтона были закрыта для меня. Никаких приглашений на пикник или дружеский ужин не поступало на моё имя, как это было раньше.

Единственное приглашение пришло на осенний бал, где звали отца и всё его семейство на ежегодное торжество. Идти на светский раут не было никакого желания, но папа уговорил меня, расписав новые перспективные знакомства, и моя помощь в качестве личного секретаря была ему необходима.

Я быстро втянулась в работу, помогая налаживать отцу торговлю, но пока особых успехов не было. Привела в порядок все документы, счета, познакомилась со всеми конкурентами нашей компании на осеннем балу.

Отцу нужен был инвестор, чтобы снарядить новую торговую экспедицию на юг. И у него никак не получалось найти партнёра на условиях, которые бы удовлетворяли обе стороны. Потенциальные инвесторы, зная о трудной ситуации в делах отцовской компании, навязывали неравноправные договоры, думая, что дэрл Соунг от отчаяния согласится на всё. Но папа, имея чувство собственного достоинства и гордость за своё дело, не соглашался на кабальные условия, даже если они сулили неплохую прибыль.

Как-то после обеда я сидела на рабочем месте, перебирая документы. Вдруг распахнулась входная дверь, и отец взбудоражено выкрикнул, как только переступил порог офиса:

– Иледа, у меня хорошая новость! Кажется, я нашёл инвестора!

Я подпрыгнула на стуле и кинулась к отцу.

– Кто он? Я знаю его?

– Нет. Этот господин неместный. Он недавно приехал из северного Горбурга, хочет снарядить экспедицию в Иттихадию. Ему нужны корабли, как раз две баркентины у меня есть. Нужно только нанять команду, приобрести снаряжение и провиант. И дэрл Нэшел согласился стать моим инвестором. Необходимо обговорить все детали контракта. Сегодня вечером мы ужинаем в «Золотой лилии». Я хочу, чтобы ты присутствовала, – воодушевлённо произнёс отец.

– А зачем мне быть на ужине? – удивилась я.

– Я хочу, чтобы ты записала наши договоренности, на их основе составишь контракт, – ответил отец, обняв меня.

– Хорошо, непременно буду, – улыбнулась я, поцеловав отца в щеку. Наконец-то дело сдвинулось с мёртвой точки!

Вечером наёмный экипаж доставил нас к ресторану, излюбленному месту обеспеченных горожан.

– Иледа, как хорошо, что ты надела самое лучшее платье. Уверен дэрл Нэшел будет очарован, – воодушевлённо протараторил отец, когда мы вышли из экипажа.

– Па-а-ап… – протянула я, закатив глаза.

Хотя признаюсь, платье было несколько старомодным, с широкой юбкой. Сейчас в моду стал входить турнюр, собирающий юбку сзади в узел с пышным бантом. Но изумрудный цвет моего платья отлично перекликался с моими зелёными глазами и подчеркивал пшеничные волосы.

– Это же исключительно ради дела, дорогая, – невозмутимо ответил отец. Пропуская меня вперёд в холл заведения.

– Дэрл Соунг, эрлина Соунг, рады вас видеть в «Золотой лилии», – поприветствовал нас пожилой администратор ресторана. – У вас заказан столик?

– Добрый вечер. Да, заказан на имя дэрла Нэшела, – учтиво ответил папа.

– Замечательно, дэрл Нэшел уже здесь. Я провожу вас, – и администратор жестом пригласил нас пройти в зал.

Я подобрала юбки, взяла отца под локоть, и мы вошли в роскошный зал ресторана. Официанты сновали между столиками, разнося блюда, музыканты ненавязчиво играли на небольшой сцене – высший свет общества отдыхал в приятной и уютной обстановке. Администратор подвёл нас к столику возле широкого окна, подальше от музыкантов.

– Добрый вечер дэрл Соунг, добрый вечер эрлина Соунг, – поздоровался с нами высокий жгучий брюнет, встав из-за стола. Мне пришлось чуть приподнять голову, чтобы взглянуть в лицо молодого мужчины.

– Рад вас видеть, дэрл Нэшел, – заговорил взволнованно папенька. – Знакомьтесь. Моя старшая дочь Иледа и мой личный секретарь по совместительству. Дорогая, это дэрл Бреннан Нэшел. наш инвестор.