Ольга Романовская – Зачет по приворотам (СИ) (страница 40)

– Знакомьтесь: косвенный виновник ваших бед, – отрекомендовал юношу де Грассе. – Новые факты всплыли, умник, наказание вышло не по поступку. Я думал, ты просто на кладбище баловался, а ты преступнику потворствовал.

– Как…какому преступнику? – опешил студент.

Глаза его лихорадочно бегали, избегая встречаться с глазами преподавателя. Врал юноша, врал и чего-то боялся.

– Обычному, давно истлевшему, но очень живому. Как с тобой связался Натан Олбрек?

– Не знаю я никакого Натана Олбрека, – ушел в глухую оборону студент.

– То есть даже имя на надгробном памятнике не прочитал? – съязвил Антуан.

– Почему не прочитал? Прочитал.

Юноша прикрыл рот ладонью, но поздно, правда медленно выползала наружу.

– Ты давай, облегчи душу, – де Грассе демонстративно засучил рукава и сложил руки на груди, – а то я сам ее облегчу. Не исключаю, и в других местах похудеешь.

Молодой человек вздрогнул и отшатнулся от Антуана, словно от демона Нижних миров. В глазах застыл неподдельный ужас.

Разум Даниэль тут же пришел в движение, вспомнились отношение студентов к темному магу, сила, проявленная на кладбище… Шутил ли де Грассе или действительно мог сотворить нечто ужасное?

– Я ректору скажу, – оправившись, нашелся юноша.

Молодец, хотя бы внешне совладал с собой, перестал трястись. Некромант, на глазах у девушки перед преподавателем – фи!

Юный преступник сделал шаг в сторону, но оказался в цепких руках де Грассе. Тут уж студент проявил характер, полез драться, однако не рассчитал силы и быстро оказался на земле.

– Сколько заплатили? – Темный маг уселся на противника, игнорируя его воззвания к Уставу и моральному кодексу преподавателя. – И не надо мне тут о чести, а то доболтаешься до поединка. По закону могу бросить вызов, ты ведь первый с кулаками полез. Так как, все еще собираешься молчать?

Студент замолк и, казалось, перестал дышать.

– Даниэль, – обратился Антуан к внимательно следившей за происходящим девушке, – принесите, пожалуйста, мне меч. Можно тот самый, который вы вытащили.

– Вы действительно собираетесь?..

У леди Отой округлились глаза, хотя больше от неожиданной вежливости преподавателя, нежели от его намерений.

– Поторопитесь, юная леди.

Бросая косые взгляды через плечо, Даниэль поплелась к фехтовальному залу. Она никак не могла понять, пошутил ли де Грассе или взаправду собирался пытать провинившегося студента. То, что тот совершил серьезное преступления, понятно, возможно, даже каравшееся смертной казнью, иначе зачем полез на Антуана с кулаками? Но давало ли это право на самосуд? Даниэль сомневалась, что ректор и министерство оставят вопиющий факт без внимания, тем не менее, она не доложила обо всем лорду Уоррону, а принесла меч. «Все, теперь ты соучастница», – напомнил внутренний голос. Леди Отой отмахнулась от него и подала Антуану оружие.

– Как, – деланно возмутился он, – и не написали в министерство?

Даниэль прекрасно поняла намек на прежние угрозы. Увы, обстоятельства изменились, и теперь она всеми силами отстаивала бы де Грассе в академии.

– Я хочу знать своих врагов, давайте поторопимся, – нервно и оттого жестко ответила девушка и уселась возле побледневшего студента. – Зрителем побуду, – кивнула она ему, – заодно выясню уровень местной подготовки, достаточно ли маги храбрые.

Юношу пробил холодный пот, когда лезвие коснулось его груди.

– Вторая попытка. Я тебя внимательно слушаю, леди тоже. Она устала, у меня тоже выдался не лучший день, поэтому покороче.

Меч лениво чиркнул по одежде, оставив после себя прореху.

– Убивать необязательно, – рассуждал вслух темный маг, обращаясь к Даниэль, а на самом деле к ученику. – Порезы порой не менее мучительны, чем глубокие раны. Например…

– Не надо, я все скажу! – сдался студент, чем заработал презрительный взгляд преподавателя.

– Хлюпик! – Де Грассе неохотно отвел меч и поднялся, давая возможность провинившемуся сесть. – Если уж геройствовать, то до конца.

Юноша проглотил упрек и сглотнул, уткнувшись взглядом в лезвие меча.

– Вот пример профнепригодности, юная леди, – не удержался от сарказма Антуан. – Расскажет все и отправится либо домой, либо в тюрьму – это смотря по тяжести деяния. Ну, мы тебя, слушаем, даже внимательно.

Студенту, которого звали Мэл, потребовалось пару минут, чтобы собраться с мыслями. Потом, запинаясь, окончательно потеряв лицо, он поведал о совершенном ритуале. Успеваемость Мэла оставляла желать лучшего, юноша стабильно плелся во второй половине списка, однако набирал-таки необходимые для перевода на другой курс баллы. Само собой, с таким дипломом сложно было рассчитывать на хорошую работу, а Мэл мечтал о славе, почете, ну или хотя бы деньгах. Поэтому он решил заниматься самостоятельно, отчего-то выдумав, будто преподаватели сознательно не дают ему выбиться в люди. Так Мэл начал засиживаться в библиотеке, искать по букинистическим лавкам древние трактаты и пособия по некромантии. Наметился некоторый прогресс, который отметил де Грассе. Но Мэлу оказалось мало повышения общего балла, он по-прежнему жаждал призвания и хотел попробовать свои силы во владении магией смерти самостоятельно.

– Мне требовался подопытный материал, – оправдывался юноша, выводя носком сапога круги на земле, – я пошел на кладбище и наткнулся на него.

– Кого – его? – перебил де Грассе, чувствуя, что разговор затягивается, а ученик начинает юлить.

– Господина Буста.

Судя по короткому ругательству, Антуан очень хорошо этого господина знал.

Даниэль ерзала на месте в ожидании пояснений, но их не последовало. Вместо этого темный маг хмуро поинтересовался?

– И чем же он там занимался?

– Ходил с фонарем по кладбищу. При виде меня вздрогнул, мешок выронил.

– И?.. – Де Грассе не терпелось выяснить содержимое мешка.

– Ничего. Сначала он приказал забыть о том, что я его тут видел, грозил отвести к ректору, а потом задумался, переспросил, некромант ли я, умею ли проводить ритуалы.

– И ты, разумеется, ответил положительно, – ехидно продолжил Антуан и констатировал очевидное: – Занятия на сегодня отменяются. Час еще не поздний, история чрезвычайно увлекательная, дослушаем ее от первого лица.

Преподаватель ухватил Мэла за шиворот и поволок в сторону учебных корпусов Академии. Даниэль заковыляла следом, стараясь не отстать.

Кто же тот таинственный Буст? Логично предположить, тоже преподаватель.

– Даниэль, – не оборачиваясь, приказал де Грассе, – стрелой в архив, поднимать списки учащихся. Тебя волнует Гедеон Буст. Сравни время его учебы со временем преподавания Натана Олбека, если совпадут, глянь на подписи в экзаменационном листе. Лич покинул академию в тысяча двести девяносто пятом, умер семью годами позже, если помнишь.

Еще бы, последнюю дату девушка выучила наизусть.

Стоп, если Гедеон – ученик Натана, то ему не меньше семидесяти. Бойкий старик – от кладбища до академии не пять минут прогулочным шагом. И тут она поняла, о ком идет речь. Вредный старикашка, на которого жаловалась Элжбета, ведущий маг их факультета. Только как стихийник связан с некромантией? Возможно, личная беседа многое прояснит, но Антуан явно не собирался брать туда Даниэль.

– Станут возражать, откладывать до завтра, сошлитесь на меня, – ускорив шаг, крикнул темный маг.

Леди Отой раздраженно проводила взглядом удаляющуюся спину. Ее опять оставили не у дел, одну, да еще и незадолго до сумерек! «И ведь не накажут, если меня похитит или убьет лич», – пробурчала девушка, жалуясь мирозданию на фальшивого жениха. Вдвойне нужно поспешить, чтобы на закате не копаться в пыльном архиве, а очутиться рядом с де Грассе.

Архив находился в ведении секретаря ректора. Даниэль потратила немало времени, пока не разыскала ее. По счастливой случайности Аманда не уехала в Бресдон, а собралась вместе с Амалией и второй ведьмой, Селестиной Октион, к реке, проводить омолаживающий ритуал. Девушка перехватила их у ворот. Усталость к тому времени улетучилась, пусть мышцы еще болели, Даниэль больше не спотыкалась. Да и как иначе, если солнце все ближе к горизонту?

Однако первой заговорила Амалия. Не успела леди Отой открыть рот, как темная ведьма ее перебила. Сегодня она превзошла все свои прошлые наряды, даже Даниэль ощущала мощный поток чувственности, который излучало простое по крою белое платье. Никаких разрезов или глубокого декольте, ведьма поступила иначе – надела его на голое тело. Полупрозрачная ткань практически ничего не скрывало, если бы не заложенная ниже пояса складка, простора для воображения не осталось вовсе. Ее спутницы приличия соблюли, выбрали плотные льняные платья.

– Тоже хочешь на реку? – Голос Амалии обволакивал, заставлял сердце биться чаще. – Не хватает молодости и красоты, чтобы получить Антуана?

– Что?! – изумленно выдохнула девушка.

Ведьма понимающе улыбнулась и медленно обошла Даниэль. Она замерла, широко распахнув глаза, когда пальцы Амалии скользнули по ее губам.

– Как, неужели ты ничего не хочешь?

Госпожа Раккет наклонилась к девушке столь низко, что дыхание обжигало кожу. По ней пробежали мурашки, а внизу живота заныло нечто теплое, непонятное. Виной всему голос Амалии. Он напоминал мед или варенье, в которое по глупости угодила муха и теперь не могла выбраться. Именно таким насекомым ощущала себя Даниэль, когда палец темной ведьмы приоткрыл ее губы.