Ольга Романовская – Яду, светлейший? Придворный маг (страница 6)

Его уязвила пренебрежительная оценка собственных способностей.

– Потому что вы и так знаете, кто я и что я. Или Аурелия не рассказала?

Юргас метнул на меня быстрый взгляд.

Сложив руки на груди, огрызнулась:

– Все я рассказала!

– Тогда приступайте, светлейший! – Юргас прикрыл глаза. Мол, вот я беззащитный, делайте что хотите. – Вдруг вы меня приятно удивите.

Я бы насторожилась, остереглась, а Линас засучил рукава, шагнул к нему. Отец не пошевелился, дышал ровно, спокойно. Зайдя Юргасу за спину, Линас простер над ним руки. От них к темени отца потянулись нежно-лиловые лепестки магии. Закусила щеку изнутри, когда они проникли в голову Юргаса: помнила, процедура малоприятная, даже болезненная. Но вскрикнул вовсе не отец – Линас.

– Слуги Чернобога!

Дуя на пальцы, от отскочил на добрый метр.

– Что, аура кусается? – с издевательским сочувствием прокомментировал Юргас.

Он открыл глаза и, развалившись на стуле, с ироничной улыбкой посматривал на Линаса.

– Я же говорил, светлейший, способностей у вас маловато. Куда ж вы щупаете черную ауру и без защиты? Так и без рук можно остаться! Сильно обожглись?

– Нет, – стиснул зубы Линас.

Уверена, даже если бы он сжег руки по локоть, не признался бы.

– Аль, обработай ему волдыри. Лучше всего лапчаткой. Или, – Юргас в сомнении посмотрел на Линаса: явно не согласится, – если не боитесь, протяните руку, я уберу.

– Давай!

Подтолкнула к отцу упирающегося жениха. Пусть налаживают отношения.

– Да не дрожите, как дева перед первой брачной ночью! Я меток не оставлю, в должники не запишу. Кладите руку на стол, ладонью вверх. Ну же, расслабьте мышцы, светлейший! Людям нужно верить.

– Только вы не совсем человек, – справедливо заметил любимый, но все же доверился Юргасу.

Отец провел ладонью над темно-розовыми волдырями. Один из его перстней вспыхнул, легкий дымок окутал пострадавшую кожу. Когда он рассеялся, от жутких кровавых волдырей не осталось даже рубцов.

– Дел-то на минуту!

Юргас отряхнул руки.

Я и Линас потрясенно молчали, разглядывали чудо врачевания.

– Я и не думала, что ты!.. – вырвалось у меня восхищенное.

Вовремя прикусила язык. Мы с отцом на «вы», да и нечего поощрять всяких, еще вообразит, будто мне его род занятий нравится.

– И опять никакой похвалы, никакой благодарности! – с притворным сожалением укорил Юргас. – Ладно, переживу.

И наконец перешел к делу:

– Как я уже упоминал, светлейший, до вас я побывал в гостинице. Не сомневаюсь, вам уже донесли. И без толку, потому как я не собирался делать тайну из нашего общения с госпожой Кофф. Назову ее так, чтобы не компрометировать, хотя вы наверняка догадаетесь, какой титул она носит.

– Странно, что вы признались.

Линас продолжал пристально изучать свою ладонь, даже зачем-то понюхал.

– Не беспокойтесь, вы не превратились в моего слугу. – Юргас чуть приподнял уголок рта. Разумеется, он заметил. – Можете проверить, никакого дурного воздействия моя магия не оказала. Хотя, не стану отрицать, вы меня огорчили. Странно видеть подобную дремучесть у выпускника столичного университета. При моем отце такого не было.

Он специально упомянул имя Повеласа Дье, в упоении дал пощечину не только Линасу, но и стоявшим по другую сторону закона магам.

– Вы там учились? – внезапно заинтересовался любимый.

Я бы на его месте огрызнулась, а он думать забыл о ерничестве собеседника, смотрел на него с неподдельным интересом.

– Возможно, – уклончиво ответил Юргас.

– Как занятно! И на каком факультете?

– Вам диплом показать? – неожиданно ощерился отец.

Казалось, что такого, безобидные вопросы, а у него глаза стали темнее самого глубокого омута.

– Нет.

Линас быстро уловил перемену его настроения и не стал рисковать. Может, он и инквизитор, формально надзирает над подобными Юргасу, но их силы действительно не равны. Однако я не сомневалась, любимый зацепится за неосторожно оброненную фразу, раскопает документы. Мне тоже жутко любопытно, какие науки постигал в Остере отец. Факт его поступления в университет вопрос не вызывал: кто станет экзаменовать абитуриента, проверять его ауру при наличии прямого указания ректора? В обыденной жизни, как я убедилась, Юргас при желании мог изображать обычного парня. Другое дело – характер. С трудом представляла, чтобы он кому-то подчинялся, даже профессорам.

– Итак, если со мной покончено, – Юргас сделал паузу и выжидающе посмотрел на Линаса, – вернемся к Аурелии.

– Может, гостинице и некой знатной особе? Или я о чем-то не знаю?

Любимый недоуменно покосился на меня. Развела руками. При всем желании, залезть в голову отца я не могла. Что он там задумал?

– Она не знает, не тревожьте ее напрасными подозрениями. Я говорю Аурелии лишь то, что считаю нужным.

– Говорите?

Лицо Линаса потемнело. Все еще обращенный на меня взгляд заледенел.

– Аля?

– Да, мы общаемся, – нехотя, сквозь зубы призналась я и пожелала отцу прямо сейчас отправиться в гости к Чернобогу и не вернуться.

– Это не запрещено законом, светлейший. Как и то зелье, которое заказала упомянутая выше особа. Не набирайте воздух в легкие понапрасну, Але я его не доверю. – В трактире он говорил совсем другое. – Хотя скажу, что зелье варила она. Вот и вам говорю, заранее предупреждаю.

Голос Юргаса обволакивал, напоминал мурлыканье кота. Только вот кота, готового в любую минуту выпустить когти. Отец полностью расслабился, растекся по стулу, посматривал на Линаса свысока, но без надменности, так, с добродушной усмешкой родителя. Снежинки на его волосах и одежде растаяли, отчего смоляные пряди блестели как шелк, а под ногами образовалось целое море грязной воды.

– Опять зелье! Кажется…

– Цыц, я еще не договорил!

Юргас властно поднял руку и, видимое ли дело, Линас замолк. Недовольно сопел, но молчал! Неужели отец и над ним возымел власть?

– Итак, попытаюсь в третий раз донести до вас мою мысль. Аурелия выходит замуж. Достойны вы ее или нет, оставим за скобками, я свое согласие дам. А вот дальнейшая ее жизнь меня сильно тревожит. Вы, насколько мне известно, до сих пор в ссоре с родителями, намертво застряли в Колзии, ведете жизнь мещанина. Совсем не этого я желаю моей девочке.

«Моей девочке». Глупое сердце затрепетало, волной чувств подступило к горлу. Он никогда не называл меня так! «Стоп, вспомни о матери», – попыталась урезонить себя, но глупая улыбка все равно озарила лицо. Где-то в глубине души, мне хотелось от Юргаса заботы. Нормальной семьи, нормального отца, желательно с нормальными занятиями и моралью. Последнее – невыполнимые мечты. Скорее я попаду во фрейлины к королеве, чем Юргас переметнется на светлую сторону.

Однако он не упоминал о своем даре врачевания. Или?.. Ну да я не спрашивала.

– Я хочу, – постукивая пальцами по столу, продолжил Юргас, – чтобы она стала настоящей леди. Дети должны жить лучше родителей, верно? Аурелия и будет, госпожа из гостиницы – ее пропуск. Именно поэтому я зашел к вам, светлейший, и настоятельно требую мне не мешать.

– Требуете? – сдвинул брови любимый.

Пальцы его озарили легкие лазоревые всполохи.

– Мальчишка! – презрительно обронил Юргас.

Он не предпринял никакой попытки защититься, не меняя позы, по-прежнему вальяжный, уверенный в себе, равнодушно наблюдал за сгущающимися вокруг него чарами.

– Аурелия, ты свидетельница, я не нападал, предупреждал. Начальник магической службы сам себе причинит вред. И все ради того, чтобы доказать, что он самый главный, важный. Не наигрался в детстве.

Тихие слова Юргаса подействовали на Линаса как ушат воды. Он моргнул, развеял чары, смущенно пробормотал:

– Действительно, глупо!

– Ну и прекрасно! – одобрительно кивнул отец. – Зачем ссориться со мной на пустом месте? Вас сюда послали учиться жизни, а жизнь, светлейший, – это компромиссы, умение вести себя по-разному, в зависимости от обстоятельств, гибкость, а не неукоснительное слепое следование инструкциям. Никто вас не повысит, пока не освоите сие искусство. Думаете, мне очень нравится монсеньор Гинтас? Или вы? Ничуть не бывало! Но я понимаю, что в некоторых случаях нужно уступить. Моя дочь любит вас. Ну, связалась с инквизитором – не запирать же мне ее в темнице! Девочка взрослая и сама может…