Ольга Романовская – Пикантные обстоятельства (страница 28)

— Да его и так весь Нэвиль видел, чего стесняться! — сорвалось с языка.

Нервно прошлась вдоль окон и в бессилии ударилась головой о простенок.

— Да-а? — Марк заинтересовался. — Ну-ка, выкладывай!

Знакомый жаждал пикантных подробностей, а я с ужасом осознала, что проболталась.

— Эээ… Как бы… — старательно тянула время, выдумывая правдоподобную ложь. — В статье все написано!

Лучший способ не выдать себя — ни в чем не признаваться. Вдруг следователь, в данном случае — Марк, блефует, а ты преподнесешь на блюдечке доказательства вины. Один раз попалась, хватит!

— Там про беспринципность. Мол, Эмиль ишт Лотеску всегда шел по головам, сейчас честного второго заместителя подставил и всякое такое. Про машины, женщин. Ну, и тебя, — чуть, смутившись, добавил приятель.

С облегчением перевела дух.

Шантажист побоялся вытащить козырь, задействовал «малую артиллерию». Опровержение, повестка в суд — и дело в шляпе. Только почему недоброжелатель медлит, не задумал ли крупную гадость? На месте преступника я бы познакомила короля и всех желающих с записями кристалла. Или его у него нет? Ну конечно, Магдалена, кристалла нет, он у Аларда!

Расхохоталась, напугав Марка. Он даже переспросил, все ли в порядке. Отсмеявшись, заверила: в полном.

— А газета? — приятель по-прежнему беспокоился.

— Обождет. Потом карточку вырежу и, тыкая пальцем, буду рассказывать внукам, как целую минуту пробыла любовницей главы Карательной инспекции.

Роман с секретаршей — самый пошлый из возможных вариантов. Кто его выдумал, не знает хассаби. Он не стал бы выходить в свет с личной помощницей, трудившейся на полторы ставки. Лотеску, безусловно, бабник, но мужчина с мозгами, за то и ценю.

Попрощавшись с Марком, набрала код начальника, попросила прийти.

— У меня для вас новости, — голос прерывался от сдерживаемых эмоций.

Лотеску объявился через пару минут и без лишних слов открыл дверь в купе. Юркнула туда, кратко пересказала беседу с Марком и поделилась собственной догадкой.

— Хоть бы дворянства лишили! — заскрежетал зубами начальник. — Найдут кристалл, лично позабочусь о камере со всеми удобствами. Судья мне должен, не откажет в настойчивой просьбе. Только, — хассаби вернул с небес на землю, — у меня для вас тоже новости. Вряд ли хорошее.

— Опровержение напишу, только текст статьи гляну, — живо догадалась о сути поручения.

— Я не об этом! — поморщившись, отмахнулся Лотеску и присел на диван. — О Ронсу. Проверили звонки Аларда, они общались ровно два раза. Маловато, не находите?

Начальник выразительно глянул на меня.

Победоносная улыбка сползла с лица. Блестящая версия рушилась.

— Но ведь он провел мага на прием… — нерешительно напомнила факты.

— Привел, — согласился хассаби, — и только. Как, по-вашему, можно согласовать убийство фальшивомонетчика, торговать секретами, если не общаться с исполнителем, не иметь доступа к столичным министерствам и ведомствам? Информация утекала оттуда, важная информация — о наших магических наработках.

Ахнула, прикрыв рот ладонью.

Да если сорнейцы получат доступ к новейшему оружию, системам защиты, они запросто затеют войну, и не факт, что мы выиграем. Соседям только дай повод оттяпать кусочек бывшей Империи.

— Впечатляет, верно? — хмурый Лотеску постукивал пальцем по металлическому браслету диктино. — Сведения секретные, доложили сегодня.

— Так вы не?.. А как же — не думать о делах? — укорила начальника.

Думала, он развлекается, сама тайком звонила Марку, а хассаби по уши в расследовании.

— Обстоятельства, — пожал плечами хассаби. — И вот еще что… — Он задумчиво перевел взгляд на окно, за которым раскинулся живописный озерный пейзаж. — Помните следы второго человека рядом с Ронсу? — Кивнула. — Это не Алард. Эксперты не могли ошибиться. Главный преступник на свободе, но забеспокоился, а паника, Магдалена, неизменно ведет к ошибкам.

Хотелось бы!

Закусив губу, отвернулась.

Поездка потеряла былое очарование, в нее ворвалась безжалостная реальность.

— Ничего, — рука Лотеску легла на плечо, — ребята плотно им занялись, из Леонара душу вытрясут.

— А если кристалл найдут?

Не договорила, но начальник сам все понял. Если найдут, посмотрят, уйдет в народ, а дальше — как доказательство в суд. То есть преступник добьется своего.

— Уничтожат, — заверил хассаби и встал. — Синглер лично сделает, только материал для лаборатории снимет. Правосудию достанется безобидная часть, иначе, — хищно оскалился Лотеску, — я тоже кое-что припомню.

Ага, то самое, про «настолько обязан».

Усмехнувшись, покачала головой. Выходит, у всех работников Карательной инспекции «скелеты в шкафу». А как же проверки, устрашающие инструкции? Так тщательно отбирают сотрудников, и в итоге имеем шпионов, предателей, пособников некромантов и просто наивных дурочек, покрывающих возлюбленных.

Отогнала неприятные воспоминания и попросила банковскую карточку. Не хотела тратить в баре свои, а выпить категорически необходимо. Заодно опровержение получится живее, красочнее.

— Пожалуй, составлю компанию, — буркнул Лотеску и, щелкнув замком, пожаловался: — Такими темпами станешь алкоголиком!

В некоторых ситуациях алкоголь действительно становится спасением, особенно если иной поддержки не дождешься. Казалось бы, это не про начальника. У него большая семья, родители живут под Нэвилем, только Артур покинул Вертавейн. Однако иногда складывалось впечатление, будто один Лотеску крутится, а до его проблем никому нет дела.

— Вы расскажите, — отведя взгляд, предложила я, — легче станет.

— О чем рассказать? — недоумевал хассаби.

Странно, не рассердился.

— Ну, — замялась, выводя узоры носком туфли, — если потребуется…

— Потребуется, скажу, — Лотеску догадался, куда клоню. — И покажу даже, раз вы такая жалостливая. А теперь хочется не изливать душу, а хорошенько выпить. Заодно вспомнить тридцать пять способов казни инквизиции.

— Зачем?

Испугалась, не для меня ли. Оказалось — для Аларда. Начальник предложил поучаствовать:

— Вас он тоже донимал, блюститель чистоты крови! Все они таковы, — по лицу заходили желваки, — медяка не стоят, одна фамилия. Но ничего, — губы хассаби скривились в ухмылке, — станут пресмыкаться, как миленькие.

И неожиданно:

— Вы-то что надумали? Не вечно же за других письма писать.

Замялась, не зная, что ответить.

Ну да, он уходит на повышение, я остаюсь.

Вновь стало тоскливо, словно сердце обжег ледяной порыв. Потом вспомнила о давних мечтах, отчете о раскрытом деле в правом ящике стола, себе, полной надежд, и себе, нынешней. Я жаждала построить карьеру, решительно шла к намеченной цели, а в итоге даже на первый взнос за дом не скопила. Действительно, пора что-то менять. Время — вещь относительная, женщин после сорока и не повышают, отправляют в архив.

— Мэрия? — неуверенно озвучила недавнюю придумку.

Придержав дверь вагона, посторонившись, Лотеску поднял бровь:

— Все сначала? Снова на самую нижнюю должность, к бумагам? Вы их ненавидите, Магдалена, сбежите через неделю. Ваше призвание — работа с магией. Я поговорю.

Вот так просто — «я поговорю». Вопрос: с кем?

— Я сама, — упрямство родилось раньше меня.

— Сама, — поразительно легко согласился Лотеску, — никто подарков не обещал. Но забыть не забуду. Ведомство или министерство? Первое легче, второе почетнее.

— Где платят больше, — во мне проснулась меркантильность. — Надоело съемное жилье!

— Правильный подход, — улыбнулся начальник и на время закрыл тему будущего языкастой секретарши.

Странно, но выпили мало. Лотеску больше общался с Нэвилем по приватной связи, чем уделял внимания стакану. Я по известной причине тоже на алкоголь не налегала — не в ночном клубе с приятелями. Пальцы чесались вновь набрать Марка, попросить зачитать статью, но этого не потребовалось.

— Лена!

Начальник переключил диктино на визуальный режим и поманил. Пришлось встать вплотную, чтобы разглядеть газетный разворот и закрыть его от посторонних.