Ольга Романовская – Пикантные обстоятельства (СИ) (страница 68)

Ага, Лотеску забыл уточнить где: в тюрьме или на кладбище.

Второй зам все понял, я тоже, только секретарь пребывала в счастливом неведении.

— Благодарю, хассаби, — глухо ответил Сонер.

Куда только подевалась наглость самоуверенность? Помнится, на фуршете второй зам столичной Карательной смаковал победу.

— Не за что. Мэр Нэвиля высоко о вас отзывался. К сожалению, спешу, — развел руками начальник, — а так бы с удовольствием обсудил положение дел. Зато у вас есть время привести их в порядок.

Лотеску поманил, и я, сдержанно попрощавшись, вышла вслед за хассаби. В подъемнике не выдержала, прошипела:

— Зачем вы его спугнули?

— Не спугнул, а облегчил нам задачу, — поправил начальник. — Не только в вашу головку приходят светлые идеи. Увидите, все очень быстро закончится.

И строго добавил:

— Заодно не преступим закон.

Ясно, удостоверения мне не видать.

Лотеску поделился планом действий в очередном садике. Похоже, у нас входило в привычку секретничать среди зелени.

Начальник сознательно провоцировал ишт Сонера:

— Он не дурак, понял, что попался. Нужно, чтобы не затаился, не залег на дно, вот и кинется заметать следы, выведет на сообщников. Люди из Управления взяли ишт Сонера под наблюдение. С министром сложнее, тут пригодитесь вы.

— Я? — широко распахнула глаза.

— Потом, — таинственно ответил хассаби. — Не хочу спугнуть удачу. Если выгорит, Бернард не отопрется, а вы получите отпуск за счет государства. Выбирайте отель.

Судя по размеру приза, мне предстояло засунуть голову в пасть тигру.

Остаток дня прошел буднично, монотонно. Лотеску засел в гостинице и будто потерял интерес к расследованию. Он диктовал письма, обсуждал с заместителем насущные вопросы, набрасывал смету расходов на будущий квартал, чтобы запросить под них ассигнование. Я же сидела как на иголках. Неизвестность убивала.

Нужный звонок раздался ближе к ночи, когда мы ужинали.

Лотеску включил приватный режим и вышел из ресторана. Вернулся скоро, буквально через пару минут, и велел собираться. На вопросы не отвечал, отделался недовольным: «Потом!» Зато одежду хассаби подбирал мне тщательно, сам рылся в чемодане. Пробовала возмутиться, проигнорировал.

— Этот жакет не походит, — поджал губы начальник, придирчиво оценив внешний вид. — Волосы завить, собрать в высокий хвост. Глаза густо подвести, чтобы сделать уже и скрыть истинный цвет.

— Но…

Приготовления напоминали сцену из шпионского романа.

— Я пока раздобуду новый жакет и сумочку. И вот еще, она носит бежевую помаду.

Он так и сказал: носит. Редкий мужчина разбирался в тонкостях косметических терминов.

Интересно, кого мне предстояло сыграть? Интуиция подсказывала, речь о сорнейке, которую собиралась навестить днем.

Кудри, значит? Ладно, проверим, насколько люксовый сервис для ВИП-постояльцев.

Вызванный портье парикмахер без лишних слов выполнила каприз гостьи и привел шевелюру в надлежащий вид. Тут объявился начальник с ярким бумажным пакетом. Когда-нибудь он расшибется, нельзя так быстро ездить! Приличные магазины в соседнем квадранте, а ведь еще надо выбрать, упаковать.

Служащего Лотеску выставил, всучив серебряный дарх за труды. Совместными усилиями: мое исполнение, его руководство, — преображение завершилось, из зеркала смотрела незнакомая женщина.

Никогда бы не надела розовый жакет! Помада тоже не нравилась, макияж вызывающий. А еще в посольстве служит!

— Едем знакомиться с барышней. Полагаю, она уже заговорила, — хассаби взял брелок от прокатного огнемобиля. — Хватит, набегались, сегодня ночью поставим точку.

21

От узницы меня отделяло толстое стекло. Понурившись, она сидела на одиноком стуле посреди белой комнаты. Я бы в такой сошла с ума.

— Ну как? — усмехнулся Лотеску. — Там ощущения еще хуже.

Начальник кивнул на комнату за стеклом. Оно ударопрочное, можно сколько угодно биться, царапаться. Никаких пластин, потайная дверь открывалась отпечатком пальца.

— Брр! — передернула плечами. — Напоминает тюрьму для особо опасных преступников.

— Камеру смертников, — поправил начальник. — За ними тоже круглосуточно наблюдают.

Откуда?..

Оторвав взгляд от брюнетки за стеклом, обернулась к хассаби. Лотеску стоял рядом, практически вплотную и сравнивал меня с задержанной. Оставалось только гадать, как Управлению безопасности удалось обойти дипломатический иммунитет. Или взяли наглостью? Мол, допросим, а потом подавайте протесты, извинимся.

Секретаря задержали поздно вечером, в лучших традициях тайных служб. Перед сном люди расслаблены и особенно беззащитны. Госпожу Лионель прихватили у подъезда дома, в котором она снимала квартиру. Агенты сработали четко, бесшумно запихнули в темный огнемобиль и привезли сюда, в Управление безопасности. Жуткое местечко! Пока шла по бесконечным коридорам без единого окна, с рядом одинаковых безликих дверей с кодовыми замками, сто раз пожелала никогда больше сюда не возвращаться.

— Не сидел, успокойтесь, — улыбнулся хассаби и, положив руки на плечи, развернул к госпоже Лионель. — Смотрите внимательно, запоминайте мимику. Сейчас ее будут допрашивать, мы тоже послушаем, а после поедем на квартиру, чтобы организовать встречу.

— Какую?

Идея Лотеску заранее не нравилось. Пахло ловушкой и приманкой.

— Маленькая оргия с двумя мужчинами, — практически коснувшись уха, шепнул хассаби.

Повела плечом, напоминая о правилах приличия. Руки убрал. Вот так, на людях лучше не заигрывать, если не желает после мучиться с опровержениями.

— Между прочим, для всех мы любовники, — шутливо напомнил Лотеску. — Вы так упоительно рассказывали о свидании, что сам поверил. И в личных вещах успели порыться.

Ну да, пришлось рассказать и показать подброшенную улику. Найти ее иным способом, чем перерыть нижнее белье, я не могла, и начальник теперь периодически подтрунивал, повторял, честная девушка обязана выйти замуж за опозоренного мужчину.

— Оргия, — вернула беседу в прежнее русло. — Со старыми знакомыми, полагаю?

— Верно. Надеюсь, госпожа Лионель окажется убедительна, и явятся оба.

На всякий случай уточнила, в каких троица отношениях. Не желала бы подрабатывать «феей любви» ради признательных показаний.

— Для вас только бизнес, никакой постели. Согласны?

Надо же, не прошло и года, начальник соизволил задать самый важный вопрос! Интересно, можно ли отказаться?

— Ну же, госпожа ишт Мазера, совсем маленькая оргия, — сладким голосом уговаривал хассаби. — Хорошо оплачиваемая, с помощниками за стенкой.

И тут же нормальным голосом, без паясничества:

— Магдалена, надо. Где я еще найду брюнетку с мозгами? Или хочется в морг? Так Бернард отправит, если сейчас не посадим.

Знаю, поэтому соглашаюсь.

Снова прильнула к стеклу, гадая, что творилось в голове госпожи Лионель. Судя по всему, она сознавала серьезность своего положения. Эх, поговорить бы с ней! Приманка должна знать детали, иначе рыбка не попадется.

К нам подошел знакомый человек в штатском, тот самый, который привез сюда. Стандартная внешность, одежда, такой легко сольется с толпой.

— Начнем? — обратился к нему Лотеску.

Человек кивнул и потянулся к встроенной в стекло панели, когда я озвучила безумную идею. Сначала она не нашла понимания, но упрямство и умение убеждать входили в базовую комплектацию вредной секретарши. В итоге с мыслями «шайтан с ней!» мужчины согласились.

Сотрудник управления приложил палец к считывающей панели. Она мигнула, и проход открылся.

Госпожа Лионель встрепенулась, вскочила, накинулась чуть ли не с кулаками.

— Как вы смеете?! — она задыхалась от гнева. — Сегодня же узнает король и всех уволит!

— Возможно, но через шесть часов, — спокойно ответил мужчина в штатском и знаком попросил нас поторопиться, чтобы закрыть дверь. — Пока вам придется ответить на ряд вопросов. Сотрудничество зачтется, вы сможете спокойно покинуть территорию Амбростена. В противном случае вас посадят в тюрьму. Шпионаж — грязное дело.

— Я не шпионка!