Ольга Романовская – Наследница в академии магии (страница 4)

– О чем вы хотели поговорить, мастер Лабриан? – решилась прервать странное молчание Бри.

Хватит ректору задумчиво на нее смотреть! Если он не перестанет, девушка пойдет красными пятнами.

– О вас, разумеется.

Теперь улыбка Гвена вышла теплой и искренней.

Британи моргнула и сцепила пальцы на коленях. Она не сменит факультет, и точка! Ни кнут Алана, ни пряник Гвена не помогут. Не хватило только поставить этих двоих рядом, для совместной обработки упрямой студентки.

– Расслабьтесь, Британи.

Бри вздрогнула и широко распахнула глаза, удивленно посмотрела на ректора, когда его ладонь неожиданно легла ей на плечо. Когда он успел оказаться столь близко, почему так непонятно себя ведет?

– А если я закричу? – нахмурившись, поинтересовалась она и на всякий случай приготовилась дать отпор. Но Гвену ли? Поведение больше подходило Кристиану, но барон Ташир утверждал, тот мертв. Или?.. Британи доподлинно не могла сказать, кто перед ней.

– Зачем? – удивился господин Лабриан, но руку убрал, сел, наконец.

Бри выдохнула. Когда между ними стол, одной проблемой меньше.

– Вы не Кристиан? – продолжая хмуриться, допытывалась она.

По лицу ректора пробежала тень. На краткий миг оно превратилось в восковую маску.

– Нет, – медленно покачал головой он. – Даю слово, Британи, я тот, за кого себя выдаю. Моего брата… – тут Гвен сделал паузу, чтобы глотнуть воздуха, – больше нет. Но это неважно, потому что Кристиан не имеет отношения к нашему разговору. Вы привыкли видеть меня в образе огнедышащего дракона, верно? Отсюда страх, недоверие, когда я вдруг предстал без привычной маски.

– Что-то вроде того, – уклончиво ответила девушка, пока не понимая, к чему он клонит.

– Любой человек играет несколько ролей. Я бываю не только ректором академии, как и вы не только студентка.

Британи окончательно запуталась и подумывала, не сбежать от странного Гвена Лабриана. Может, он под действием дурмана? Девушка слышала, что курение подобных сборов пользовалось популярностью в аристократической среде, хотя не могла взять толк, в чем прелесть наркотических видений.

– Речь не о вашем даре, – вконец заинтриговал Гвен.

– Я не понимаю…

Бри подвинулась к краешку кресла, готовая в любой момент сорваться с места. Дверь не заперта, фактор неожиданности на ее стороне, девушка успеет ускользнуть.

– Британи! – укоризненно покачал головой Гвен.

Не сводя с нее глаз, он поднялся, но пока не спешил сокращать разделявшее их расстояние.

– Британи, – повторил Гвен, – пожалуйста, выслушайте меня и не спешите с ответом. Нора охладила шампанское, надеюсь, скоро мы отпразднуем сделку.

В горле запершило. Кажется, бежать поздно, надо было раньше. Недаром предчувствие предупреждало: не ходи!

– Боюсь, мне нечего вам предложить, – хрипло заметила Британи.

Ректор рассмеялся, легко догадавшись, на что она намекает.

– Вы ошибаетесь, Британи, очень сильно ошибаетесь. И к банальному соблазнению это не имеет никакого отношения. Поверьте, если бы мне хотелось, вы давно бы стали моей любовницей.

Бри нахмурилась. Кроме тела, ей точно предложить нечего. Выходит, Гвену известно нечто, о чем она пока не подозревает. Однако господин Лабриан не оставил времени на размышления. Быстро обогнув стол, он под громкое девичье аханье опустился перед Британи на одно колено и, отметая последние сомнения, попросил:

– Госпожа Орув, окажите мне честь, станьте моей женой.

Если бы сейчас обрушилась Черная башня, или день поменялся с ночью, она не заметила бы. Хватая воздух ртом, словно рыба, Бри круглыми от недоумения глазами уставилась на Гвена. Все ждала, он улыбнется, скажет, что пошутил, но проходила минута за минутой, а ректор все так же молчаливо требовал ответа.

– Мастер Лабриан, встаньте, пожалуйста, – покусывая губы, пробормотала Бри. – Негоже вам… Вдруг кто увидит?

– И? – Ее доводы не возымели действия.

– Мастер Лабриан, вы с кем-то поспорили? – вдруг осенило Британи.

Ну конечно, вот оно, логичное объяснение! Сейчас вспыхнет переговорный шар, и по ту сторону возникнут приятели ректора. Правда, подобные забавы процветают в студенческой среде, а Гвен Лабриан, даже при своем навечно застывшем на неизвестной отметке возрасте, далеко не юноша.

– Я понимаю, – перестав смущать девушку, ректор поднялся на ноги, – мое предложение несколько неожиданно, но, поверьте, оно чрезвычайно выгодно для нас обоих. Постараюсь быть максимально честным и все вам объяснить.

Британи кивнула, терпеливо ожидая продолжения. Внутренности завязались морским узлом. Она словно вернулась в недавнее прошлое, когда Гвен во сне предупреждал об опасности. Не хватало только, чтобы он выложил на стол сгинувший вместе с Кристианом кинжал Бернадет!

– Начну с того, что я не принуждаю вас закончить свои дни рядом со мной. – Ректор нервно расхаживал по кабинету, периодически бросая косые взгляды на Бри. – Мы заключим брак на определенных условиях, которые пропишем в контракте. После их выполнения, а это от силы пара лет, вы свободны. Развод возьму на себя. Согласен предстать неверным мужем, тираном – кем угодно, лишь бы ваше имя не пострадало. Вдобавок я обязуюсь финансово обеспечить вас до повторного замужества. В качестве супруга я тоже не доставлю проблем. Никаких издевательств и завышенных требований.

– Стоп! – подняла руку Британи. – Вы ведь не хотите жениться, правда, мастер Лабриан?

Ни в его словах, ни в глазах не сквозило ни капельки чувств, ректор действительно говорил о сделке. Судя по косвенным признакам, вынужденной.

– Я должен, – упрямо мотнул головой Гвен. – Так будет лучше для нас обоих. Я все продумал, Британи, это единственный выход.

Бри рассеянно кивнула, хотя категорически отказывалась понимать, что происходит. Это внезапное предложение, мрачная, даже мученическая решимость ректора сделать ее своей женой…

– Что происходит, мастер Лабриан?

Она встревоженно смотрела на Гвена и, сама того не замечая, теребила ткань юбки. Девушка постеснялась прийти к ректору в испачканных тренировочных брюках и переоделась.

– Ничего хорошего, Британи, ничего хорошего, – ненадолго уйдя в себя, пробормотал ректор.

– И все же? – наседала Бри.

– События разворачиваются наихудшим для вас образом, я вынужден принять меры. Вы совершенно правы, никакой страсти, – тут Гвен приглушенно фыркнул, – ни данной на одре умирающего отца клятвы. Все гораздо прозаичнее. И низменнее. Не стану изображать из себя благородного героя, хотя на фоне… – Он сделал глубокий вздох. – Словом, считайте это частью моих обязанностей. Руководитель академии отвечает за своих подопечных.

Странная забота! И эти намеки на некую выгоду, непонятную опасность… Девушка искоса разглядывала Гвена Лабриана, пытаясь отыскать в его лице, движениях, мимике признаки сумасшествия – они бы все объяснили. У ректора хватало поводов повредиться разумом, Британи сама чудом сохранила рассудок после Черной башни.

– А что будет, если я откажусь? Это возможно? – осторожно поинтересовалась девушка.

Она вляпалась в очередную темную историю, но пока не понимала, в какую именно.

– Безусловно, – кивнул собеседник и оперся руками о подоконник, став в профиль к Британи. – Я вас не исключу, даже, – смешок, – не отдам Алану Блеккоту. Просто не хочу, чтобы вас убили.

Сердце пропустило удар. Комната перед глазами поплыла. Бри покачнулась. Из-под нее словно выбили кресло. Обеими руками вцепившись в сиденье, она едва слышно повторила:

– Убили?

– Именно, – мрачно подтвердил Гвен. – Статус моей жены, рождение ребенка свело бы на нет очень давнюю историю. Сразу оговорюсь, я никогда не желал вам зла, но я не смогу защитить вас как студентку академии, только как свою жену.

– Хм! – только и смогла выдавить Бри.

Потом, уже собравшись с мыслями, она смогла задать пару здравых вопросов.

– А почему нельзя выйти за Кевина Ташира, раз уж мне категорически необходимо стать чьей-то женой? Не сочтите за оскорбление, но у нас с ним гораздо больше общего. Хотя бы возраст. Вдобавок Кевин – лучший ученик академии, а его отец – и вовсе один из самых уважаемых темных магов королевства.

Ректор провел кончиком ногтя по стеклу. Оно издало характерный противный скрип. Следовало бы повернуться к Британи лицом, но так проще говорить. Со стороны казалось, будто предложение руки и сердца далось ему легко, только один Гвен знал, что стояло за этим решением и какую цену ему придется заплатить в дальнейшем.

– Вы можете выйти замуж за кого угодно, – мертвенным голосом ответил он, – или не выходить вовсе. Его это не остановит. Он уничтожит даже барона Ташира, если пожелает. Единственный человек, который способен ему помешать, – я. И единственный аргумент, который опять же способен унять его ненависть, – смешение нашей крови. Во всяком случае, я надеюсь на это.

Казалось, огонь в камине погас, студеный воздух проник в кабинет сквозь стены, покрыл кожу изморозью.

Кто мог желать Британи зла, жаждать ее смерти? Напрашивался всего один ответ, и девушка спросила напрямую:

– Ваш брат вернулся?

Ректор покачал головой и, сгорбившись, уставился в окно. Его поведение окончательно перестало нравиться. Гвен обещал откровенность, но утаивал абсолютно все детали.

– Каковы условия моего замужества? Что я должна сделать, чтобы получить свободу, обеспечить свою безопасность?