Ольга Романовская – Игра на жизнь (страница 8)
Геройствовать не стала: вдруг у него нож? И что, мне веткой от него отбиваться, кулаками махать? Опыт показал, удача в этом случае не на моей стороне.
Шпион резко подскочил, обернулся. Каким взглядом он меня одарил! Мог бы, испепелил на месте. И бросился наутек. Я, разумеется, следом: когда там стража наконец проснется?
Он в розарий – и я в розарий.
Он через кусты – и я через кусты.
Славная вышла скачка!
И ведь я бы выиграла, догнала, если бы не проклятые юбки! Подол зацепился за гвоздь. Пока рванула на себя ткань, пока вырвалась из хватки деревянной шпалеры, шпиона и след простыл.
В досаде обшарила все вокруг – как сквозь землю провалился!
Тут и стража подоспела, к шапочному разбору. И тоже никого не нашла. То ли шпион был с кем-то в сговоре, то ли действительно умел летать.
На следующий день во время вечернего чая в гостиную без доклада вошел главный церемониймейстер и, склонившись над Алхеной, что-то возбужденно прошептал ей на ухо. По реакции сестры поняла: очередные дурные новости.
– Что случилось?
Отодвинув чашку, незаметно коснулась Алхены ногой под столом. Она вздрогнула, посмотрела на меня. В глазах на мгновение промелькнули страх и смятение.
– Ничего.
Кто бы сомневался, она тут же надела маску.
Недоверие Алхены больно ранило. Я сестра ей, а не какой-нибудь министр, какие между нами могут быть секреты?
– Хорошо, не хочешь, не говори.
Поджав губы, уставилась в окно.
Пить чай окончательно расхотелось, даже аромат сдобных булочек больше не дразнил нос.
Неужели я действительно никудышная? Или дело в короне? Как только Алхена ее примерила, сразу отдалилась от меня. Прежде мы часто сидели в моей спальне перед сном, в одних ночных рубашках собирались под одеяло и секретничали. Теперь ей не до моих глупостей. Алхена совсем взрослая, чужая, правительница.
Тяжко вздохнув, сжала кулаки.
Если бы я стала королевой, никогда бы так не поступила.
– Арли, я не хотела тебя обидеть, – мягко заверила Алхена.
Вскоре я ощутила ее робкое прикосновение – сестра просила прощения.
– Ну?
Зыркнула на слугу, и тот тут же скрылся за дверью.
Свидетелей больше нет, можно спокойно поговорить.
– Большая корона пропала, – на одном дыхании выпалила Алхена.
Бум! Меня словно ударили по голове.
Сказанное сестрой казалось нереальным.
– Как пропала? Куда попала?
Она же в сокровищнице. Ключ от нее есть только у Алхены, ну, может, еще у церемониймейстера. В последний раз корону доставали… Собственно, должны были достать в следующем месяце, на официальную церемонию вступление сестры на престол. Фактически она получила бразды правления сразу после смерти отца, коронация – лишь красивая формальность, но без нее нельзя. Считалось, что некоронованный монарх – неполноценный монарх. Этим могли воспользоваться его недоброжелатели и…
– Но это еще не все. Вторая новость еще хуже, – кисло улыбнулась Алхена.
Куда уж еще хуже? Оказалось, есть куда…
– Кентигерн короновался.
Жалобно звякнули чашки – это я неосторожно ухватилась за скатерть.
– Нашей короной?
– Надеюсь, что нет.
Мы обе понимали, чем обернулась бы подобная церемония.
Кентигерн популярен на севере. При всей его жестокости к чиновникам и королевской армии, простой люд относился к нему с симпатией. Он снизил налоги, превратил некогда захолустный Добис в столицу, обеспечил многих работой. Вдобавок в его армии быстро делали карьеру, а офицерское звание позволяло претендовать на дворянство. Так говорили наши агенты, у меня не было оснований им не верить.
– Успокойся! – Я встала, крепко обняла сестру. – Он самозванец, никто его не признает.
Мы обе знали: я лукавила. Нам неоткуда ждать поддержки, если Кентигерн осадит Лиэрну, придется бежать в Сиальдар, к дяде, надеяться, он согласится нас принять.
Угорье нам не помощник. Местные кланы грызутся между собой за власть, им нет дела до того, что творится за руслом Вадекса. Восточные князьки и вовсе порадуются, попытаются отхватить жирный кусок. Им давно не дает покоя Деринг, переманивающий купцов из их портов. Так что Кентигерн рассчитал верно, нам действительно некуда деваться.
– А, может, она и не пропала вовсе? – выдвинула я абсурдное предположение.
Очень уж хотелось спрятаться за шитой белыми нитками ложью, как за щитом.
– Хорошо, убедись сама.
Алхена поднялась со стула. В молчании последовала за ней. Так, не проронив ни слова, с одинаковым выражением тревоги на лице, мы добрались до сокровищницы.
Последняя надежда разбилась вдребезги – вместо короны на бархатной подушечке зияла пустота.
– Кто дежурил?
Алхена развернулась к маявшемуся чуть поодаль капитану королевской стражи. На нем лица не было. Догадываюсь, нашим занятиям пришел конец. Хорошо, если его просто разжалуют в солдаты, а не казнят.
– Кто? – так и не получив ответа, повторила вопрос сестра.
Я и не подозревала, что она может быть такой грозной! Алхена не поднимала голоса, однако от ее слов по телу бегали мурашки.
Капитан кивнул кому-то за своей спиной. Несчастный, гулко сглатывая, приблизился к олицетворявшей сейчас суд Дрегона Алхене, и клятвенно заверил, что не отлучался со своего поста.
– Он не лжет. Я не счел нужным его беспокоить и сам взял то, что хотел.
На этот раз я осталась довольна своей реакцией. Если бы на месте Кентигерна стоял обычный человек, он корчился бы от боли, но, увы, моя ладонь рассекла пустоту.
– Неплохая попытка, звереныш! – оскалился переместившийся в другой угол сокровищницы колдун. – Метила в горло, правильно рассчитала рост.
Я сочла ниже своего достоинства ответить, ограничившись убийственным взглядом.
И тут я увидела ее – корону. Мерзавец держал ее в руках и, судя по всему, собирался примерить!
– Ну как?
Кентигерн водрузил на голову символ чужой власти.
– И по размеру. Немудрено, ведь ее переделали под Ивара, для женщины она слишком велика и тяжела.
– Ничего, как-нибудь справлюсь, – заверила Алхена.
Стиснув кулаки, она колебалась, постоянно оглядывалась на гвардейского капитана, но все не решалась отдать приказ.
– Но корона без трона – пустая игрушка, верно? Увы, мне удалось провести только малую церемонию в Добисе. Так, для узкого круга лиц. А трон, он здесь, в Лиэрне, и я собираюсь его официально занять. По всем правилам, с помпой, приглашенными послами и монархами других государств.
Упиваясь собственной безнаказанностью, Кентигерн шагнул к Алхене. Инстинктивно загородила сестру, готовая в любой момент дать отпор. Плевать, что у меня нет оружия, ноги, руки, зубы тоже сойдут. Вдобавок в сокровищнице полной тяжелых вещиц, предки не обидятся, если я проломлю колдуну голову золотым подсвечником.
Однако сколько же хлама! Надо его продать, а на вырученные деньги…
– Верните корону, она вам не принадлежит.