Ольга Романовская – Академия колдовских сил. Салочки с демоном (страница 12)

Будто значка не видно! Он ведь не крошечный, а с добротную крупную пряжку: перевитые в замысловатом танце змеи.

Офицер вздохнул, тоскливо взглянул на ужин и кивнул.

– Какие-то проблемы, барышни? – подчеркнуто вежливо осведомился он, хотя на самом деле мечтал сказать совсем другое.

«Да!» – хотелось крикнуть Малице, но и она покривила душой. Кокетливо улыбнулась и попросила дозволения присесть.

Лицо саламандры горело, между пальцами тоже пробегали искорки, и Малица поспешила сцепить руки за спиной, чтобы не выдать волнения. Никогда прежде ей не доводилось соблазнять мужчин, и саламандра чувствовала себя не в своей тарелке.

Кажется, офицер раскусил игру, потому что нахмурился.

– Милая барышня, простите, не знаю вашего имени, боюсь, я ничем не смогу вам помочь, – голос мужчины сочился недовольством и упреком.

Спасибо, не презрением!

– И вы допустите, чтобы меня убил вампир?

Малица сбросила маску и, вопреки недовольному шипению подруги, играла в открытую. Ну не может она никого соблазнить на заказ, лучше попробовать в процессе, так сказать, если мужчина окажется интересным.

Индира закатила глаза, всем своим видом показывая, какая подруга идиотка. Малица в ответ незаметно скрутила ей за спиной общеизвестный символ из пальцев.

По мнению саламандры, знакомствам способствовала правда, чуть приправленная ложью и кокетством, а не дешевый спектакль. Ну что бы она соврала? Что всю жизнь мечтала познакомиться с особистом? Для тринадцатилетней девочки бы подошло, в девятнадцать смотрится глупо. Что офицер поразил ее в самое сердце, обсасывая бараньи ребрышки? Малица бы первая послала себя в дальние дали. Нет, тут требовалось чувство, а разыграть его с совершенно незнакомым человеком не получится.

– Какой вампир? – Лицо офицера в этот момент являло пеструю смесь прострации, недоумения и недовольства. – Послушайте, девушка, – он взял себя в руки и вернулся к еде, – мне не до ваших шуток. Дайте спокойно поужинать, а то доиграетесь до участка. Посидите там часок, поумнеете.

С характером. Вредным. Может, извиниться и уйти? В конце концов, свет клином не сошелся, можно присмотреться и выбрать более подходящую кандидатуру.

«Только вот вампиру может надоесть ждать, – вступил в беседу противный внутренний голос. – Он наверняка рассчитывал, что ты колечко сразу напялишь. А уж после разговора с ректором и вовсе озвереть может».

Малица вздохнула и загнала обиду на резкие слова обратно. Подумаешь, устал человек, окрысился немного.

– Это вы послушайте! – на повышенных тонах вмешалась Индира. Она подбоченилась; щеки эльфийки пылали праведным гневом, подчеркивая природную белизну кожи. – У вас просят помощи, вы состоите на государственной службе и… Я пожалуюсь вашему командиру! Как его там?

– Лорд тер Нокас, – устало ответил офицер и с тоской посмотрел на стынущий ужин. Похоже, поесть ему не дадут. И это после суточного дежурства!

Офицер исподлобья глянул на притопывающую ножкой Индиру. Сразу видно, избалованная богачка, таких в Академии навалом. Либо жениха ищет, либо собралась реализовывать «великие способности». И реализует, если денег на подкуп преподавателей хватит. А потом повесит диплом на стеночку и станет пыль с него протирать.

Внутри медленно, но верно закипало раздражение. Послать бы обеих, а лучше вообще встать и уйти, чтобы спокойно доесть в другом месте, но денег жалко. Да и что же это такое, ретироваться из-за двух соплячек!

– А как ваше имя? – не унималась Индира.

Малица чувствовала, добром это не кончится. Губы офицера плотно сжаты, ноздри раздуты, глаза слегка прищурены. Еще немного, и гнев вырвется наружу. Напрасно подруга играет с огнем! Особист ровным счетом ничего не сделал, наоборот, это они – виновная сторона.

– Простите, мы уже уходим, – прежде, чем офицер открыл рот, пробормотала саламандра и сделала крохотный шажок назад. – Это не самая лучшая идея, правда.

Бегом из таверны! Опозорились по полной программе. Прав был Кристоф, хоть раз, но прав. Сам сидит, смотрит, пальцем у виска крутит. А рука-то за спину спрятана: готовится, случись что, защитить подруг.

– Э, нет! – Офицер встал, и девушки прыснули в разные стороны, повинуясь инстинктам. – Давайте знакомиться, раз так настаиваете. Вижу, в Академии колдовских сил учитесь?

Он выразительно глянул на синюю форму с нашивками «АКС».

В головах обеих мелькнуло досадливое: «Надо было переодеться!»

Малица кивнула. Отпираться бесполезно. Тучи над головой сгущались. Если офицер пожалуется хоть кому-то из Академии, саламандру отчислят. Прямо в загребущие руки вампира. Только вот доставаться ему Малица не желала и, пока брела от ректорского дома с опустевшей кружкой в руках, уже набросала пару вариантов побега. Вольные хлеба не сахар, а саламандра не привыкла к тяжелой работе, но лучше подавальщицей и поденщицей на север, туда, куда только порталами добраться можно, чем примерить кольцо.

– Замечательно! – Губы офицера расплылись в гаденькой улыбочке. – Может, и имена свои назовете.

– Только после вас, – вклинилась в разговор Индира и ойкнула, когда Малица наступила ей на ногу.

Неужели не видит, что собеседник дошел до ручки? С него станется завтра же нажаловаться декану, а то и самому ректору.

При мысли о том, что придется снова стоять в рабочем кабинете лорда Онеша, затряслись колени и вспотели ладони. Живо представилось, как, буравя изумрудами глаз, ректор сухо зачитает приказ об отчислении. А потом в кабинет войдет лорд шан Теон, улыбнется клыкастой улыбкой, и можно сразу в окно.

Малица тряхнула огненно-каштановой головой. Не дождутся! Саламандра она или нет, чтобы взять и лапки сложить? С таким трудом поступила в Академию – и так легко из нее вылетела. Нет, она еще попляшет в пламени камина!

– Простите мою подругу, она за меня переживает, – как можно мягче ответила Малица, чуть потупив глаза и шаркнув ножкой. Старая женская уловка, но вдруг поможет? – У меня действительно серьезные проблемы, и я действительно не отказалась бы от помощи.

Офицер скептически хмыкнул и повторно попросил представиться, уже отточенным годами холодным официальным тоном.

– Малица.

Саламандра намеренно назвала только имя, надеясь, что в Академии найдется тезка. Вовсе промолчать нельзя: мужчина запросто мог вызвать патрульный отряд. Положим, ничего дурного подруги не совершили, но общаться со стражами порядка, пусть даже недолго, совсем не хотелось. Главная причина – обязательная фиксация имен задержанных. А это прямой путь к неприятному разговору в Академии.

– И какие же у вас проблемы, госпожа Малица?

Пальцы офицера замерли на хлястике, рот все так же недобро скалился в усмешке.

– Вампир.

Саламандра по-прежнему изображала саму кротость, а в голове пульсировало: «Чтобы я еще когда-то послушала в таком деле Индиру!..»

В глазах мужчины отразилось неверие. Пальцы потянулись к амулету связи в кармане брюк, породив волну легкой паники. Она отразилась на девичьих лицах, офицер не мог не заметить этого и демонстративно, чтобы проучить, таки вытащил медальон.

Искорки затрещали на пальцах Малицы, и она торопливо спрятала руки за спину. Но разве что-то скроется от натренированного глаза сотрудника Особой службы!

– Саламандра. – Он не спрашивал, а констатировал. – На кого учитесь, барышня?

– На стихийника, – не задумываясь, ответила Малица и, спохватившись, добавила: – Но это к делу не относится.

Выдала себя с головой!

Сжав пальцы так, что ногти впились в ладони, саламандра пару раз глубоко вздохнула, приводя нервы в порядок, и тихим, спокойным голосом попросила Индиру вернуться к Кристофу: «Заодно за сумкой моей присмотришь, я скоро». Эльфийка раскусила простенький маневр и сделала лишь полшага назад, не желая оставлять подругу одну.

– И что же относится?

Офицер уже с любопытством осмотрел саламандру. Той стало не по себе. Неприятно, когда тебя пристально разглядывают, будто вещь на полке. А ведь ей еще соблазнять… Нет, не выйдет, не нравится Малице офицер. Пусть симпатичный, нестарый, но не нравится.

– Намерение некого вампира принудить меня к браку. Он запугал мою родню, чтобы я дала согласие.

Саламандра решительно шагнула к столу и села подле офицера. Тот хмыкнул, приподняв бровь, но промолчал. Малица же подогрела оставшуюся еду и, перехватив проходившую мимо подавальщицу, заказала крепкого эля – для храбрости.

– Вы ешьте, – саламандра указала на тарелку с бараниной. – Устали, наверное. Или на улицах спокойно?

Офицер задумался, теребя амулет связи, а потом убрал его обратно в карман.

– Садитесь уж! – махнув рукой Индире, сдался он и заказал девушкам пунша с засахаренными грушами.

Малица восприняла это как добрый знак и перевела дух. Угроза отчисления миновала, теперь можно пофлиртовать. Саламандра начала с заботы о собеседнике: отказалась говорить, пока он немного не поест.

Индира тоже включилась в игру, щебеча о трудности работы в Особой службе и тонкой душевной организации беззащитных девушек, которые, доведенные до отчаяния, иногда срываются и очень сожалеют о грубых словах.

Офицер слушал и рассеянно кивал. Мысли его занимала еда, и вместе с наполнением желудка усиливалось желание закрыть глаза и вытянуть ноги у очага. Спать мужчина умел и сидя, пение и голоса не помешали бы, но долг требовал выслушать адепток. Они упомянули вампира, намекнули на нарушение закона, а подобные дела могли перейти под юрисдикцию Особой службы, обнаружься там магия и интересы Закрытой империи.